Трогать запрещено
Шрифт:
– Юль? – накрываю ладонью ее ладонь, сжимая.
– Я просто… да! Да, конечно буду! – смеется. – Ты переедешь ко мне в общежитие? Оно у нас правда отличное, новое и нешумное. Я думаю, мы могли бы договориться с комендантом и…
Теперь приходит моя очередь посмеиваться. Генеральный директор многомиллиардного холдинга, живущий в общежитии балетной академии. Это даже звучит абсурдно.
Юля хмурится.
– Нет, – объясняю ей свой приступ веселья. – Боюсь, я вырос из того возраста, когда живут в общежитии. Ты переедешь ко мне.
–
– Что такое? Это проблема?
– Нет, просто все так быстро и неожиданно и… – хватается за щеки.
– Если ты не готова или не хочешь, я пойму. Но все равно от тебя не отстану. Найду квартиру рядом с твоей академией, узнаю расписание занятий и буду сталкером таскаться по следам, наводя жути на твоих одногруппников.
– Это угроза? – хохочет котенок.
– Скажем, предупреждение. Слышала, что мы в ответе за тех, кого приручили? Все, Юль, ты попала. Нет, поверить не могу, вероломно похитила мое сердце и отказываешься со мной жить, – качаю головой. – Жестокий котенок…
– Я нет! – охает Юля. – Я не отказываюсь. Я хочу. Я согласна. И вообще, – подскакивает с места, двигая свой стул ко мне, усаживается, обнимая за талию, прижимаясь, – с тобой я на все согласна. Честно-честно.
Стискиваю рукой ее плечи, упираясь подбородком в темноволосую макушку. Только сейчас понимаю, что впервые за последние полчаса выдохнул. Сердце же до сих пор частит нездорово.
– Завтра, по возвращении в город, сразу поедем к твоему отцу.
– Ох…
– Вот тебе и “ох”. Нужно все рассказать Степану. Тем более, я планирую и в столице тебя у него украсть. У меня, конечно, будет много работы, но я хотел бы, чтобы ты была со мной, Юль. Если это возможно?
– У меня утрами тренировки. А дома у папы оборудован зал…
– Мы что-нибудь придумаем.
– Идет, – вздыхает Юля. – Поверить не могу, – смеется, – что мы всерьез обсуждаем будущее. Еще перед Новым годом я даже мечтать о таком боялась, а теперь…
– А я до сих пор не могу поверить, что ты набралась смелости и пришла ко мне на работу, признаваться в любви, – вспоминаю ее тогдашний растерянный взгляд, и в груди щемит до боли. Она ведь ни каплю не юлила. Не играла. Искренне призналась в чувствах ко взрослому мужику, не побоявшись быть отвергнутой.
– Мне было страшно и стыдно…
– Чего-чего, а стыдиться тебе точно нечего. Ты у меня очень смелая девочка. Это я – баран – чуть все не испортил. Если бы не тот твой первый решительный шаг, мы бы здесь точно сейчас не сидели.
– Не-а, – улыбается, вскидывая взгляд. – Первый решительный шаг случился гораздо раньше. Юла, помнишь?
– Точно, – смеюсь, чмокая ее в нос.
– Первое сообщение “любить или быть любимым”. Ты так мне и не ответил. Что бы ты выбрал?
– Мне нужно было время, чтобы дать тебе на этот вопрос честный ответ. Любить. Однозначно любить, Юль. Но, в тысячи раз приятней, когда тот человек, которого любишь ты, любит тебя в ответ. Представляешь, до
– Лучше поздно, чем никогда.
Юля подхватывает свой бокал. Мы чокаемся. Пока официант Анатолий расставляет перед нами горячее и закуски, сидя в обнимку, витаем каждый в своих мыслях, пока мне на ум не приходит еще одна мысль, и я спрашиваю:
– Кстати, откуда ты взяла мой номер?
– В тот вечер, после встречи в СПА, стащила у папы.
– Но, насколько я помню, сообщение прилетело позже. Через день, если не через два?
– Я трусила. Не знала, с чего начать разговор. Знал бы ты, сколько раз набирала сообщение и тут же его стирала! Все казалось таким глупым и наивным. А мне, жуть, как нужно было тебя заинтересовать.
– Расчетливо, – подмигиваю.
– Еще бы! – смеется Юля. – Я рада, что в тебе не ошиблась.
– М-м, и не разочаровалась еще?
– Никогда!
Улыбаюсь. Официант оставляет нас наедине. Я, подавшись вперед, целую Юльку в губы. Чмокаю разок. Другой. Срываю поцелуй за поцелуем. Совершенно забывая о том, что мы в ресторане и вокруг десятки любопытных глаз. С ней исчезает все моментально. Шум, мир, другие люди.
Наверное, я так и не смог бы оторваться от Даниловой, если бы не тактичное покашливание за спиной и знакомый голос:
– Титов? Вот так встреча!
Юлька испуганно отстраняется, оглядываясь.
Я оборачиваюсь, мысленно проклиная всех и вся.
– Костя, – киваю. – Нюта. Действительно, неожиданно…
Юля
Напряжение повисает в воздухе. Оно осязаемо. В нашу уютную Вселенную на двоих пытаются вероломно проникнуть – мне это не нравится. Так же, как и эта пара, которая каждой клеточкой вызывает неприязнь, хоть мужчина и кажется отдаленно знакомым. По-моему, этот Костя был на мальчишнике Титова. Его друг?
Взгляд девушки цепко скользит по мне. Презрительно и оценивающе.
– К вам можно подсесть? – спрашивает мужчина. Вроде вежливо, но что-то в его интонациях отчаянно пугает. Я напрягаюсь. Потому что мне не хочется, чтобы наше уединение даже здесь, в ресторане, нарушали чужие люди. А они чужие для меня, в этом нет сомнения.
– Ребят, извините, но тут полно свободных мест, – даже бровью не ведет Дан.
– Оу, – вздыхает девушка, явно не ожидавшая услышать такой ответ. – Не слишком-то вежливо, Богдан.
– В вежливости мы с тобой, Нюта, попрактикуемся в следующий раз, – звучит зловеще. – Вам пора, ребят. Хорошего вечера.
– Титов, – хмурится мужчина, – у тебя свадьба на днях, разве нет?
– Ага. Сегодня, – отвечает спокойно Дан, – Костя, моя личная жизнь тебя не касается. Ни тебя, ни твою жену. Вы прекрасно знаете, что мы с Илоной разошлись. Точка. Большего вам знать не нужно. И распускать слухи тоже не стоит, – смотрит на девушку, она обиженно поджимает губы.
– Но она вправе знать, на кого ты ее променял, Титов!