Триумф душ
Шрифт:
Эхомба решил выяснить все, что возможно.
— Сколько дней нам надо идти на юг, чтобы обогнуть горы?
— Месяц, может, два — смотря какие там дороги, какая будет погода. В это время года лучше путешествовать в Ооз или страну Девяти Гаваней. Туда можно добраться без приключений.
— А оттуда мы сможем повернуть на запад? — спросил Эхомба.
Симна тихонько вздохнул. Он слишком хорошо знал друга и готов был держать пари, что тот уже принял решение. Поэтому он спросил кузнеца:
— Ты собирался рассказать о тварях, что живут в Хексенских горах.
— Тут толком-то объяснить трудно, — задумчиво ответил
— Могу представить, если таких смельчаков раз-два и обчелся. Но что случилось с теми, кто не вернулся? Бандиты? — Северянин вспомнил о том, что творилось на границах у него на родине.
Кузнец отрицательно покачал головой:
— Бандиты тоже люди, с ними можно договориться или, на худой конец, откупиться. Это все из-за Братства скелетов.
На последних словах его голос упал до едва слышного шепота.
— А что это за Братство?
Голос кузнеца оставался таким же тихим:
— Я не могу говорить об этом. По крайней мере открыто. Я гляжу, вы спешите, так что желаю вам удачи и доброго пути. — Он указал на Алиту и на Хункапу, который дремал у крыльца. — Вы, я вижу, опытные путешественники, и друзья ваши тоже не люди. Может, вам повезет. — Кузнец развел руками и смущенно улыбнулся. — Я все могу выковать, все кроме удачи. Уж не взыщите!
— Ты сказал, «тоже не люди», — заметил Эхомба. — Ты имеешь в виду, что эти, из Братства скелетов, не люди?
Кузнец встал, сложил инструмент и, вытирая руки, ответил:
— В чем-то люди, а в чем-то — нет. Надеюсь, вам не доведется встретиться с ними. Пойдемте в дом, выпьете на дорожку чего-нибудь холодненького, да и заплатите. — На его лице вдруг отразилась тревога. — А деньги-то у вас есть?
— Как грязи! — усмехнулся Симна.
Оказавшись в горах, путешественники едва не забыли предостережения, на которые не поскупились кузнец и старик-следопыт, — настолько красив был пейзаж. Не беда, что могучий лес с обеих сторон подступал к дороге, это не угнетало. Толстый слой опавших листьев покрывал землю — на радость оленям и лосям, сиватериумам и рогатым пеловорисам. Белки рылись в этом ковре и тут же относили добычу в свои жилища на деревьях. Эхомбу особенно заинтересовала одна разновидность: короткохвостые, серовато-коричневые зверьки сооружали легкие и очень длинные лестницы, которые перекидывали на самые высокие ветви. Кроме того, они не скакали вверх-вниз, а нагружали на земле особые короба и с помощью тонких, но крепких веревок поднимали их на деревья.
Здесь было множество кроликов, и Алите не составляло труда добывать обильную пищу; кроме того, охотой он пополнял запасы продовольствия и путешественникам не было нужды тратить те, что они прихватили с собой.
Повсюду журчали полноводные ручьи. Утром и вечером на горы опускался туман; по ночам было прохладно, но путники, успешно одолевшие великий Хругарский хребет, не обращали внимания на такие мелочи.
Эхомба не уставал поражаться обилию птиц всех пород и расцветок; их пронзительный хор не смолкал от зари до зари. Однажды путников атаковал археоптерикс в надежде стащить какой-нибудь из свертков, в которых хранились припасы, но его отогнали. Археоптерикс гневно закаркал и, неуклюже перепархивая с
1
птица отряда куриных, ведёт древесный образ жизни, летает очень мало
Потеря бдительности изначально была чужда Хункапе и Алите. Эхомба тоже постоянно был настороже. Но Симна, которому всегда была свойственна некоторая легкомысленность, после нескольких спокойных дней совершенно расслабился.
Лежа в повозке, он удовлетворенно посматривал, как его долговязый друг управляется с парусом.
— Люди с побережья много потеряли, ограничивая себя только низинами. — Симна сделал рукой круговое движение. — Какая чудесная страна эти предгорья! Чистый, бодрящий воздух, много дичи, опасных хищников нет, земля плодородная… А деревьев тут хватит на тысячи домов и кораблей размером с «Грёмскеттер».
Услышав последние слова, Эхомба невольно поглядел на лес, стоящий по обе стороны от дороги.
— Тебе не кажется, что эти, из Братства скелетов, были бы против? Если они нападают на путников, что может помешать им совершать набеги на деревни? Может, поэтому здесь никто и не селится.
Симна лишь отмахнулся.
— Это пустая болтовня, страшные сказки!
Он закрыл глаза и глубоко втянул в себя свежий чистый воздух.
Под колесо попал камень, и повозка подпрыгнула. Алита проснулся, и настроение у него сразу испортилось.
— Ты бы поосторожнее вел свою машину, человек, — недовольно проворчал левгеп.
— Ну, тряхнуло, что из того, — грубовато ответил Этиоль. — Это же не летучий корабль, который движется плавно.
В следующее мгновение он резко сбавил ход, а потом свернул парус и остановил повозку.
Симна ибн Синд сел и нахмурился. Глянул влево, вправо, затем посмотрел на небо. До полудня, когда они обычно делали привал, было еще далеко.
— Эй, братец, почему мы остановились? — спросил он. — Пока ветер попутный, надо его использовать.
— Так же, как и глаза. — Эхомба слез с повозки и указал рукой направо, в сторону леса.
Симна посмотрел в том направлении; то же самое сделал и Хункапа Аюб. Только Алита даже не шевельнулся.
— Я ничего не вижу, — сказал Симна. На его лице отразилось смущение. — Что ты там разглядел?
— Посмотри на тот большой вяз, — сказал Эхомба. — Видишь птичку? Она совсем маленькая, не больше воробья.
Симна изумленно уставился на него.
— Ты остановился, чтобы получше рассмотреть воробья?
— Э-э, будь повнимательнее! — Эхомба чуть повел пальцем вправо. — Она перелетела на соседнее дерево. Видишь? — Он нетерпеливо махнул рукой и добавил с некоторым волнением: — На самом конце вон того большого сука. Самого нижнего. В листве…
Решив, что это какой-то розыгрыш, Симна недовольно проворчал что-то себе под нос, и в это мгновение рядом с ним раздался радостный вопль:
— Хункапа видит, Хункапа видит! — Зверочеловек принялся подпрыгивать в повозке и тыкать пальцем в сторону леса. Повозка заходила ходуном и громко затрещала. — Птица, но без.