Тропою духов
Шрифт:
Мэгги уловила страшную усталость в глазах, гримасу боли на губах индейца, и поняла, что воину нужен отдых, но ее переполняли вопросы, не дающие ей покоя. Как он попал сюда, как долго намерен оставаться? Неужто он вправду знал Красное Облако? Она ощутила страшное волнение, подумав о необычайных возможностях, что могут открыться в беседах с человеком из прошлого. Воспользовавшись бесценными сведениями о минувшем веке, она могла создать непревзойденные исторические романы, подобных которым не было и не будет.
— Я должен
— Вам, действительно, надо отдохнуть, — возразила Мэгги, — сегодня у вас не хватит сил дойти до Холмов. Вот, может быть, завтра…
Вытянувшись на кровати, он прикрыл глаза, уступая охватившей его усталости.
Завтра он спросит Ее снова и выяснит, зачем Она призывала его.
Завтра…
Глава 9
Вероника взглянула на Мэгги, как на умалишенную:
— Человек из прошлого! Да вы сошли с ума?
— Возможно.
— Возможно! Мэгги, вы проглатываете чересчур много романов. Люди не путешествуют во времени. Это невозможно. Вероятнее всего, это еще один пьяница-индеец. Вот и потерял голову. Не знает, какой день в календаре!
— Не думаю, что он знает, в каком столетии находится.
Вероника покачала головой:
— Это невозможно.
— Он сказал, что видел меня в вещем сне, на горе, в Священной Пещере.
Вероника вдруг вскочила, как будто ее ударили. Она была в полном смятении:
— Священная Пещера? Он упоминал о Священной Пещере?
— Да, а что такое?
Вероника покачала головой:
— Да нет, ничего.
— Скажи же мне!
— В нашем народе живет легенда о Священной Пещере. Люди верят, что шаман, обладавший необыкновенной таинственной силой, мог войти в пещеру и узнать будущее.
— На столетие вперед?
— Не знаю. Я-то никогда не верила в это, но мой отец верил. Из уст в уста передавались рассказы о шамане, известном под именем Волчье Сердце, который видел вещие сны в Священной Пещере.
Мэгги почувствовала холодок в груди, как и в тот раз, когда Черный Ястреб сказал, что видел ее в вещем сне. Это ощущение было выше ее понимания. Совершенно необъяснимо.
— Индейцы путешествовали во времени?
— Нет, насколько мне известно.
— Но, если шаман мог заглянуть в будущее, отчего же он не мог оказаться здесь?
— Я не знаю, — ответила Вероника. Она посмотрела на пирог и покачала головой. — Это же была легенда.
— Но некоторые мифы основаны на реальности…
—Мне не хочется толковать об этом, — сказала Вероника, — это причиняет мне беспокойство.
Она занялась пирогом, твердо решив выбросить все из головы. Но невольно вспомнила время, когда была еще девчонкой. Она сидела в уголке, а старцы говорили о прошлом, о шамане Волчье Сердце — предсказателе будущего, который умер в Священной Пещере. Согласно легенде, его тело нашли
— Почему бы вам не посмотреть, не проснулся ли он? — спросила Вероника, — Обед скоро будет готов.
Глубоко задумавшись, Мэгги покинула кухню и двинулась в комнату для гостей. Черный Ястреб все еще спал. Она взглянула на него, задаваясь вопросом — не подводит ли ее богатое воображение? Неужели она действительно поверила, что он явился из прошлого?
В самом деле, ей было нетрудно вообразить такое, может быть, потому, что она провела столько дней в выдуманном мире. В ее последней книге содержалась новелла о путешествии во времени. История современного индейца, попавшего в прошлое. Мэгги получила сотни писем от читателей. Они заявляли, что хотели бы оказаться в прошлом, а были и такие, которые считали это возможным.
Она вгляделась в лежащего, вновь отмечая его красоту. Даже во сне он излучал какую-то необъяснимую внутреннюю силу.
Она выглянула из окна, устремив взор на Черные Холмы. Сиуксы верили, что Холмы священны, что там, в самом сердце земли, и зародилась жизнь. Не там ли наверху Священная Пещера, скрывающая тайны времен? Возможно, она могла бы войти в Пещеру и увидеть прошлое, изменить его так, чтобы несчастья не было вовсе.
Она оглянулась и встретила взгляд Черного Ястреба.
— Хтайети Вэсти, — сказала она, — добрый вечер.
Черный Ястреб кивнул в ответ. Она казалась удивительно красивой на фоне сумерек за окном. На Ней было розовое длинное платье с пышной юбкой до пят, волосы рассыпались по плечам, подобно черному облаку. Вдруг ему захотелось дотронуться до Нее.
— Вы голодны? — спросила она. — Обед готов. — Вы предпочитаете есть здесь или в… — она не находила слов на языке сиу, обозначающих кухню, и кивнула на дверь.
— Не хотели бы вы есть в другой части дома, со мною?
— Да, — торжественно ответил он, — с Вами. Скользнув взглядом по круглому белому горшку, которым он пользовался, Ястреб снова посмотрел на нее.
— Мм… — она сдвинула брови, тщетно ища слово, обозначающее ванную комнату на языке Лакоты. Потом пожала плечами. Две ночи он обходился ночным горшком — ну, так еще одна ночь ничего не изменит. Покраснев, она удалилась.
Несколькими минутами позже Черный Ястреб вошел на кухню. На нем снова были только набедренная повязка и мокасины. Густые длинные прямые волосы доходили почти до пояса. В его присутствии кухня словно уменьшилась в размерах.
Мэгги устроилась в кресле напротив него:
— Садитесь.
Он усаживался так осторожно, как будто опасался, что плетеное кресло не выдержит его веса, а потом уперся взглядом в тарелку, поставленную перед ним Вероникой. Подняв глаза, он бросил на Мэгги такой взгляд, что она отложила нож и вилку.