Шрифт:
21 Июля. Вроде обыкновенный день, но для меня он был началом новой, более интересной и авантюрной жизни. Как же так сложилось? Я отрезал все пути назад. Взяв зеленый маркер и подчеркнув заветную дату я, воодушевленный так сильно, что вот-вот бы и полетел, смачно закрыл красный ежедневник. – Да, да, да! Каждое «да» было сказано на повышение, а довершила этот порыв счастья лучезарная улыбка. Говорить с самим собой для меня считалось нормальным. Бросать учебу на предпоследнем курсе, чтобы затем уйти из квартиры жить в маленький офис, тоже было чем-то естественным. Я не бросал учебу каждый день, да и квартира, хоть и однокомнатная, была вполне ничего. Вся естественность
Спрашивая себя, – тебе нравится учиться Степа? – я отвечал, – нет, черт возьми, не нравится! Ненавижу эту учебу!
– Спрашивая себя, – чем ты хочешь заниматься, я отвечал, – писательством, а не зубрежкой и подлизыванием пятых точек у преподавателей, дабы получить роспись в зачетке!
Следуя логике, я бросил учебу. Зачем уходить из квартиры? Об этом позже! Взяв с собой десять книг, немного одежды, зубную щетку и кучу сменного белья, не переставая мечтать наяву, я готовился к лучшему. Где спать? Сколько я протяну на пятнадцать тысяч, которые занял у трех друзей? Где стирать вещи, как грамотно расходовать бюджет? Надо же что-то есть…
Где мне добыть денег, когда они кончатся? Потом разберусь!
На улице стояла шикарная летняя погода, а из окна виднелся прелестный залив. Я представил себя каменным блинчиком. Раздался вызов – такси!
Как же прекрасно делать то, что хочешь! У родителей связаны руки. Я больше не живу в «своей» квартире. Деньги есть, хоть и немного. Старший брат теперь может без угрызения совести каждый день приводить домой девушек и друзей. Все складывается как нельзя лучше, настоящая идиллия! Закинув ноутбук в сумку, повесив ее на плечо, посмотревшись в зеркало, не удержавшись и подмигнув самому себе – я встал на новый путь.
План был прост – жить в офисе за 4000 рублей в месяц, за 2000 рублей ходить в тренажерный зал, чтобы там же мыться в душе и греться в сауне, а остальной капитал, то есть 9000 рублей, отложить на потом.
Пока такси добиралось до коворкинга, мысли мои витали где-то по ту сторону реальности. Скоро я буду каждый день читать, писать, а в процессе найду какую-нибудь работу со свободным графиком, где будут платить, хотя бы тысяч двадцать и так, по плану – полгода, а может и больше.
Гранит науки, об который можно сломать зубы, теплофикационные отборы пара, конденсационные турбины, водогрейные котлы и вся ненавистная учеба – наконец-то позади. Можно не париться о зачетах, экзаменах, курсачах и лабах, теперь – можно вздохнуть полной грудью! Высшее образование – ciao, arrivederci, пока-пока!
После всех криков отца на подобии, – закончи вуз и лети хоть на луну! Закончи этот вуз, мать твою, так сложно ходить на пары, корчить из себя умника и списывать? Не рассказывай мне, что это сложно! В школе я лучше всех учился, а в вузе то что! Ходи, на девушек любуйся, да на парах книжки читай! Закрой ты этот чертов диплом для галочки, ради меня закрой! – после всех этих прессующих и подавляющих атак началась цепочка семейных скандалов.
Благодаря эгоизму и гордости, особенно после фразы «конечно, сможешь ты хоть что-нибудь заработать! Да ты загнешься, я тебе обещаю!», моя позиция осталась прежней: «на хрен эту учебу! В топку! Лучше нищенствовать, чем заниматься не тем, чего желаешь!». Окончательно договорившись с совестью и послав к черту старых друзей, я принял решение. И это решение – укреплялось с каждой секундой. Новая жизнь – начинается сегодня.
– Может рассказать обо всем таксисту? Хотя нет, лучше промолчу, – решил я.
Этот молодой, таксующий на новенькой AUDI парнишка, показался мне странным. Зачем, имея
Поднявшись наверх (на первом этаже офиса располагался санузел и раковина), сообразив, что между тремя дверьми нужно идти туда, где больше шума, я вошел внутрь. Переступив порог, я застал целую кучу народа! Все они, как по команде, уставились на меня. Приняв серьезный вид, подправив голос, ворчливо и чуть пыхтя, поясняя «Здарова-здарова! Ну-ка, что тут у вас за местечко! Посмотрим!», я протаскивал свои пожитки.
– Нормальная схема! Затаскивай это шмотье, давай-давай! Ты что тут жить собрался! – дерзко, любопытно и одновременно прилично спросил какой-то бородатый, похожий на дровосека парнишка.
– Я? Может быть, скоро узнаем! – запыхаясь, на ходу говорил я.
Пошла череда рукопожатий, вежливых и сдержанных улыбок, оценивающих взглядов и шуточек.
– Ты к нам навсегда? Из дома выгнали? – язвил уже знакомый Саша.
– Степан! У вас хорошая рубашка! Очень интеллигентный вид, высокий рост, разумный взгляд, короче, вы мне нравитесь! – паясничал Артемий.
– Приветствую, меня зовут Дима! Как? Степан? Очень приятно! Рад знакомству, – тихо, скромно и не дрогнув ни одним мускулом произнес Димон.
Парни уже хотели завалить меня вопросами, однако, заметив, что я не успел полностью прийти в себя и чрезмерно, буквально чрезмерно энергичен, вернулись к работе и оставили меня в покое. Пустой стол, на который я поставил ноутбук и под который спрятал книги, занимал крохотное, тесное пространство, а дешевый, на кривых ножках, с синей обивкой стул, довершал спартанскую обстановку и превращал этот уголок в трудовую обитель.
Ничего лишнего, отвлекающего – только самое необходимое. Таких «рабочих пространств» в коворкинге было двенадцать. Помимо основной части офиса также присутствовал конференц-зал, где ребята зачастую проводили различные мастер классы. Вещи я спрятал в комнате отдыха. В ней на тот момент жил мой друг предприниматель Лева. Как только я его увидел, а это было в первый день моего заезда, вместо приветствия он спросил есть ли у меня еда. К его счастью я захватил с собой шоколадку и пару отваренных яиц. Представьте взгляд полный искренней радости, неподкупного раболепия и благодарности. Представили? Именно таким взглядом на меня посмотрел парень, который через семь месяцев достиг дохода в семьдесят чистыми. Еда, спасшая его от язвы, несварения и голода стоила рублей пятьдесят, не больше.
– Спасибо Степа! – жуя, пробормотал он.
– Да, пожалуйста!
– Я думал, что скоро умру, желудок перестал функционировать, казалось, он сам себя начал есть уже, – все еще жуя, словно это были не яйца, а мясо, делился он.
Можно попросить еды у друга, но просить ее у других предпринимателей, которым сказал, что воротишь миллиардами, было уже слишком! Крепенький от природы, чуть ниже Степы, царь зверей Лева, моргая своими серыми глазами, сдерживая слезы счастья поедал яйца. Продлилось это недолго. Спустя пятнадцать секунд он покончил с яйцами и приступил к шоколадке.