Триумф солнца

Смит Уилбур

В этот момент снова пронзительно завизжала военная труба англичан.

– Первая шеренга! Залпом! Огонь!

Повисла короткая пауза, как это обычно бывает в хорошо организованной армии, когда каждый солдат тщательно выбирает себе цель. Пенрод посмотрел на шейха с редкими зубами как раз в тот момент, когда раздался первый залп. Первый ряд всадников покачнулся и рухнул на землю. Пенрод хорошо видел, как его шейх получил пулю в грудь и свалился на землю с высокого седла. Верблюд повернул в сторону и врезался в наседающих сзади лошадей, одна из которых тоже упала, увлекая

за собой седока.

– Вторая шеренга залпом огонь! – последовала команда. Пули врезались в дервишей, словно в сырую глину. Они падали на землю, словно натыкаясь на невидимую кирпичную стену. Атака стала захлебываться.

– Третья шеренга залпом огонь! – хором пропели сержанты, воодушевленные удачным началом. Третий залп поверг дервишей в смятение. Оставшиеся без всадников животные метались по всему полю и дико хрипели, сбивая с ног остальных. В этот момент к хору ружейных залпов добавился ритмичный стук пулеметов, выкашивавших уцелевшие ряды атакующих и дробивших огромную орду на мелкие группы, пронизывая плотную человеческую массу как зубастая барракуда.

– Первая шеренга! Залпом огонь! – прозвучал новый приказ сержантов.

К этому времени солдаты уже успели перезарядить винтовки и тщательно прицелиться. После этого залпа оставшиеся всадники рассеялись по ущелью, судорожно пытаясь спастись от беспощадного свинцового дождя. Многие из них повернули назад, но там их встретил призывный голос омбейи: «Во имя Аллаха и непобедимого Махди, всем вернуться на поле боя!»

Заметно поредевшие ряды воинов пополнили свежие силы кавалерии, вырвавшиеся на простор из-за черных скал. Всадники натыкались на поверженных соотечественников, дико орали, рассеивались по равнине и становились легкой мишенью для солдат британской армии. Инстинктивно сгруппировавшись, они снова попытались атаковать британский корпус, но нарывались грудью на свинцовую стену огня и распадались на мелкие группы. Британские сержанты точно рассчитали время на перезарядку винтовок и отдавали приказ за приказом, поражая противника огнем.

Стволы пулеметов раскалились до красноты и напоминали пригнувшиеся хвосты лошадей в этом адском пламени. Осман Аталан верно предрек своему кровному врагу: «Нам придется накормить трупами наших воинов ненасытные глотки этих машин». Пулеметы начали перегреваться и умолкли один за другим. Отряды дервишей тут же пошли в наступление и приблизились на расстояние штыкового сражения. Но залпы винтовок продолжали косить их ряды, застилая равнину горами трупов. Дервиши отчаянно бросались вперед и ложились на песчаном грунте ровными рядами, пока наконец их мужеству и упорству не пришел конец. Оставшиеся всадники повернули назад и скрылись за скалистыми отрогами холмов.

Салид посмотрел вниз на тесно сплоченную колонну британских солдат.

– Это не люди, а самые настоящие джинны. Разве может человек победить дьявола?

– Может, – решительно ответил Руфаар, его старший сын. – Мужеством и мечом. – Два его старших брата погибли во время военных походов и межплеменных войн, а еще один был убит из-за женщины. Эта смерть так и осталась неотомщенной.

Руфаар

был высоким крепким парнем тридцати трех лет, в котором текла кровь настоящего воина. Своим беспощадным мечом он убил не менее пятидесяти человек, как и отец в его возрасте, обладая такой же яростью и ненавистью к врагам. Три младших брата стояли позади него и тоже рвались в бой, потому что и в их жилах текла воинственная кровь неустрашимого Салида.

– Позвольте мне возглавить следующую атаку, уважаемый отец! – взмолился Руфаар. – Дайте возможность сразиться с этими гадкими пожирателями свиней! Разрешите укрепиться в вере и окропить кровью сердце ислама!

Салид грустно посмотрел на него и одобрительно кивнул, но тут же решительно покачал головой:

– Нет!

Единственное слово отца поражало сильнее, чем сотни мечей самого жестокого противника. Руфаар зажмурился от отчаяния, медленно опустился на колени и поцеловал его пыльные ноги.

– Я не прошу никаких привилегий, кроме этой. Позвольте мне встать во главе своих воинов.

– Нет! – повторил Салид. Лицо Руфаара потемнело от горя. – Я не позволю тебе возглавить атаку на врага, но разрешаю быть моей правой рукой. – Руфаар мгновенно просиял, вскочил и горячо обнял старика.

– А как же мы? – хором возмутились младшие братья. – Что нам делать, дорогой отец?

– А вы, щенки, поскачете позади нас, – смилостивился Салид, с гордостью поглядывая на сыновей. – Возможно, мы с Руфааром оставим вам немного добычи с нашего праздничного стола. Приведите мне моего верблюда.

– Носилки! – со всех сторон звучали призывы. Бойцов, раненных беспорядочной стрельбой дервишей, относили в центр колонны, где над ними колдовали военные врачи с закатанными по локоть рукавами. Те, кто мог стоять на ногах, возвращались в строй, а тяжелых оставляли в палатке, полной мух.

– Воды! – Этот крик звучал еще чаще, и молодые парни сновали взад и вперед с бурдюками.

– Патроны! – И на смену водоносам и медикам спешили квартирмейстеры, раздавая солдатам картонные коробки с боеприпасами.

Тем временем пулеметчики отчаянно пытались разблокировать заклинившие пулеметы и щедро поливали раскаленные стволы драгоценной водой. Но влага мгновенно испарялась, не охлаждая раскаленный металл, и все их усилия оставались тщетными.

Внезапно среди всей этой суеты раздались пронзительные звуки военного горна.

– К оружию! – закричали сержанты. – Они возвращаются! – Из-за холмов появился новый отряд дервишей, мощной волной накатившийся на плотные ряды британского корпуса.

– А вот и твой главный враг, – бросил Пенрод Якубу, увидев большое красное знамя, которое держали два подростка.

– Да, – кивнул тот. – В центре скачет сам Салид в синем тюрбане, а рядом его старший сын, грязный шакал Руфаар. Его я тоже должен убить. Знамя держат младшие братья. Убить их для меня не велика честь, все равно что муху раздавить между пальцами, но надо сделать и это.

– Стало быть, у нас еще много работы, – улыбнулся Пенрод, разрывая очередную картонную коробку с патронами.