Трое в долине
Шрифт:
— Ладно уж, садись, — буркнула нэла Оли, когда я нерешительно замерла на пороге. — На твое счастье, Вильгельм уже ввел меня в курс дела. Вместе с этим твоим, новым другом.
Причем слово «друг» она выделила отдельно, при этом выразительно покосившись на зависшего под потолком призрака.
— Ругать уже не буду, — тем временем продолжила бабуля. — Вернее, буду, но не очень сильно.
«И на том спасибо», — мельком подумала я, присаживаясь на лавку рядом с Аной. Та выглядела несколько пришибленной. Видимо, бабулин непререкаемый авторитет и на нее успел произвести неизгладимое впечатление. С дедом-то девчонка вон как спорила. Только искры летели.
— Тебе необязательно выходить за него замуж, — без всяких предисловий начала бабуля, едва я решила, что буря миновала. — Пара — это еще не семья, а так, зачаток. Если мрон тебе не люб, всегда можешь отказаться.
«Как сделала ты?» — чуть не брякнула вслух я, но вовремя прикусила язык.
— Ниэль…
— Бабуль, я все знаю, — умоляюще взглянула я на нэлу Оли. — Честное слово, меня уже просветили по этому поводу, и мы не собираемся никуда спешить. Да и глупостей делать тоже не будем. Я только сегодня узнала, что он — моя пара, и вообще пока не готова к отношениям, какими бы замечательными они ни были.
— Вот и правильно, — неожиданно успокоилась бабушка. — Узнайте сперва друг друга как следует, познакомьтесь, пообщайтесь. Душевная близость, она ведь не просто так дается и порой значит не меньше физической. Ну а если уж вы характерами не сойдетесь, то еще не поздно отыграть все назад.
Я нерешительно на нее посмотрела.
— То есть в принципе ты… не против?
— Оборотня вдали от его пары может удержать только смерть, — буркнула бабуля, снова нахмуриваясь. — Поэтому хочешь — не хочешь, а он уже никуда не уйдет, если только ты сама его не прогонишь. Но ты у меня девочка неглупая, поэтому в целом — да, я не против, раз уж так произошло и раз уж в тебе проснулась наша кровь. Но надеюсь, что замуж ты пойдешь по зову сердца, а не плоти. И вовсе не потому, что смогла увидеть какие-то там божественные нити.
Вилли, услышав про богинь, выразительно закатил глаза и изобразил на лице такую гримасу, что я едва не прыснула. Норр так и вовсе скептически хмыкнул, но тут же ушел в тень, стоило бабуле с грозным видом обернуться и поискать глазами смельчака, который вздумал над ней насмехаться.
— Собственно, надеюсь, вы закончили воспитательный процесс, уважаемая нэла, — подчеркнуто строгим тоном заявил мальчик, когда нэла Оли с досадой поджала губы. — Ниэль — полноценная химера. Ее лучший друг — абсолютный маг, а избранником, скорее всего, станет оборотень из древнего рода, который я когда-то сам же и проклял… Мда, — кашлянул он, когда на нем снова скрестились все взгляды. — Не больно-то оптимистично это прозвучало. Ну да ничего. Есть шанс, что когда мы снимем проклятие с Лазоревой долины, светлые богини снова вернутся, и тогда последствия моего решения можно будет попробовать устранить насовсем. Но до этого, как говорится, надо еще дожить.
— Что ты собрался делать с детьми? — подозрительно прищурилась бабуля.
— Хочу помочь им уничтожить первую скверну. Поскольку именно она — та сила, которая поддерживает существование всех остальных скверн, то с высокой долей вероятности через некоторые время человечество сможет избавиться от нежити полностью. Имею в виду не только империю, а везде, осознаете масштаб?
— И как ты себе это представляешь?
