Триумф солнца
Шрифт:
Через некоторое время впереди показалась еще одна голая вершина, возвышавшаяся над пустыней, как голова сказочного чудовища над поверженными врагами. Якуб пришпорил верблюда и пустился к Пенроду с бешеной скоростью.
– Теперь ты сам удостоверишься в мудрости Якуба, повелителя пустыни. Храбрый Якуб видит землю, как стервятник с огромной высоты, а мудрый Якуб знает все скрытые места и потаенные дорожки.
– А если этот храбрый Якуб ошибется в своих предсказаниях, – сдержанно откликнулся Пенрод, – я просто-напросто оторву его мудрую голову.
Якуб весело ухмыльнулся и, пустив верблюда в галоп по песчаной пустыне, вырвался вперед
Далеко на горизонте они увидели темную полоску пальмовой рощи, растянувшейся вдоль реки, но в неверном свете было трудно определить истинное расстояние. Лохматые верхушки пальм, выстроившихся в темную линию, напомнили Пенроду знаменитую прическу воинов племени хадендова. Он прикинул, что до ближайшей пальмовой рощи чуть меньше двух миль.
– Немедленно уложи верблюдов! – приказал он и спрыгнул на землю, с удивлением обнаружив, что чувствует себя необыкновенно бодрым и полным сил. При первом же взгляде на Нил всю накопившуюся за изнурительный путь усталость как рукой сняло. Они укрыли верблюдов за скалистыми выступами холма, чтобы их никто не заметил со стороны реки.
– В какой стороне находится Хартум? – спросил Пенрод.
Якуб без колебаний показал налево.
– Там можно своими глазами увидеть дым от кухонных костров Омдурмана.
Линия горизонта была настолько размытой и туманной, что Пенрод принял видневшуюся вдали дымку за пыльную бурю или водные испарения Нила. Но теперь он понял, что Якуб прав.
– Значит, мы находимся примерно в пяти милях от Хартума, – заключил он, довольный, что они наконец-то добрались до места, к которому стремились все это время.
Пенрод спешился и осторожно подошел к краю скалы с биноклем в руке. Только сейчас он понял, что ошибся, определяя расстояние до реки. На самом деле до нее оставалось меньше мили. Берег был ровным, без особых примет и каких-либо природных укрытий. Ему даже показалось, что под растущими у воды пальмами кто-то возделывал землю, поскольку тут и там виднелись более темные полоски.
– Вероятно, на этом поле выращивают хурму, – обескураженно пробормотал он, – но поблизости нет ни одной деревни. – Он снова взглянул на солнце. До наступления темноты осталось часа два, не больше. Что же делать? Попробовать добраться до реки или подождать сумерек? Размышляя над этой задачей, он продолжал смотреть в бинокль. Берег реки мог находиться далеко за пальмовой рощей или совсем рядом.
В этот момент странное движение привлекло его внимание, и он насторожился. Из пальмовой рощи в воздух поднялось какое-то облачко и двинулось в противоположном направлении от Омдурмана. Сначала он подумал, что это, возможно, пыль от торгового каравана, шедшего по дороге вдоль берега. Но потом сообразил, что караван не может продвигаться так быстро. Стало быть, это всадники на верблюдах или лошадях. Неожиданно пыльное облако остановилось, повиснув над пальмами, и стало медленно растворяться в воздухе. Кто бы это ни был, он помог Пенроду принять правильное решение. Теперь ему оставалось только дожидаться темноты. Он вернулся к Якубу, ожидавшему его с верблюдами, и сообщил:
– На берегу какие-то всадники. Думаю, лучше дождаться темноты, чтобы проскользнуть.
– Сколько их?
– Точно не скажу. Довольно много, если судить по облаку пыли. Человек двадцать.
В бурдюках осталось несколько галлонов воды. Близость реки сулила пополнение запасов, поэтому
– Неутомимый Якуб останется на страже, а вы немного отдохните. Я разбужу вас на закате солнца.
Пенрод хотел было возразить, но передумал. Его друг был прав – силы почти истощились, энтузиазм заметно поубавился, и если не поспать хотя бы часок, успех операции окажется под большим вопросом. Кроме того, Якуб действительно неутомим и выдержит все испытания. Он вручил ему бинокль, растянулся в тени верблюда, замотав голову шарфом, и мгновенно уснул.
– Эфенди, – прошептал Якуб и потряс Пенрода за плечо. Увидев его взволнованное лицо, тот сразу понял, что случилось нечто необычное. Похоже, у них возникли проблемы. Лицо Якуба перекосилось от волнения, один глаз смотрел на Пенрода, второй был устремлен куда-то вдаль.
Капитан резко приподнялся, сжимая рукоять револьвера.
– Что стряслось?
– Всадники! – Якуб показал в ту сторону, откуда они недавно пришли. – За нами. – Далеко на пустынной равнине виднелся конный отряд, быстро приближавшийся к горной гряде. – Они идут по нашим следам.
Пенрод вырвал бинокль из его рук и припал к окулярам. Всадники были в джиббах. Девять человек скакали во весь опор, быстро приближаясь. При этом передние пригибались в седле, вглядываясь в следы на песке.
– Они ждали нас, – заметил Якуб. – Это тот голубь принес им весточку.
– Да, голубь, – кивнул Пенрод и взглянул на солнце, уже коснувшееся линии горизонта. Значит, до наступления темноты еще много времени. Верблюды давно стремились к воде, готовые к последнему рывку, и вскочили после первого же удара хлыстом.
Пенрод взлетел в седло и, направив верблюда к пальмовой роще, пустился в галоп. Позади послышался выстрел, и слева в воздух взметнулся столб пыли. Пуля рикошетом отлетела от каменной почвы, но, к счастью, в пятидесяти ярдах от него. Это был плохой выстрел, но расстояние быстро сокращалось. Дервиши не жаловали огнестрельное оружие, предпочитая более привычные дамасские клинки и храбро вступая в рукопашный бой.
За несколько секунд верблюды перемахнули через горную гряду и стали спускаться, оставаясь на какое-то время вне досягаемости для пуль. Пенрод, зная, что они значительно уступают лошадям на короткой дистанции, стегал своего верблюда кнутом, пинал его пятками и громко кричал: «Ха! Ха!» Якуб был гораздо легче и немного опередил его.
Приближаясь к пальмовой роще, Пенрод вглядывался в темную полоску берега, где недавно видел всадников на лошадях, надеясь, что те уже ускакали к Омдурману и берег свободен. «Даже самым отчаянным людям требуется хоть немного удачи», – думал он. Сзади раздались громкие крики преследователей. Пенрод обернулся и увидел, что девять всадников уже показались из-за горной гряды и мчатся к берегу. Послышались винтовочные выстрелы, но пули легли далеко от них. Пальмовая роща тем временем быстро приближалась, и Пенрод с облегчением увидел, что берег чист и безлюден.