Трон
Шрифт:
Прибежал Руди, остановился около стола, глядя, как я собираю швейное барахло.
— Хочешь кушать? — спросила я.
— Ещё кушать?! — обрадовался он. — Я сегодня уже ел три раза!
В этих словах было столько восторга, что мне стало жаль его почти до слёз. Поесть три раза — событие!
— Вот и ещё раз поедим, лишним не будет. И спать ляжешь, — я вдруг вспомнила, как в далёком моём детстве говорила бабушка и прибавила: — чтоб жир завязался.
Тут он заметил новый свет и глаза его вовсе округлились:
— Эмми! Как ты смогла?!
— Вот
— Почему? — удивился он.
— Потому. В королевской бумаге так написано, — я шутя щёлкнула его по носу. — И ещё я не хочу, чтобы нас нашёл тот барон.
— Барон Хловдин! — воскликнул Руди.
— Да. И все остальные. Так что теперь я — госпожа Танвен Зарянка. Кстати, давай-ка мы и тебе новое имя придумаем. Как ты хочешь, чтоб тебя называли?
Руди почесал нос.
— Я не знаю.
— Ну подумай.
— А есть когда?
Я скосила глаза в сторону печки.
— Руки мыть? — сообразил он.
— Молоток! А потом мы сходим и выберем себе самую вкусную копчёную рыбу!
Всё равно всю еду с собой не потащим. Так что нефиг себя ограничивать!
А потом всё вышло даже ещё лучше, чем я себе гастрономически представляла. Руди действительно соображал, как растапливать эту огромную печку. Причём, как сделать так, чтобы не вся она разогрелась, а только варочная часть. И я наварила целую здоровенную кастрюлю компота — отнесу потом в кладовку, она там как на леднике отлично храниться будет, правильно? И днём в жару пить прохладненькое — самое то. Ещё я наварила картошки, нашла в кладовке масло, на вкус напоминающее оливковое, заправила. И выбрала рыбу, запах которой понравился мне больше всего.
— М-м-м! Обалдеть! — промычала я, отваливаясь от стола. — Не знаю, как она называется, но на вкус — просто божественно!
Нет, положительно съехать отсюда будет полезно — я же так разъемся до невозможности.
— А что такое «божественно»? — спросил Руди.
Я чуть не подавилась. Поспешно запила кусок компотом, прокашлялась.
— Слушай, а вот тот, в рясе, который мне приговор читал — он кто?
— Монах, — похлопал ресницами Руди.
— А такой напыженный, в золотой шапке?
— Это епископ, — братец, кажется, немножко испугался.
— А служат они — кому?
Испугался, точно!
— Ты что, Эмми?
— Во-первых, не Эмми, а Таня. Если ты не запомнишь, нас могут найти. А во-вторых, вспомни, Нитон сказал: от пыток люди могут многое забыть, даже имена родных и близких. Даже своё!
Вроде, немного успокоился.
— Хочешь ещё рыбки?
— Ага!
— Так кому служат епископ и монахи?
— Пресветлому Солнцу! — разбираясь с рыбой, пробубнил Руди с полным ртом.
— Ага… А ещё есть какие-нибудь… ну… святые? Или просвящённые? Светлые? — я перебирала варианты, пытаясь угадать.
— Просветлённые! Они помогают душам обращаться к Солнцу.
— А они… живые? Или уже умерли? — закинула ещё один пробный шар я.
— Они были в церкви на картинках.
Ага…
— Но в хижине у Медвежьего лога живёт старенький дедушка. И мама говорила, что он тоже просветлённый, хоть и живой.
Ну это тоже понятно. Так-так. Значит, присловья, связанные с божественным и тому подобное надо отменить. Фильтруем базар, Таня!
Потом мы в четыре руки навели порядок, я уложила Руди спать, забрала фонарик и пошла в спальню. Предстояло отлепить монетки от сыра и посчитать, сколько у меня всего капиталов. И ложиться спать. Деревенская жизнь «режима совы» не предполагает.
К «сырным» я прибавила монеты из сумки со специями, которые пока решила не распаковывать — всё равно скоро уезжать. Монеты я укладывала столбиками по десять штук на прикроватном столике (те, что из миски, обтирала тряпочкой). Всего получилось двадцать четыре столбика и ещё три монетки. Много это или мало? Вопрос вопросов. Всё зависит от того, редкий ли это здесь металл. Вон, в Древнем Египте, помнится, золото дешевле серебра было.
Я отложила десяток монет в маленький кошелёчек, остальные завязала в платок и поместила в сумку между баночками специй. Почему-то мне казалось, что так будет надёжнее.
Убрав сумку в шкаф, я решила расправить на кровати смятую простынь. Убрала одеяло… И вдруг по полу что-то зазвенело. Я живо обернулась, оглядываясь — ух ты, ещё две монетки! Странно, я же на кровать ни сумку, ни тарелку не ставила?
У Нитона выпали? Вроде, он в кровать одетым не ложился…
Не найдя этому здравого объяснения, я присовокупила монетки к маленькому кошельку и улеглась спать.
08. КТО ПЕРВЫМ УСПЕЛ, ТОТ БЫСТРЕЕ ВСЕХ И ОТХВАТИЛ
Нитон
Утро началось не с кофе, к сожалению. Вначале истошно заверещал страж, и я принялся судорожно одеваться. Принимать бой голышом — это, простите, моветон. Я же не наглая срединная баронесса из книжки!
А потом дом, который так мне понравился, одномоментно взлетел на воздух. Прям вместе со мной. Всё, что успел — в окно выметнуться вместе со вчерашней кошкой. И тут, придавая мне ускорения, неслабо так жахнуло! Лечу — натурально солома, ветром гонимая — а в голове всего одна мысль: это кто такой мощный? Мощный и бесцеремонный. Наглый даже, прямо скажем!
Унесло меня от гостеприимного дома и впечатало в канаву. Да ещё мусором всяким сверху присыпало. Полосатая кошондра, хвост ёршиком распушив, с диким мявом в кусты метнулась, а я остался лежать. Потому как — зачем суетиться, если можно не суетиться, правильно? Полагаю, в ближайшие секунды всё разъяснится. Труха вот только осядет… Нет, можно было б и поскорее, да только не хочется раньше времени себя выплеском магии обнаруживать, поэтому жду-у-у.
Минуты не прошло, обзор надо мной очистился до состояния «приемлемо». Лежу, созерцаю небеса. А там — красота! Несколько пегасов облака ломтями нарезают.