Тринадцатый VIII
Шрифт:
Стена огня скрыла противника. Но я был уверен, он готовит следующую атаку!
Медлить было нельзя, следующий удар будет решающим! А сложное плетение я мог снова не успеть… Поэтому выбрал одно из простейших.
Прошло полсекунды. И новое плетение срывается с рук. Оно застыло в воздухе, образуя шар чистого света. А затем полетела в сторону противника, преодолевая стену огня, словно её и вовсе не было.
Я не видел, что произошло. Уловил лишь лёгкую вспышку света. А затем меня объявили победителем. Фух!
За
К нам с трибун спустился магистр. Стефан Елисеевич быстро разогнал пламя, и противник подошёл ко мне. Согласно правилам, мы пожали друг другу руки.
— Ты меня перехитрил, Алмазов. Но это ещё не значит, что ты сильнее, — процедил парень.
— Я хотя бы не жульничал с печатями, — ответил я, натянув на лицо улыбку.
Всё-таки за нами наблюдала половина империи.
— Знаешь, есть такая поговорка: хорошо всё, что не запрещено, — оскалился парень.
— Ну раз так, тогда в следующий раз выйду на арену со своим регатом, — усмехнулся парень.
Противник смутился. С облегчением выдохнул, радуясь, что я не додумался до этого раньше. Он принял мои слова всерьёз, ну и пусть. Тогда следующий противник будет готовиться к бою с монстром, а я устрою ему совершенно другой сюрприз! Но не сомневаюсь, что этот любитель печатей сразу же начнёт распускать слухи, как вернётся на трибуну.
— Вы хорошо бились, Алексей, — сказал мне магистр, когда мы уходили с арены.
— Спасибо. Это была сложная победа. Но от этого она слаще всего, — улыбнулся я.
— Я уже отправил жалобу на вашего противника, как и наши судьи. В следующем году печати приравняют к артефактам, и больше никто не сможет воспользоваться ими на соревнованиях.
В следующем году эти соревнования уже могут отменить. Но об этом я не стал говорить магистру при всех.
— Следующие бои будут гораздо сложнее. Алексей, где ваш защитный браслет? — поинтересовался Стефан Елисеевич. — Особенно в последние два дня, когда останутся лишь сильнейшие.
— Мне изначально выдали неисправный, — честно ответил я.
— Как так? Хотя… чему я удивляюсь, — вздохнул магистр. — Пойдёмте, я найду вам новый.
— А вы сможете? Я уже всех организаторов достал, но они мне все отвечают, что так не положено, а мой браслет исправен. Так и хотелось попросить их его одеть и запульнуть заклинанием.
— Хах, идея хорошая, но калечить ещё и их не стоит, — усмехнулся магистр.
Мы отправились в тот самый служебный коридор, откуда вчера нас с ребятами выгнала уборщица.
Стефан Елисеевич достал из кармана ключ и открыл одну из дверей.
— Не ожидал, что у вас есть доступ к складу, — сказал я.
— Магистрам многое позволено, — ответил Стефан Елисеевич и достал со стеллажа знакомую коробку. — Вот, держите. Это меньшее, чем я могу
— Спасибо! Может, для вас это мелочь, но мне она может спасти жизнь.
Я надел артефакт на руку.
— Хотите сказать, что будь у вас браслет, сегодня вы бы действовали иначе?
Я задумался. В моменты крайней опасности людьми руководят инстинкты. Я хотел выжить и пошёл на отчаянный шаг. Сделал бы я это снова, зная, что незаконченное плетение может вместе с противником убить и меня самого?
Сделал бы. Но с браслетом был бы уверен, что ни печати, ни огонь, меня не тронут.
— Я бы поступил также, — ответил я магистру.
— Хорошо, потому что будь у вас браслет, это бы ничего не изменило.
— В смысле? — спросил я, нахмурившись.
— Организаторы это не афишируют, но браслеты-артефакты настроены исключительно на магию видящих. А печати — другая ветвь. Поэтому я сразу и написал жалобу. Других ветвей магии на этих соревнованиях быть не должно.
Я кивнул. Благо, что оставшиеся противники не использовали ничего такого. На первый взгляд…
— Будьте осторожны. Остаётся три дня соревнований. Кадеты будут готовы идти на всё ради победы, — предупредил магистр.
— Понимаю. Но я тоже готов на многое.
— Вам, как раз, эта победа важнее всего. Я бы посоветовал вам не рисковать ради неё жизнью, как сегодня… Но разве вы меня послушаете?
— Не в этом случае, — улыбнулся я.
Вернувшись на трибуну, заметил, как со стороны зрителей мне машет Лесси. А Маша просто не сводит с меня взгляда, словно я не человек, а шоколадный торт для девушки на диете.
В этот раз я не стал оставлять телефон в раздевалке, а передал его Дине на сохранение. Поэтому вернув его, я смог написать Лесси не совсем доброе сообщение: «Зачем вы пришли?! Я же велел сидеть дома!».
Увидел, как она перестала улыбаться, читая моё сообщение. А затем быстро ответила: «Мы хотели тебя поддержать. Да и здесь полно людей, ничего не случится. Охранники ждут нас в машинах на парковке».
«А ты не думала, что вас могут перехватить по пути до поместья и взять числом?!» — ответил я сообщением.
Девушки начали переглядываться и что-то активно обсуждать. Потом прилетел ответ: «Нам уйти?!».
«Нет. Но до конца недели сидите дома. Или вас вчерашнее похищение ничему не научило?» — спросил я.
«Хорошо, мы дождёмся конца этого дня. И больше без твоего разрешения выходить не будем.» — пообещала в соответствии красноволосая.
«Даже несмотря на ваше дикое желание отправиться за покупками?» — уточнил я.
«Да. Прости, что заставили тебя переживать» — ответила Лесси.
С другого конца арены, напоминающей по архитектуре футбольное поле, я прекрасно видел, как девушки яростно спорят. Один Женя сидит в стороне с пластиковым стаканчиком в руках.