Труд во имя
Шрифт:
– Пустите, девушки.
– Сейчас наше время.
Клиенты тихонько удалились.
– А давайте на камень – ножницы? – высказала предложение девушка из «Майнд – ширмы».
Владилен легко согласился:
– У – е–фа!
Владилен показывал «ножницы», оппонент – «бумагу». Вдруг ладонь с «бумагой» заколыхалась и девушка сказала: «”Вода». Ножницы утонули. Мы идем».
Владилен покраснел. Но – не растерялся. Взял торт, открыл крышку и надел на голову находчивой обладательнице «воды».
– А вот твоя панама! – Потом откупорил коньяк и начал пить большими глотками. Кто – то в глубине офиса закричал. Девушка из «Майнд – ширмы» убежала, сотрудница
– Надоело! Все надоело!
Сотрудники «РосПиара» стали по стеночке покидать офис, кто – то начал снимать на мобильный телефон, но их остановил Фридрих Иванович: «Покинуть помещение! Беру командование на себя». И остался с Владиленом наедине, пока тот в другом конце офиса продолжал буйствовать.
Вера Марковна к всеобщему изумлению приехала на то самой коммерческой «скорой», которую вызывали в «РосПиар». Агентство давно обслуживала одна и та же клиника, в автопарке которой под парами каждый день стояло несколько белых с красными полосками микроавтобусов с мигалками. Срочные заказы на перемещения внутри Москвы и трансферы в аэропорты для клиентов «РосПиара» – приятный бонус. «Скорая помощь» и есть скорая помощь – полное соответствие своему названию. Но иногда приходилось пользоваться их транспортными услугами и самим сотрудникам агентства, как сегодня, хотя это и не приветствовалось: пойдут ненужные слухи – «государственное пиар – агентство никогда не опаздывает на встречи, потому что приезжает в карете «скорой помощи», «Психи – пиарщики» и т. п. Ну уж нет.
Ко времени вызова Верой Марковной такси – «скорой» свободной была только одна машина в районе Внукова. На ней за сорок минут она и прибыла на поле брани. Владилен еще сидел в кабинете директора.
– Поднимемся, Фридрих Иванович? Бригаду отделочников и айтишников уже вызвали?
– Да, конечно.
«Аркада» в действии
Проблем с открытием не возникало ни в одной точке. Во – первых, все шло под флагом модернизации. Во – вторых, их поддерживали две противодействующие (в рамках закона), и в тоже время равнодействующие силы – государство и предпринимательство.
Первые предоставляли помещения, правовую поддержку, помощь с кадрами, не требующими квалификации. Агитаторы, интервьюеры, секретари, курьеры, водители, уборщики – все поступали в распоряжение энтузиастов – модернизаторов и инноваторов. Биржи труда ломились от невостребованного и ленивого люда буквально в каждом городе – все числящиеся ждали материальной поддержки, а ее все не было и не было; и не будет никогда, это противоречит законам рынка и правилам капитализма.
Вторые давали деньги в надежде дополнительно ублажить первых.
Пока Геннадий Петрович отлеживался день в гостинице и две недели в больнице, Аркадий самолично появился в каждом из офисов работавших бизнес – инкубаторов, включая новейшие – в Екатеринбурге и Красноярске.
Финансист представлялся куратором проекта – полномочным представителем Правительства России и лично «его величества» (после этого уточнения все готовы были тут же упасть в ноги) Владимира Путина. Не хватало ума уточнить тут же, что модернизация – детище второго крыла высшего российского тандема. Аркадий как блестящий аудитор наводил финансовый порядок в каждом из офисов. Все работники,
По завершении оставалось сменить руководство головной фирмы ООО «Рузские Стимулирующие Лотереи», где генеральным директором до сих пор – какое упущение! – числился отец Аркадия – Серафим Михайлович Скрыпников. Аркадий, наконец, решился достигнуть той цифры собственного состояния, которую он уже давно декларировал как реальную. «Перед пацанами неудобно», – постоянно крутилось в его безумной, но холодной голове.
Дед Серафим был главой финансовых разбойников, грабивших государство под флагом звучных лозунгов первых лиц государств, которых, впрочем, сам и придумывал. Не он один, конечно – коллективное творчество. Под новыми знаменами можно разворовывать не только инновационные, но и нефтяные, газовые, дорожные, телекоммуникационные, лесные, земляные и другие бюджеты. Такие семьи и схемы не светятся, если только того не велит маркетинговая стратегия или нужда скорейшего выхода из тюрьмы. Или что – то еще. Билл Гейтс, Евгений Чичваркин, Михаил Ходорковский – все они дети достойных родителей, но никак не успешные бизнесмены. Максимум – хорошие маркетологи, но для пускания пыли в глаза общества, жаждущего «селф – мейд – мэнов» и «историй американских мечт», хватало и заурядных ораторских качеств. Плюс хорошее пиар – агентство и собственный преданный пиар – отдел. Достаточно присмотреться к биографиям их отцов и матерей, чтобы понять, кто был главным держателем прибылей и благоприобретателем.
Время проведения бюрократических процедур Аркадий коротал с очаровательными сотрудницами бизнес – инкубаторов, каждая из которых в единственном экземпляре была командирована из Москвы, из сердца проекта – «РосПиара». Распознать московских штучек было просто – они пахли и выглядели лучше всех. И должность у всех была одинаковая – супервайзер. К такому титулу и внешности не хватало только униформы и наручников. Агитация и перевербовка проводилась в ночное время, Аркадий готовил смертельный флеш – моб.
Из моего окна – грудь голая видна
Аркадий убил отца не ударом топора или выстрелом в живот. Он убил его красиво – женщиной, точнее женщинами. Об этом будут говорить долго и с придыханием и желать такой же смерти себе.
Серафим умер не от алкоголя и не от табака, как герой его любимого анекдота. Женщины – вот чем был лучше пожилого грузинского аксакала Серафим. Он еще мог. Не зря красавица – горничная Маша была приглашена после прохождения испытательного срока на круглосуточный режим работы и тройную ставку оплаты. Отпуск – один раз в два года. Маша ушла раньше, как будто знала, что старик блефует.
Жестокая и провокационная кознь Аркадия состояла в следующем. Все сотрудницы – супервайзерши были одновременно приглашены на демонстрацию за счет заведения (перелет туда – обратно, проживание, питание, гонорар в долларах наличными – кто откажется от таких выходных!). Демонстрировать предполагалось бюсты. Предварительно была осмотрена и пальпирована каждая кандидатура, результаты превзошли ожидания.
Ровно в 21.00 Аркадий позвонил отцу и предложил посмотреть в окно.
На Патриаршем в свете фар стояло пять красавиц с огололенными топами. В руках они держали плакат с надписью: «Серафим – выходи!»