Трудные дети
Шрифт:
Снова у моих ног весь мир, а решимости по-прежнему не занимать. Я буду использовать любую возможность для достижения своих целей, а какой город в нашей стране кишит ими? Только самый лучший. А лучший в этом плане только Москва. Это столица, где денег крутится немеряно. А заграница никуда не денется.
Конечно, я не собиралась забывать о собственной безопасности, поэтому предпринимала различные меры предосторожности. Пусть я хоть трижды трупом, все равно существует опасность наткнуться на знакомых людей. Партнеров и случайных встречных на важных мероприятиях, куда я приходила
Возможно, первое время они еще не до конца поверят в мою смерть, в смысле умом, но через несколько месяцев просто забудут обо мне и перестанут вспоминать. Меня никто не будет искать, и я наконец-то смогу расслабиться.
— Как тебя зовут?
– прервал мои размышления глухой голос парня.
— Саша.
— Антон. Ты откуда?
Вспомнила.
— Из Липецкой области. Ты?..
— Из Орла. Почти соседи, - Антон, уперевшись руками в колени, рывком поднялся и невесело улыбнулась.
– Давно приехала?
— Недавно.
На этом официальная часть была закончена, и мы завалились спать. Я благоразумно выбрала кровать посередине. Тут, по крайней мере, не дуло от стен.
Наутро предстояли дела поважнее. За ночь я практически воочию убедилась в том, что здесь спокойно не будет. До четырех утра слышался звон бутылок, громкие разговоры, перерастающие в ругань, мат, пьяный смех и звон разбившейся посуды. Вся эта какофония спать совершенно не мешала, потому что я была жутко вымотана, но мысленно я зареклась из комнаты, что бы ни случилось, раньше пяти не выходить.
Приподнялась на локтях, так что просевшие пружины подо мной скрипнули, посмотрела на спящего под тонкой простыней парня и решила, пользуясь относительной тишиной, исследовать оставшуюся часть дома, а заодно найти ванную.
Она произвела на меня такое же удручающее впечатление. Во-первых, трубы напрочь сгнили, пахло застоявшейся водой и плесенью, а самой ванны, как таковой, здесь не было. То место, где предположительно она когда-то стояло, огораживалось деревянной невысокой балкой, служившей своего рода бортиком. Туалет - еще хуже. Было видно, что им все-таки пользуются чаще. Туда зайти я не рискнула.
Дверь в ванную оказалась без щеколды и вообще без какого-либо крючка. Так что в любую минуту сюда могла ввалиться любая пьяная харя, сейчас в бессознательном состоянии валявшаяся в коридоре и на кухне. И такое пару раз случалось. Я быстро училась на своих ошибках, поэтому в следующий раз после инцидента дверь была забаррикадирована ручкой швабры, которую я стащила с рынка, а у меня всегда под рукой находился острый охотничий нож. На него как раз пришлось изрядно потратиться, но тут уже выхода не было. Своя жизнь дороже.
Перед тем как
В то утро я был немного удивлена наличию этой живности, половину раздавила нахрен, а потом мне же пришлось отмывать грязный кафель. Слава богу, что я у Рафика в прошлый раз стащила ярко-желтые хозяйственные перчатки, которые меня буквально спасли. Мыло пришлось взять у жителей дома.
Мылась я, все время чутко прислушиваясь к тишине дома и внимательно вглядываясь себе под ноги. Мылом вымыла голову, потому что шампуня здесь не было, и поняла, что в магазин придется идти край. Вода лилась холодная и тонкой струйкой, но в моей ситуации это было даже к лучшему. Вытереться тоже оказалось нечем, поэтому пришлось натягивать единственную мою одежду, доставшуюся от умершей проститутки, прямо на мокрое тело. Джинсы налезали неохотно, приходилось с силой тянуть их вверх, и я порадовалась тому, что при моей небольшой груди, лифчик - не первая необходимость. Не помню уже, откуда такая мысль взялась, наверное, я о предстоящих растратах думала, но тут же я раскаялась и поняла, что этот предмет гардероба в данную минуту мне не помешал бы.
Хлипкая дверь нараспашку открылась, явив перед моими глазами похмельного, опухшего мужика, которого я видела еще вчера на кухне и который с восхищением назвал меня “бл*дью”. На нем были одеты те же штаны и майка, облеванные водкой вперемешку с чем-то, напоминающим и пахнущим как прокисший майонез с пельменями, и еще от него невыносимо разило самогоном. Морда слегка побитая, одна щека покрасневшая, с отпечатком узора линолеума, который везде был одинаковым, на другой - ошметок чего-то съестного.
Он еще глаза с бодуна не разлепил, но заметив по пояс голую меня, потрясенно и довольно вылупился, выдохнув что-то маловразумительное. Уставился так отвратительно, очень грязно, и не сводил взгляда с моей груди. Меня передернуло, я даже сдержаться не смогла и постаралась как можно быстрее натянуть на мокрое тело колючий свитер, втайне радуясь тому, что джинсы уже на мне. Мужик ощерился, мясистыми пл
ечами повел и сделал шаг в мою сторону.
— С новосельем, соседка, - двусмысленно улыбаясь, прохрипел он.
– Как на новом месте спалось?
— Прекрасно, - высокомерно обронила я, испытывая желание побыстрее скрыться с его глаз.
Этот алкаш был огромным, толстым и по силе превосходил меня.
— Недотрога, да? Ты ничего. Беленькая такая.
— Дайте пройти, - прижала к груди свои вещи, сделала шажок в сторону, стараясь, тем не менее, держать между нами дистанцию.
– Мне на работу надо.
— Ты еще и работаешь!
– приторно обрадовался мужик непонятно чему. Неожиданно резво подлетел, схватил за руку и притянул к себе.
– Хватит ломаться, бл*. Я еще вчера заметил, как ты на меня смотрела сучка. И щас тоже…Поворачивайся живо, пока я не против.