Троецарствие
Шрифт:
Лю Бэй смиренно склонил голову.
Не выходя за порог своей хижины, Чжугэ Лян знал, как разделить Поднебесную! Поистине никогда не бывало в мире столь мудрого человека!
Мудрость Чжугэ Ляна потомки воспели в стихах:
О слабости своей вздыхал в те дни Лю Бэй,Но, к счастию, ему открыл все Чжугэ Лян!Когда Лю Бэй решил узнать судьбу страны,Смеясь, он показал ему раздела план.Поклонившись Чжугэ Ляну, Лю Бэй сказал;
— Я готов с благоговением внимать вашим наставлениям, только покиньте эти горы и помогайте мне!
— Ваше приглашение я принять не могу, — произнес Чжугэ Лян. — Я счастлив,
— О учитель! — слезы потекли по щекам Лю Бэя. — Что же станет с народом, если вы не поможете мне?!
— Хорошо! — согласился, наконец, Чжугэ Лян, тронутый неподдельным горем своего собеседника. — Если вы меня не отвергаете, я буду служить вам верно, как служат человеку собака и конь…
Печаль Лю Бэя сменилась радостью. Он велел братьям войти и поклониться мудрецу и преподнес ему в дар золото и ткани. Однако Чжугэ Лян наотрез отказался взять дары.
— Примите их, это не такие дары, которые преподносят мудрецам, когда приглашают их на службу, — уговаривал Лю Бэй. — Это знак моего искреннего к вам расположения!
В конце концов Чжугэ Лян согласился принять подарки. Братья остались у него в доме на ночлег.
Наутро возвратился Чжугэ Цзюнь. Собираясь в дорогу, Чжугэ Лян наказывал брату:
— Я уезжаю. Долг повелевает мне последовать за императорским дядюшкой Лю Бэем, троекратного посещения которого я удостоился. Не доведи наше поле до запустения, прилежно занимайся хозяйством и жди меня. Я вернусь, как только служба моя окончится.
Потомки сложили о Чжугэ Ляне грустные стихи:
Свой дом покидая, он думал уже о возврате,И службу кончая, мечтал, что вернется сюда.И из-за того лишь, что был он Лю Бэем оставлен,Там, в Учжанъюане его закатилась звезда.Есть и еще одна ода, которая написана в подражание «Шицзину»:
Мечом своим длинным взмахнул Гао-цзу, император,И в древнем Мандане кровь Белой змеи пролилась.Он Чу уничтожил и в циньские земли ворвался,Но через два века распалась династии связь.Она возродилась лишь при Гуан-у знаменитом,Но рушиться стала вновь при Хуань-ди и Лин-ди.Сянь-ди же столицу в Сюйчан перенес, и явилисьЗа ним властолюбцы с великою злобой в груди.И смута настала, и власть захватил Цао Цао,Династии новой основу род Сунь положил.И только несчастный Лю Бэй в Поднебесной скитался.Скорбя о народе, в Синье одинокий он жил.Желанья большие владели и Спящим драконом,Он воином храбрым и мудрым прослыл средь людей.Сюй Шу с похвалою назвал его имя Лю Бэю.И трижды с визитом был в хижине бедной Лю Бэй.Он поле покинул, он книги и лютню оставил,Мудрейший из мудрых, за планом развертывал план.Сначала Цзинчжоу, потом Сычуань захватил он,Он голосом мощным звал, как боевой барабан.Когда он смеялся, дрожали ночные светила,Драконом взлетевши, он мира принес торжество.И в тысячелетье войдет его светлое имя,Вовек не померкнет высокая слава его.Распрощавшись с Чжугэ Цзюнем, Чжугэ Лян, Лю Бэй и его братья отправились в Синье.
Лю Бэй относился к Чжугэ Ляну как к своему учителю. Он ел с ним за одним столом, спал на одном ложе и по целым дням советовался с ним о великих делах Поднебесной.
— Цао Цао сделал в Цзичжоу озеро и обучает свое войско ведению войны
Повинуясь его совету, Лю Бэй тайно направил своих людей в Цзяндун.