— Очень просто, — с готовностью отозвался мальчик. — Я помогу ребятам пройти барьер и доведу до первохрама. Норр… вон то просвечивающее недоразумение, которое даже сущностью-то полноценной не является… подскажет им, как уничтожить саму скверну. Без абсолютного мага там делать нечего. Ну а поскольку Ниэль и ее подруга имеют несчастье находиться с ним в одной тройке, то им придется
— Почему именно абсолютный маг? — еще больше нахмурилась нэла Оли.
— Потому что только у него есть возможность призывать стихии без ограничений. И только вместе со связанной с ним колдуньей он способен их объединять. Наконец только в храме… в нашем случае в первохраме… у них появится возможность сделать это с максимальной отдачей и создать из обычной магии то, что раньше умели делать только ведьмы.
— Имеешь в виду божественную магию? — тихо спросила я.
Вилли пристально на меня посмотрел.
— Да, Ниэль. Жрецы никогда этого не расскажут, но на самом деле вся ваша магия — есть не что иное, как обрывки… частицы одной-единственной силы, которая когда-то создала и до сих пор оберегает этот мир от разрушений. Ведьмы в свое время не оправдали доверие богинь, поэтому дар у них был изъят. Вам, людям нового мира, оказали честь и сделали носителями не чистого, не цельного, а расколотого дара. Чтобы было меньше соблазнов использовать его не по назначению. Но при этом оставили возможность снова сделать его божественным. И вы сделаете это, потому что только так можно исправить то, что некогда сотворили с Лазоревой долиной.
— Мне показалось или свет на самом деле бывает разным? — осторожно спросила я.
— Бывает, — кивнул мальчик. — Когда он силен, ни одно создание тени, включая нежить, перед ним не устоит.
— Сегодня нам снова довелось его использовать…
— Да, темный уже рассказал. Но даже это — вовсе не тот свет, который нам будет нужен.
Под его взглядом я поневоле поежилась.
— Разве бывает еще сильнее?
— Намного, — без тени улыбки подтвердил он. — Свет может быть как огонь… огонь лучины, огонь в очаге или же огонь лесного пожара. Но бывает и иной свет — всепоглощающий, жгучий, беспощадный к малейшим проявлениям тьмы. Именно он — единственное оружие против богов и их проклятий. И именно его вам придется призвать, если вы хотите закончить эту войну.
— Я не знаю, сможем ли мы потянуть такой уровень, — беспокойно заерзала я. — Вернее, нас этому пока не учили.
— Этому невозможно научить. Божественный свет — это прежде всего свет души. Чистый, яркий, обжигающий. Вы трое — светлые до глубины души, поэтому у вас получится. По крайней мере, я сделаю для этого все возможное. И темный, думаю, постарается. Для него это вопрос выживания.
Я мельком покосилась наверх.
— Если мы справимся, ты умрешь?
— В вашем понимании — да, — не стал отрицать Норр. — Но без смерти не бывает перерождения, поэтому я не в претензии. Напротив, вернуться в тень — моя первоочередная задача.
— Мне это не нравится, — сердито буркнула нэла Оли. — Почему такие вещи должны делать вы, дети, а не маги или жрецы?
— Потому что у жрецов есть лишь капля божественной благодати, — ответил призрак. — Как у магов, колдунов и ведьмаков. Немного иная, но частичка все той же силы, которая когда-то создала вас всех. Ценность абсолютного мага заключается вовсе не в том, что он способен движением бровей обрушить Норейские горы, а в том, что он может объединить магию стихий. Задача колдуна — помочь ему в этом, стабилизировать объединенные потоки и использовать их так, как умеет только одаренный, назубок знающий формулы и руны человек. Ну а ведьмак должен сохранить трезвую голову и удержать их обоих от соблазна раствориться в свете. Ведьмак — их опора, поддержка. Тот самый столп, который убережет тройку от окончательного распада. Именно поэтому вы и были созданы такими разными. Поэтому вы всегда воюете тройками. И поэтому вы, несмотря на все свои различия, так удивительно похожи.