Тропа глупца

Sleepy Xoma

К тому же, раненый достался его товарищам, которые, скорее всего, просто не успели к началу драки.

– Ты вернулся туда, верно?

– Да, с десятком надежных людей.

– Ну да, пятерых рыцарей угробил, почему бы еще десять не отправить на тот свет, - зло скривился Ритииш.
– У нас же так много верных вассалов.

– Тихо, - не повышая голоса, распорядился Дракон.
– Дай догадаюсь, что ты увидел: тела этого Антэрна не было, зато трупы твоих людей кто-то обшарил. Ящеры, скорее всего, остались на привязи - тащить их ночью куда

бы то ни было занятие неблагодарное.

– Да.

– Ловушка?

– Я тоже ждал ее, но нет, обошлось.

– Этого я и опасался.
– Дракон сложил пальцы в замок и водрузил на него свой гладко выбритый подбородок, а заодно и начавший появляться второй.

– Он мертв!

– Или нет. Ты не можешь быть уверен в этом.

– Почему это?
– насупился герцог.

– Все просто, мальчик. Одно проистекает из другого. Факт номер один: у него есть товарищи, которые подоспели вовремя. Факто номер два: они не попытались отомстить за погибшего друга или захватить пару твоих вассалов в плен. Следствие из этих двух фактов: они позаботились о раненом и поспешили в безопасное место.

– Я прочесал всю округу...

– Не перебивай. Итак, факт номер три: они оставили ящеров. Факт номер четыре: ты не сумел напасть на след таинственных нападавших, даже обыскав округу. Следствие из этих двух фактов: они достаточно умны и понимают, что ты будешь прочесывать окрестности, а рана их товарища опасна, но не смертельна. Они посчитали, что смогут довести его в убежище живым. Объединим следствия один и два. Получаем вот что: ты не убил своего противника, зато раскрыл ему массу полезной информации. Он знает, кто ты и знает, как выйти на меня. Для этого лишь достаточно захватить тебя.

– Я герцог!

– И что? Любого человека можно взять в плен силой мышц или силой ума. Не льсти себе, мальчик. То, что ты мой сын и владеешь Даром, не делает тебя бессмертным, что мой другой сын отлично продемонстрировал.

Дракон указал на бок.

– Предположу, что твоя рана глубока, лишь чуть-чуть его меч не добрался до почки. Понимаешь ведь, что произошло бы в этом случае?

Герцог мрачно уставился на отцовский палец, а браться с сестрами как один мерзко захихикали.

– Обосрался ты, братик, - высказала общее мнение бесцеремонная Малика.
– Причем жидкой дрисней.

Олтирн презрительно посмотрел на нее и выдавил из себя:

– Даже если это так, я найду его и закончу начатое.

– Верно, тебе придется, иначе начатое завершит уже он сам.

– Он для меня не опасен!

– Рана говорит об обратном.

– У него нет Дара!
– пытался защищаться в заведомо проигрышной ситуации герцог.

– Есть, как и у любого моего ребенка. Ладно, не будем о грустном, я верю в тебя, Олтирн, и надеюсь, что следующую ловушку ты все-таки продумаешь лучше. Теперь же давай выслушаем твоих братьев и сестер.

Герцог открыл было рот, намереваясь что-то сказать, но потом передумал и, скрестив руки на груди, надул губы, точно обиженный ребенок, передавая

право говорить следующему оратору.

Со своего места поднялась Малика. Эта простая крестьянская девчонка никогда не умела правильно и красиво излагать свои мысли, зато говорила всегда четко и по существу. К тому же она была самой верной из его детей, боготворившей своего родителя.

И, что уж тут скрывать, Дракон любил ее куда больше, чем остальных. Он никогда и никому не признавался в этом другим, но от себя-то правду не утаишь. Если бы только ее Дар был сильнее! К сожалению, Малика, обладая поистине уникальной способностью, могла пользоваться ею до обидного мало, и была самой слабой в магическом отношении членом семьи.

Женщина говорила, но он почти не слушал. Мысли о таинственном сыне заполнили собой весь разум.

"Подумать только, еще один! И этот тоже жаждет моей смерти. Ох, я сам виноват - за грехи прошлого приходится расплачиваться, и расплачиваться жестоко. Этот будет уже четвертым. Быть может, смогу переубедить его, как Гал-Рима? Если получится, было бы неплохо. Еще один сильный маг клинка мне не повредит".

Он вздохнул и едва заметно потянулся. Тут же дернуло правое плечо - старые раны с каждым годом давали знать все сильнее и сильнее.

"Старость не радость. Надо мне быстрее заканчивать все дела с королем", - он кивком позволил Малике сесть, и ее место занял Каас.
– "Было бы здорово поскорее перебраться во дворец. Не то, чтобы тут мне жилось плохо, но все же, все же"...

И тут он краем уха зацепил слова Кааса. Дракон тряхнул головой.

– Сынок, повтори-ка последнее предложение. Я правильно понял?

– Да, отец, - отчеканил тот.
– Вольные Луки ушли, они больше не станут с нами работать.

Дракон резко посмотрел на Олтирна.

– Объяснись.

Тот слегка побледнел - такой тон родителя не предвещал ничего хорошего.

– Да ерунда, у нас просто возникло недопонимание.

– Братик решил, что раз штурма как такового не было, то не стоило тратиться на оплату услуг наемников, - безжалостно вставил Каас.

Да, он был самым добродушным из шестерки, но называть его добрым было бы большой ошибкой. Как и прочие детки, здоровяк при необходимости мог сделать очень больно, причем не только кулаками, но и словами.

– И ты вместо того, чтобы доплатить капитану отряда, пнул его под зад? Серьезно?

– Да они нам больше ни к чему! Своих людей хватит, а если нет - наймем кого посговорчевей.

– Не нужны...
– простонал Дракон, закрывая ладонью лицо.
– Три тысячи сильнейших лучников континента не нужны.

"Ну почему именно он родился в семье герцога? Почему не Нидтирна"?

Статная красавица, пожалуй, была единственным человеком, в полной мере унаследовавшим родительские мозги, остальным досталась лишь сила. И как же обидно, что ее - правительницу небольшого баронства на юге Семи Королевств - никак не получится использовать в его планах. По крайней мере, на этом этапе!