Тем временем Сунь Цюань после смерти своего старшего брата Сунь Цэ успел укрепиться в Цзяндуне. Унаследовав великое дело, он стал отовсюду приглашать к себе мудрых и способных людей. С этой целью он открыл в Ухуэе подворье и поручил Гу Юну и Чжан Хуну принимать приезжающих. Сюда стекались знаменитые люди со всех концов страны. Одни называли других и советовали призвать их. Были там такие мудрецы, как Кань Цзэ из Хуэйцзи, Янь Цзюнь из Пынчэна, Се Цзун из Пэйсяня, Чэн Бин из Жунани, Чжу Хуань и Лу Цзи из Уцзюня и многие другие. Сунь Цюань принимал их с почетом. На службе у него состояли опытные полководцы: Люй Мын из Жуяна, Лу Сунь из Уцзюня, Сюй Чэн из Ланъе, Пань Чжан из Дунцзюня и Дин Фын из Луцзяна.
Эти ученые и военачальники охотно помогали Сунь Цюаню. Цзяндун теперь называли не иначе, как приманкой для всех умных людей.
В седьмом году периода Цзянь-ань [202 г.] Цао Цао, завершив разгром войск Юань Шао, направил в Цзяндун послов с повелением Сунь Цюаню прислать в столицу своего сына для зачисления его в свиту императора. Охваченный сомнениями, Сунь Цюань не знал, что предпринять. Его мать, госпожа У, решила посоветоваться с Чжоу Юем и Чжан Чжао.
— Цао Цао хочет ограничить власть князей, и с этой целью он повелевает вам прислать к нему сына, — сказал Сунь Цюаню Чжан Чжао. — Если вы ослушаетесь, Цао Цао пойдет на вас войной, и может создаться опасное положение.
— А по-моему, незачем нам давать заложников! — возразил Чжоу Юй. — Наш господин унаследовал владения отца и старшего брата; прибавьте к этому население шести областей и военную силу! Послать сына князя заложником — значит подчиниться Цао Цао! Прикажет он тогда идти в поход — придется идти. Нет, не посылайте заложника! Поживем — увидим, как сложатся события, а там что-либо придумаем.
— Чжоу Юй прав, — согласилась госпожа У.
Сунь Цюань проводил посла в обратный путь, но сына своего с ним не отпустил.
С тех пор Цао Цао стал подумывать о походе на юг, и только беспорядки на севере мешали ему выполнить это намерение.
В одиннадцатом месяце восьмого года периода Цзянь-ань Сунь Цюань со своими войсками пошел в поход против Хуан Цзу. Ему удалось разгромить врага в битве на великой реке Янцзы. Военачальник Сунь Цюаня по имени Лин Цао на легких боевых судах прорвался в Сякоу, но, к несчастью, пал от стрелы Гань Нина, одного из храбрейших военачальников Хуан Цзу. Сыну убитого, Лин Туну, было всего лишь пятнадцать лет. Невзирая на свою молодость, он отважно бросился в битву и отбил тело своего отца.
Положение создалось неблагоприятное для Сунь Цюаня, и он вынужден был возвратиться к себе в Восточный У.
Младший брат Сунь Цюаня, Сунь И, был правителем округа Даньян. Несдержанный и своенравный, он часто напивался пьяным и избивал своих воинов. Ду-цзян Даньяна Гуй Лань и помощник правителя этого же округа Дай Юань искали удобного случая, чтобы избавиться от Сунь И.
Однажды все военачальники и начальники уездов округа собрались в Даньян на большой пир. В тот день жена Сунь И, красивая и умная госпожа Сюй, гадала по «Ицзину» [72] . Знаки предвещали недоброе. Госпожа Сюй уговаривала супруга не ходить на этот пир, но он не захотел ее слушать. Вечером, когда гости разошлись, Бянь Хун последовал за Сунь И и возле ворот зарубил его мечом. Всю вину за это убийство Гуй Лань и Дай Юань взвалили на Бянь Хуна и казнили его лютой казнью. Сами же они, воспользовавшись беспорядками, завладели всем имуществом и наложницами, принадлежавшими Сунь И. Гуй Лань был очарован красотой госпожи Сюй и сказал ей:
72
«Ицзин» («Книга перемен») — одна из книг конфуцианского Пятикнижия, применявшаяся для гаданий.