Тропа барса
Шрифт:
— Спасибо.
Она взяла рюмку, выпила маленькими глоточками, не торопясь, положила масло на блинчик, сверху — икру, неловко поддела вилкой, блинчик соскользнул и упал на стол.
— Ой! — Девушка посмотрела на скатерть, подняла глаза на мужчину. — А голова поехала…
— Лишь бы крыша устояла.
— У меня нет крыши. Я сама.
— Ну и как — самой? Аля пожала плечами:
— Неважно. Вы же видите. — Снова подняла на него глаза.
— Меня зовут Олег. Олег Гончаров.
— А я — Аля.
— Редкое
— Редкое? — Аля засмеялась. — Алена, Лена.
— Алена — нежнее.
— Я привыкла к Але. А «Лена» мне не нравится. Когда ты — «одна из». Лена — это как просто «девушка».
Она поглядела на него снова, и взгляд ее на этот раз показался Олегу совершенно беспомощным — такой бывает у близоруких людей, вдруг оказавшихся без привычных, укрупняющих мир линз.
— Извините, Олег… Какую-то чушь несу… Я поем, ладно? А то действительно неприлично так пьянеть от рюмки водки. — Глянула на него лукаво. — Но простительно. У меня было трудное детство.
— На самом деле?
— Это как посмотреть. А вообще-то — поговорка такая. Пословица.
Гончаров закурил, чиркнув длинной спичкой. Принесли мясо в горшочке. Алена справилась с блинами и икрой и теперь быстро ложкой ела жаркое. Ему было приятно наблюдать, как она ест, что-то промелькнуло в памяти… Он улыбнулся даже, но улыбка вышла невеселой. Все просто в этой жизни: чтобы мужчина был мужчиной, а не особью мужского пола, даже с деньгами, ему нербходимо о ком-то заботиться, думать, тревожиться, кого-то защищать… Когда этого нет, жизнь становится лишь более-менее сносным функционированием, словно ты не человек, а биоробот. Всего лишь. И не более того.
— Уф… — Девушка откинулась на спинку стула. — По-моему, с едой я погорячилась.
— Это пройдет.
— Чувство излишней сытости?
— Чувство волчьего голода.
— Разве я похожа на волчицу?
— Скорее на загнанного волчонка. Который не понимает, за что его гонят.
Девушка посмотрела в глаза мужчине внимательно, пристально. Сейчас, немедленно ей нужно решить: она верит ему или нет. Иначе — пропала.
В глубине его глаз была только грусть. И еще — усталость. Такая бывает в глазах у больших добрых псов, преданных людьми. Им некого стало защищать: те, кого они любили, бросили их, оставив охранять пустой дом, в который никогда не вернутся.
А пес не способен поверить в предательство тех, кого любит. И умирает даже не от голода — от тоски. А вообще… Собаки — куда лучше людей. Нет, есть злые, ущербные псины: просто люди вывели и воспитали породу себе подобных. А по жизни Алена вообще давно заметила: все хорошие люди похожи на собак или на лошадей.
Только лошади порой еще грустнее. Но грустнее всех — люди.
— Вы чем-то обеспокоены, Аля? — спросил Гончаров тихо.
— Да. Обеспокоена.
Глава 15
Наблюдатель
— Она у «Валентина».
— У Валентина? — не понял Крас. — У какого Валентина?
— Ресторан в центре города.
— Разве сейчас еще работают рестораны?
— Я неверно выразился. Комплекс. Ресторан, ночной бар, варьете, казино. Кукла в настоящее время в ресторане.
— Одна?
— Естественно, нет. Подсела за столик к какому-то субъекту.
— Что за субъект? Бандит? Авторитет? Деловой человек? Есть ли охрана?
— Охраны, судя по всему, нет, но…
— Что «но»?
— Это очень дорогой ресторан. Для самых-самых. И, скажем, как-то наехать на неизвестного здесь… Впоследствии могут быть неприятности. Очень большие неприятности.
— Они то ли будут, то ли нет. А те, что уже имеются по вине этой стервы, — совсем не маленькие. Вы контролируете ее?
— Да.
— Говоришь из зала?
— Да. По мобильному.
— Кто еще с тобой?
— Никого. Водитель здешний, по найму. Я его отпустил. Но машина осталась.
— Сможешь захватить девушку?
— Вот это вряд ли. Похоже, она не собирается расставаться со спутником в ближайшее время. А проводить какие-то силовые акции здесь — это… дурной тон.
Здесь люди отдыхают, и соответственно имеется своя служба безопасности.
— Квалифицированная?
— По этому варианту — да. К тому же «Валентина» контролируют и милиция, и государственная СБ — место уж очень видное. Похитить девчонку отсюда не проще, чем в Москве — Вовочку из мавзолея.
— Трупы, даже набальзамированные, никому не опасны. А эта девка… Хорошо.
Вызывай этих, частных… Оплата будет соответственная. Сможешь это сделать быстро?
— Да. На всякий случай я договорился заранее. Прибудут сразу по звонку.
— Ты общался с ними сам?
— Конечно нет. Кто ж с такими общается? Через посредника. Контакт-ответчик на телефоне.
— Они не устанавливают заказчиков?
— А. зачем им? Лишь бы деньги шли. У них полная предоплата.
— И они ни разу никого не кинули?
— А зачем? Репутация дороже. Да и они же не киллеры по персонам. Легионеры.
Пусть и разных… э-э-э… специализаций, но легионеры. А у них конкуренция.
Заказчиков меньше, чем охотников получать бабки за стрельбу.
— Утечек от них не будет? В службу безопасности, к примеру?
— Нет. Эти ребята занимаются слишком специфическим бизнесом. Любая утечка «направо» или «налево» поставит на их деле крест. Ну и на руководителях этой конторы — тоже. В прямом смысле.
— Убедил. Вызывай. Надеюсь, они не страдают излишними комплексами?
Человеколюбием, например?