Троя
Шрифт:
Глауен и Чилк согласились, что начальник говорит, как никогда ясно. Правда, Глауен хотел сделать некоторые уточнения, но, вспомнив о своем новом звании, счел за лучшее промолчать.
– Отлично. Есть еще и вот какие соображения. Постоянно имейте в виду и нашу необходимость в транспорте, когда придет пора перебрасывать йипов в другие миры. Во время общения с Бардузом проанализируйте все имеющиеся у него варианты, разумеется, правильно оценивая финансовые возможности Станции. – Вук перевел взгляд с одного командира на другого. – По-прежнему нет вопросов?
– Никаких! – подтвердил Чилк. – Миссия ясна, как стеклышко. Мы находим Бардуза, разбираемся с его делами и перекрываем
Вук с шумом выдохнул воздух.
– Гм. Ха… Ваше изложение абсолютно точно. Одно удовольствие с вами работать, командир Чилк!
– Мне стыдно признаться, но все-таки у меня есть пара вопросов, – едва ли не испуганным голосом произнес Чилк.
– Ничего страшного, – раздобрившись, ответил Вук. – Давай свои вопросы.
– Что известно о Левине Бардузе официально?
– Ничегошеньки. В ИПКЦ нет на него ни одного файла. Он тих, незаметен, путешествует без помпы и охранников, хотя, конечно, внимание все равно привлекает. Напоминаю особо о его компаньоне и деловом помощнике – Флиц. Она девушка весьма и весьма проницательная, хотя личность ее еще более туманна, чем его. Это я слышал, как от Эгона Тамма, так и от Боллиндера. – Вук, наконец, взял в руки желтую бумагу и какое-то время читал ее. – У Бардуза, по-моему, нет даже постоянного адреса, хотя находят его обычно где-нибудь по месту дислокации головных контор компаний.
– И еще один вопрос. Когда Бардуз впервые узнал о дешевом труде йипов? Подсунул ли их Намур во время одной из строительных работ? Или он узнал о них на Розалии, где его нет ни в каких списках? Я лично впервые увидел Бардуза и Флиц в Речном Домике в компании Клайти и Джулиана.
– Последовательности событий на Розалии мы не знаем. Я предполагаю – чисто теоретически, заметьте! – что сначала Намур встретил Бардуза и предложил дешевых рабочих. Потом представил его Смонни – может быть, даже по настоянию последней – когда она узнала, что у Бардуза большие возможности с транспортом. И уже Смонни представила его Клайти. Это вполне вероятный ход событий и, таким образом, Розалия становится первой ареной вашего расследования. Вы что-то сказали, Чилк?
– В общем, нет, я просто вздохнул.
Вук совсем почти улегся в своем кресле.
– Неужели память о годах работы на Розалии до сих пор вас угнетает?
– И да, и нет, – честно ответил Чилк. – Днем я даже никогда о них не вспоминаю. А вот ночью… иногда я просыпаюсь в холодном поту. Не стану отрицать, что происшедшее там произвело на меня сильное впечатление. Хотите услышать подробности?
– Да, но учитывая отсутствие времени, прошу вас быть точным и кратким.
Чилк кивнул.
– Не буду предаваться философским отступлениям, замечу одно – я никогда не был абсолютно уверен в том, что происходило. Это была адская смесь реальности и ирреальности, так что я постоянно был сбит с толку.
– Гм… Хм… Предположим, – задумался Вук, – ваше умственное состояние было, скажем так… нестабильно. Учтем. Продолжайте, прошу вас.
– Когда мадам Зигони наняла меня управляющим ранчо Тенистой Долины, я полагал, что добился высокого положения, хотя и невысоко ценил саму хозяйку. Я ожидал хорошего оклада, престижа, милого домика с прислугой из йиповских девушек. Скажу больше: я намеревался проводить немало времени на крыльце, попивая ром или пунш и отдавая прислуге приказы
– Ваша работа заключалась в наблюдении за нанятыми йипами?
– В общем да, но прежде, чем я это понял, прошло немало времени, неделя или даже больше. Мы с ними быстро поладили, на меня никто не жаловался, я понимал их, они – меня. Когда я на них смотрел, они делали вид, что работают, когда я уходил соснуть часок, они продолжали делать то же самое. Периодически появлялся из Йиптона Намур с бандой своих головорезов. Все шло более или менее мирно, поскольку воровать было нечего, а драться – лень. Больших проблем, в общем, не было. Однажды я спросил Намура, как он добивается такого спокойствия, но он только расхохотался в ответ.
Вук снова уткнулся в желтую бумагу.
– Как я уже говорил, Бардуз не является зарегистрированным землевладельцем, хотя сделками с землей, вероятно, занимается.
– И одним из объектов этих сделок является ранчо Тенистая Долина, – предположил Глауен.
Вук моргнул.
– На это ничто пока не указывает. Командир Чилк – наш эксперт по Розалии. Может, у него есть более точная информация?
Но Чилк покачал головой.
– Я не думаю, что Смонни или Зигони хотят продавать имение. Наличие ранчо делает из них аристократок, даже несмотря на его небольшие размеры – около семидесяти тысяч квадратных миль, включая горы, озера и леса. Деревья на Розалии большие, шесть или семь сотен футов высотой. Я измерил одно пуховое дерево, так оно оказалось даже в восемьсот футов. Пуховые деревья серые, с белым оттенком, а листва совсем черная. Пинкумы же черно-желтые с розовыми полосками, свисающими с ветвей. Из них у лесных бродяжек получаются отличные веревки. Синий махогани, естественно, синий, черная чалка – черная. Фонарные деревья тонкие, и в ночи светятся желтым. Всякая нечисть их не любит, что очень удобно, когда ночью надо пройти через лес. Да и вонючих шариков там почти нет.
Вук поднял седые лохматые брови.
– Каких-каких шариков?
– Вонючих. Однажды к нам приехало несколько старых друзей Титуса, и одна дама, состоявшая в каком-то биологическом обществе, пошла посмотреть дикие цветочки. Вернулась она совершено ни на что не похожая. Смонни даже отказалась пустить ее в дом. Ситуация была нехорошая, дама тут же уехала и сказала, что ноги ее здесь больше не будет и что ее пригласили сюда специально, чтобы опорочить.
– А бродяжки? Я всегда считал, что это нечто вроде древесных животных, типа сильвестеров или слэйвинков?
– Об этих существах мне известно мало, – признался Чилк. – Я жил на земле, они на деревьях, хотя и близко. Иногда их очень хорошо слышно, но как подойдешь поближе, чтобы послушать их песни, они убегают прочь, с глаз долой. Если человек очень проворен, то еще может, погнавшись за ними, успеть заметить некие суетливые существа с длинными черными ручками и ножками. Но я никогда не мог понять, где у них голова, хотя они не так уж и уродливы. А если стоять и долго на них смотреть, они начинают бросать вонючие шарики вам на голову.