Трон Костей
Шрифт:
— И что же я должна буду сделать для этого? — Самина изобразила интерес, и тоже наклонилась поближе, но в отличие от собеседницы не спешила касаться Иного.
— Помочь ускорить развал этого балагана. Домен Власти… Это просто смешно! Три Домена, так было всегда, и незачем превращать трио в квартет. Этот мужчина — выскочка, и лишь благодаря его силе с ним считаются. Но для всех, у кого есть хоть капля мозгов, очевидно, что это временно. Искусственно вызванный кризис, который должен нас встряхнуть.
— Ты думаешь, за этим стоит
— А ты думаешь, что этот мужчина — на самом деле Владетель? Все это сущий бред! Он эксперимент либо Домена Силы, либо Арбитража. Я склоняюсь к первым. Новый Домен вберет в себя все, что касается Опустошителей, а затем, когда эту марионетку-Владетеля уберут, он станет частью Домена Силы.
Самина едва сдерживала улыбку. Янрис с такой уверенностью говорила об этой теории заговора, что не оставалось сомнений: она в это верит.
— Я хочу развалить этот карточный домик раньше, чем он обретет форму. Ты внутри, ты его помощница. Ты можешь значительно ускорить процесс, а если при этом сможешь обличить Домен Силы в этой схеме, то это значительно укрепит нас. Мы создадим недоверие к Домену Силы, и Арбитражу ничего не останется, кроме как заняться реструктуризацией!
— Янрис…
— Что? — нахмурилась фурия, не понимая, почему Самина так странно улыбается.
— Ты просто дура.
— Советую осторожнее выбирать выражения, — от располагающего тона не осталось и следа, как и от энергии Иного в воздухе. — Ты не у себя дома, Самина Лэмфорд, а учитывая действия твоего босса и повреждении собственности Домена, я могу тебя арестовать за порчу правительственного объекта.
— Хватит пустых угроз. Именно поэтому я и говорю, что ты дура. Нет никакого заговора, — рассмеялась Самина. — Точнее есть, но ты от него так же далека, как от нас берега Немланда. Владетель вернулся. Это не уловка, не заговор, и не что-то ещё. Я сама видела гроб, в котором он провел семь сотен лет.
— Тебе могли внушить, что…
— Нет. Это не мистификация, я тебе говорю точно. Можешь не верить, но это так. И именно поэтому я не ставлю на Домен Правосудия или Домен Силы. Теон Альдрим куда сильнее, чем тебе кажется, а если ты начинаешь в этом сомневаться, выйди ночью на улицу и посмотри на луну.
Губы Янрис превратились в тонкую полоску, она испепеляюще смотрела на собеседницу, но Самину это лишь смешило. Она начинала понимать, с какой позиции Теон смотрит на мир. Все эти надменные могучие фурии, смотрящие на всех сверху вниз… Янрис даже не понимала, насколько она незначительна, несмотря на занимаемую должность. Враги Теона — Старые Боги, каждый из которых сильнее, чем сотни фурий. И все эти рассуждения о переделе власти между Доменами так же нелеп, как рассказ ребенка о том, что перенос мультиков на час вперед вызван разумными Опустошителями.
— Похоже, мы не договоримся, — фурия откинулась на спинку сидения, скрестив руки под грудью.
— Нет,
Руннэт не отступила от своих убеждений до самого конца. Встретила превосходящего врага и отдала жизнь, веря, что Теон сможет изменить мир к лучшему. И я буду верить в это.
— Я свободна? — на всякий случай уточнила Самина.
— Разумеется. Но как бы тебе не пожалеть о своем решении, Самина.
— Могу сказать тебе тоже самое, Янрис. Мир меняется, и гораздо быстрее, чем может показаться. Если продолжишь цепляться за прошлое, рискуешь оказаться за бортом истории.
Эти слова привели нынешнюю главу Зеленого Этажа в ярость. Она ничего не произнесла, но было видно, как побагровело её лицо от услышанного. Одарив женщину снисходительной улыбкой, Самина поднялась с места и направилась к выходу неторопливой и уверенной в себе походкой.
Наверное, Королева Шипов поступила бы точно так же.
Рыцарь убивает Рыцаря.
Ещё одна фигура уходит с игровой доски, и значимых фигур, способных перевернуть игру, становится все меньше. В игре Башен на доску могут вернуться лишь пешки, а крупные фигуры, увы, уходят безвозвратно.
В этот раз никто не прерывал игру Сиобана, отчего тому пришлось прервать её самому и оглянуть собравшихся в комнате. Атмосферу, царившую в помещении, иначе чем мрачной не назовешь.
Лейва как обычно стояла возле окна, наблюдая за городом с высоты птичьего полета. Джасмаэль сидела на диванчике, на том же месте, что и во время их прошлого собрания, и накручивала черный локон на указательный палец.
— Сложно поверить, что его больше нет, — наконец разорвал тишину Сиобан, привлекая внимание женщин. Джасмаэль перестала играть с волосами и подняла взгляд на мужчину, а вот Лейва не обернулась, продолжив невозмутимо возвышаться над городом.
— Он был тем ещё придурком, — согласилась брюнетка, — но… мне тоже будет его недоставать.
Глупо было бы отрицать, что каждый из Старых Богов связан с остальными. Пусть не так крепко и сильно, как на это рассчитывал Таргарон, создавая свой безумный план по объединению мира, и все же каждый из его учеников чувствовал потерю Зарда. Словно кто-то вырвал кусочек души, ничего не отдав взамен. Каждый из Старых Богов ожидал такого, но не думал, что эта потеря будет такой сильной. В конце концов, когда был убит Могдин, все они были ещё запечатаны.
Это заставляло Сиобана усомниться в том, что среди них действительно будет противостояние, о котором он так долго размышлял. Они слишком сильно связаны друг с другом, чтобы устраивать полноценное кровопролитие. И тем не менее… сила Длани была слишком велика.