Трудно быть вором
Шрифт:
Гусев и Темирхан, занятые в первые минуты выяснением отношений, прозевали погоню. Раздосадованный Темирхан обвинил в провале операции исключительно одного Гусева – якобы он долго чесался, заводя машину. Гусев, пораженный несправедливостью обвинения, вышел из себя и, забыв об осторожности, выложил Темирхану все, что он о нем думает. По его мнению, человеку с такими тормозными реакциями, как у Темирхана, следовало бы воровать не собак, а черепах. Темирхан был так взбешен, что у него даже губы побелели. Неизвестно, чем бы все это кончилось,
– Отрывайся! – прошипел Темирхан, вцепляясь Гусеву в плечо железной пятерней. – Что хочешь делай, но отрывайся!
Гусев дернул плечом и раздраженно сказал:
– Куда я буду отрываться на этом корыте? Впереди гаишник стоит. Свистнет один раз – и мы сто пудов погорели. До поворота доехать надо, а там посмотрим.
– Смотреть нечего! – жестко сказал Темирхан. – Хоть сдохни, а оторвись! Водила ты или нет? Нам сейчас разборки не с руки, не тот случай.
– Они всегда не с руки, – заметил на это Гусев. – Только хочу заметить, что номер наш этот писарь давно уже нарисовал…
– Плевать! – презрительно сказал Темирхан. – Номера фальшивые.
Гусев дернул головой и возмутился:
– Это я, значит, с фальшивыми номерами катаюсь, а ты даже не удосужился меня об этом предупредить?!
– А какая тебе разница? Номера не твоя забота. Твое дело рулить правильно. Об остальном я сам позабочусь.
– Да эту тачку в два счета найдут! – продолжал возмущаться Гусев. – Уйдем мы сейчас или нет. Завтра же на первом перекрестке задержат.
– Не задержат, – убежденно сказал Темирхан. – Тачка не наша. Хозяин в запое. Раньше чем через неделю не очухается. А там ищи виноватого… Фургон – в гараж, номера родные поставим, и адью! Понял теперь?
– Теперь понял, – кивнул Гусев, припадая к рулю. – Тогда держись, сворачиваем.
Он зорко окинул взглядом приближающийся перекресток, и в тот момент, когда поток машин стал замедлять ход на желтый свет светофора, неожиданно вырвался из своего ряда, царапнул колесами бордюр и резко повернул вправо. Вслед ему понеслись панические гудки возмущенных водителей и матерная брань. Не обращая ни на что внимания, Гусев прибавил газу и, опередив в последнюю секунду рванувшиеся ему наперерез автомобили, полетел вниз по улице.
Чтобы предупредить возможные осложнения, на следующем перекрестке он еще раз свернул, въехал в первый попавшийся двор, проскочил его насквозь и наконец остановился в каком-то тихом переулке. Напротив поблескивала витрина маленького книжного магазинчика. Чуть подальше виднелась мрачноватая вывеска стоматологической поликлиники. Коротко стриженная дама с крошечной собакой на поводке, величественно проходя мимо, равнодушно посмотрела на фургон и зашла во двор.
– Уф! – сказал Темирхан. – А ты, оказывается, ас, водоплавающий! Как тебя, кстати, зовут, все время забываю?
– Александр! – буркнул уязвленный Гусев.
Он старательно делал сердитый вид, однако ему было приятно, что Темирхан назвал его
– Дальше-то что?
– Что-нибудь придумаем, – сказал Темирхан. – Главное, что мы оторвались. А ты рисковый парень! Сам говорил про гаишников, а сам такие номера откалываешь!
– Перекресток чистый был, – сурово сказал Гусев. – Я посмотрел.
– Ну, будем надеяться, что писатель на своей божьей коровке на такое не решился, – заметил Темирхан. – А мы дальше поедем в один гараж, где спокойно поменяем номера, и отгоним тачку туда, где она должна стоять. Но это уже ближе к вечеру, чтобы глаза не мозолить. А пока поехали потихоньку. В принципе, тут недалеко… Да, жаль, что так получилось! Зря съездили. Теперь вот с заказчиком объясняться – я ему железно сеттера обещал.
Они проехали несколько кварталов, прежде чем Гусев решился задать еще один вопрос, который давно его тревожил. Ему показалось, что момент для этого выдался подходящий.
– Темирхан, а почему Шульгин не пошел? Уехал куда-то, хотя вроде не собирался… Что случилось?
Темирхан сердито дернул щекой.
– Ничего не случилось! – сказал он. – С чего ты взял?
– Ну да, не случилось! Я же помню, как он в прошлый раз тебе сказал, что видел чего-то в лесу. Когда с профессором…
– Ты вот что, Саня! – сдержанно, но с затаенной угрозой в голосе сказал Темирхан. – Ты, знаешь, чердак себе всякой чепухой не забивай! Что слышал, что видел – забудь! Знаешь небось пословицу: «Меньше знаешь – крепче спишь»? Ну вот… А когда хорошо спишь, то и живешь, кстати, дольше… А насчет профессора ты лучше вообще забудь. Не было в твоей биографии такого! Запомнил?
– То запомни, то забудь! – проворчал Гусев. – С вашими делами точно крыша поедет.
– Какие твои дела? – хмуро сказал Темирхан. – Баранку крутить да язык за зубами держать – вот и все твои дела. Об остальном я сам позабочусь.
Глава 4
Огни поселка стали хорошо видны уже в конце дороги. Они сияли сквозь негустую листву рощи, создавая впечатление, будто впереди начинается большой город, с широкими улицами, магазинами и бесконечным потоком машин. Однако за все время, пока Гуров с Крячко ехали по дороге, ведущей в поселок, навстречу им не попалось ни одной машины.
– На электричестве здесь не экономят, – с удовлетворением заметил Крячко. – Это хорошо. Темнота на улицах способствует росту преступности.
– Зато там, где жил академик, кромешная тьма, – сказал Гуров. – По твоей теории, там должно твориться вообще черт знает что.
– Это не моя теория, – ответил Крячко. – Это статистика. А насчет академика ты сам придумал. Ты же первый уверен, что с его делом творится что-то не то.
– Это верно, – сказал Гуров. – Но если бы тебе так настучали по кумполу, ты бы думал точно так же.