Трудный выбор

Мэтьюз Патриция

— Мы победили, Рейчел! Мы обогнали эту чертову машину!

Поезд остановился. Хоуки и Рейчел отпустили рычаг, позволив дрезине катиться по инерции. Наконец она неподвижно застыла на рельсах всего в нескольких футах впереди пыхтящего Железного Коня.

Глава 29

Шел холодный дождь, и люди, приехавшие в Промонтори-Пойнт на церемонию соединения железных дорог, проклинали неудачное стечение обстоятельств, когда погода могла помешать большому празднику. Устроители

поставили несколько палаток, а на путях разместили роскошные вагоны для важных гостей, но эти укрытия могли дать приют лишь незначительной части огромной толпы.

Внезапно один из телеграфистов подошел к Леланду Стенфорду, который держал в руках небольшую отполированную шпалу, золотой костыль и посеребренную кувалду, и прошептал что-то ему на ухо. Стенфорд, занимавший должность президента «Централ пасифик», кивнул головой и вернулся в свой персональный вагон:

— Леди и джентльмены! — крикнул телеграфист и взмахнул руками, чтобы привлечь всеобщее внимание. — Леди и джентльмены, у меня есть для вас сообщение. Доктор Дюран и сопровождающие его лица из «Юнион пасифик» неожиданно задержались в Пидмонте, штат Вайоминг. Церемония откладывается на два дня. Торжественная стыковка состоится десятого мая.

Одна часть толпы разразилась презрительными выкриками, другая зааплодировала, а остальные люди просто засмеялись.

Многие были согласны с мнением, что подобное окончание строительства дороги вполне закономерно, поскольку дело все время шло не особенно гладко. Большая часть присутствующих села в рабочие поезда и уехала в Тоану и Огден. Остальные задержались, чтобы влить в себя огромное количество виски, которое из-за отложенной церемонии теперь продавалось в палатках по сниженным ценам.

Никто еще не знал, что задержка доктора Дюрана в Пьемонте была не просто досадным недоразумением. Доктора Дюрана захватила вооруженная толпа из нескольких сотен железнодорожных рабочих. Они отогнали его вагон на боковую ветку и цепями приковали колеса к рельсам. Затем сказали, что он сам не двинется с места, пока рабочие не получат задержанное жалованье.

Доктор Дюран пытался призвать на помощь военных, но все исходящие от него телеграммы были перехвачены, и он вынужден был в конечном итоге сдаться. Для своего освобождения ему пришлось распорядиться, чтобы из Нью-Йорка телеграфом переслали двести пятьдесят тысяч долларов.

Но в Промонтори-Пойнт никто об этом не знал, и люди пребывали в плохом настроении из-за неожиданной задержки. Однако у двух человек, Эвелла Рэнкина и Джулиуса Дивера, настроение было прекрасное. Они пили шампанское, празднуя — нет, не завершение строительства дороги, а гибель Рейчел Боннер-Симмонс и Хоуки Смита. До них дошло сообщение, что утренний поезд из Огдена столкнулся с дрезиной в десяти милях к востоку от Коринны. Двух пассажиров дрезины не удалось опознать, хотя можно было с уверенностью сказать, что это мужчина и женщина.

— Должен признаться,

Дивер, что вы справились с делом гораздо лучше, чем я мог предположить, — сказал Рэнкин, поднимая бокал.

Они были единственными посетителями в палатке, где продавали шампанское. Остальные любители шампанского предпочитали роскошь персональных вагонов, а рабочий люд отдавал предпочтение крепким напиткам, продававшимся в других палатках.

— Я действительно приятно удивлен, — добавил Рэнкин.

— Да, благодарю вас, — раздуваясь от важности, ответил Дивер. — Надеюсь, вы испытываете и чувство благодарности? Глаза Рэнкина угрожающе прищурились.

— Что это, черт побери, означает? Уж не собираетесь ли вы шантажировать меня?

— Нет, нет, — торопливо запротестовал Дивер. — Я совсем не это имел в виду, совсем не это!

— В противном случае мне придется кое о чем напомнить вам. — Рэнкин наклонился вперед, и его глаза холодно блеснули. — Я должен напомнить вам, что вы подвергались бы не меньшей опасности, чем я, если бы Рейчел сообщила о том, что знает, властям.

— Я понимаю. Вы не правильно меня поняли.

— Тогда что же вы имели в виду?

— Это просто… Ну ладно, у меня были кое-какие планы, которые не осуществились. А теперь, когда строительство закончилось, я остался без работы.

План Дивера, которому не суждено было осуществиться, заключался в ограблении вагона с деньгами для рабочих. Ему обещали приличную долю добычи в обмен на предоставленную информацию. Но смерть грабителей, естественно, нарушила все планы, и Дивер остался ни с чем.

Рэнкин открыто ухмылялся:

— Вы глупец, Джулиус Дивер, если думаете, что я могу что-либо для вас сделать.

— Но я ради вас рисковал собственной шкурой, — сказал Дивер. — Вы должны помнить это!

— Разумеется, я запомню вас, — засмеялся Рэнкин. — Я запомню только вашу некомпетентность. Вы спасли свою шкуру, организовав убийство собственной племянницы. Это и будет вашей наградой. От меня вы ничего не получите…

— Жаль разочаровывать вас, Рэнкин, — протянул Хоуки Смит, появившийся у входа в палатку. — Но ваш друг оплошал и на этот раз.

Рэнкин откинулся на спинку стула, не отрывая взгляда от Хоуки. Затем в ярости повернулся к Диверу:

— Вы же мне сказали, что этот человек и Рейчел мертвы!

— Я так думал. Мне казалось, я все организовал. — Дивер был бледен как смерть, и его глаза беспокойно бегали по палатке в поисках пути к спасению. — Но машинист же указал в рапорте, что он сбил дрезину!

— Это была моя работа, — слегка улыбнувшись, объяснил Хоуки. — Я подумал, что если вы узнаете о нашем спасении, то можете испугаться и сбежать. Меня здесь не было, Рэнкин, когда утром кассир передавал вам деньги. Можете по крайней мере поблагодарить за это своего друга. В противном случае я арестовал бы вас за взятку. Теперь, похоже, я не смогу этого сделать.