Трудно быть мачо
Шрифт:
Законный супруг захрапел. Он использовал самый доступный способ психотерапии. В отместку изменившей ему жене нажрался… Смотрите люди добрые, как я страдаю. Хоть бы дверь закрыл, страдалец. Обнесут же. Где, интересно, денег на бухло нашел? Юля, говорила, что не дает, пока на работу не устроится. Видимо, заначка.
Ерофеев, судя по хлопнувшей дверце холодильника, уже обследовал кухню. Вернулся, поглощая подпорченный банан.
– Все равно пропадет, – пояснил он, поймав хмурый взгляд начальника.
Потом нагнулся и потряс лежащего за плечо.
– Эй, друг…
Дима разлепил глаза, пару секунд таращился на гостей, прошептал
– Поехали, – шагнул к двери Вячеслав Андреевич, – он до утра вряд ли оклемается. Завтра поговорим.
– Завтра у меня театр.
– Какой театр?
– Да этот, как его… Ну, буфет там еще на втором этаже, с зелеными шторами.
Жена билеты взяла, придется идти. Сам то я больше в цирк люблю…
Они вернулись в прихожую.
– Дверь сможешь закрыть? – спросил Дегустатора Чернаков.
– Без ключа никак, – покачал головой подчиненный, осмотрев замок.
– Нельзя оставлять. Обнесут.
– Да и насрать, – простодушно возразил Ерофеев, – не нас же?
– Не нас. Но оставлять нельзя.
– Клинышком дверь подожмем. Для близиру хотя бы.
– Давай.
Часов в девять Чернаков позвонил Юле, поведал о страданиях мужа.
– Он же простыть может на полу! – испугалась любовница.
– Не простынет… Мы его укутали…
Отставной генерал Глухарев, учредитель охранного предприятия «Забота-Сервис» в данную секунду чем-то напоминал французского комиссара Жюва из старых фильмов про Фантомаса. Напоминал не внешне, а, прежде всего, манерой разговора. Так же размахивал руками, разбрасывал по полу подвернувшиеся вещи и через слово матерился. Действие происходило не во Франции, а в кабинете Вячеслава Андреевича Чернакова. Утром следующего дня. Перед начальником службы безопасности «Планеты» лежала газета регионального значения «Криминальная правда» или «Криминалка», как звали ее в народе. Довольно популярная ввиду тематики и легкой желтизны. Издание рассказывало читателям о негативе, творящемся в северо-западном регионе, и бичевала местный преступный мир и коррупцию. Теперь под всевидящее око журналистики попал Глухарев и его детище, что и вызвало гнев отставного генерала. Статья, подковыристо названная «Спасибо за «Заботу», повествовала об ужасах, творящихся под крышей охранного предприятия. Во главу угла ставилась история с задержанием несчастной Галины Михайловны Копытиной, попавшей под обстрел нечистых на руку секьюрити, возглавляемых бывшим сотрудником криминальной милиции Чернаковым В. А., в прошлом, по непроверенным данным – оборотнем в погонах. Публикация бичевала провокационные методы, применяемые «Заботой» при охране супермаркета «Планета-Хауз». Липовые срабатывания «рамки», незаконные слежки и, главное, обыски, проводимые в грубой, циничной форме, нехарактерной для демократического государства. И как следствие – покалеченные судьбы бедных доверчивых покупателей. Цель распоясавшихся охранничков банальна – получение премиальных от хозяев «Планеты» за преданную службу.
Под раздачу попал и сам Глухарев, фотография дачи которого помещалась в центре статьи. Вот, мол, какие особняки возводятся на наших с вами страданиях. Какая связь между поимкой Копытиной и дачей генерала, особо не объяснялось. Вместо комментариев обличаемых следовал универсальный финт – «комментарии получить не удалось». Финал
– Комментарии им получить не удалось! – хрипел, словно раненый медведь генерал, – они тебе звонили?
– А зачем?
– Они бы лучше написали, сколько у этой жертвы аборта судимостей! А ты тоже хорош! Не мог своего бойца проинструктировать, чтобы помалкивал!
– Согласен, виноват. Больше не повториться, – пообещал Вячеслав Андреевич.
– Если мы здесь останемся! Тагиров словно чайник кипит! Это ж какая реклама для «Планеты»! А что они про прокуратуру наплели? Да еще городскую?! Причем здесь прокуратура?
– Хорошо, не Генеральную… Для значимости. Следачка материал в дознание скинула, но перспективы там – ноль. Хотя…
– Что?
– Статейка не вчера писалась. Откуда этот Эдмунд фото вашей дачи взял? Вряд ли из Интернета.
Генерал нервно схватил газету со стола, нацепил очки, рассмотрел фото.
– Недели две назад снято или раньше. Глухарь на крыше еще есть. Флюгер.
– А сейчас?
– Сперли. На цветные металлы, наверное. Он из алюминия.
– Копытину мы прихватили три дня назад. Вот и делайте вывод…
– Но они же не могли знать, что вы ее тормознете, – резонно возразил Глухарев.
– Значит, был бы кто-нибудь другой… Не принципиально. Заказали, нас, похоже, Виталий Степанович, заказали… Либо «Планету». Правда, для «Планеты» это укус комариный. Непонятно, чего Тагиров так страдает? Про статейку через день забудут. Да и прочитают ее от силы тысяч пять любителей криминальной клубнички. А в Питере пять миллионов душ. Нашей «Планете» покупателей хватит.
– И кто заказал? – генерал немного успокоился, усевшись на подоконник.
– Кактус…
– Какой кактус?
– Там кактус на окне, не уколитесь… А заказать кто угодно мог. Тот же «Максистрой».
– А причем здесь лицензия? Нет, Слава, это по «Заботе» удар, только по «Заботе». Мне уже звонили из разрешительной. 15 Да и Тагиров поинтересовался с намеком, справимся ли, когда они расширятся? Я, конечно, заверил, костьми лечь пообещал, но он как-то прохладно отреагировал. Ох, боюсь, попросят нас на будущий год из «Планеты»…
15
Разрешительная – речь идет о разрешительной системе ГУВД, выдающей лицензии частным охранным структурам.
– Найдем что-нибудь другое.
Чернаков сказал это, чтобы успокоить шефа. Он прекрасно знал, что конкуренция на рынке охранных услуг дикая, и найти такой объект как «Планета», сейчас практически невозможно. Занято все или почти все.
Вообще, ситуация с охранными фирмами чем-то напоминала ему ситуацию с «крышами» начала девяностых. Братки примерно так же воевали за «объекты». Разница в методах ведения боевых действий. Сейчас стреляют и подрывают поменьше, что уже радует. Но между собой за место под солнцем грызутся. Чернакову повезло, он на богатом объекте, но есть те, кто в активном поиске.