Тринадцать часов

Мейер Деон

— С вами хочет поговорить заместитель министра, — объявил секретарь.

— Спасибо. — И. о. национального комиссара не торопился нажимать белую кнопку правительственной связи. Он догадывался, что замминистра не скажет ему ничего хорошего. Замминистра звонила лишь в том случае, если собиралась сообщить нечто новое о нынешнем начальнике полиции, обвиненном в коррупции. В ожидании судебного процесса начальник, как было объявлено, находился «в длительном отпуске».

— Доброе утро, — поздоровался и. о. начальника полиции.

— Доброе утро, комиссар, —

ответила замминистра, и ее собеседник сразу понял, что той не до шуток. — Мне только что звонили из генконсульства США в Кейптауне.

Парадная дверь ночного клуба «Ван Хункс» выходила на Касл-стрит. Над дверью висела неоновая вывеска с названием и девизом: «Курить всегда!» Инспектор Вусумузи Ндабени толкнул дверь, потом потянул ее на себя — безрезультатно. Дверь оказалась заперта.

— Ах ты… — воскликнул Вуси и, повернув за угол, зашел в соседний магазинчик. Он спросил у цветной кассирши, не знает ли она, как найти кого-нибудь из клуба.

— А вы зайдите с черного хода, — посоветовала кассирша и даже показала, как туда пройти.

Поблагодарив добрую женщину, Вуси зашел во двор. Несколько человек выгружали из фургона ящики с пивом и вносили их внутрь. Толкнув дверь, Вуси оказался на кухне ночного клуба. Разгрузкой руководил белый парень с конским хвостом на затылке. Он сразу заметил Вуси и подозрительно уставился на него маленькими, близко посаженными глазками.

— Эй! — воскликнул он. — Что вам нужно? — Говорил он враждебно, с легким акцентом.

Вуси достал свое служебное удостоверение и поднес к лицу парня, чтобы тот прочел.

— Я бы хотел побеседовать с управляющим, — вежливо сказал он.

«Конский хвост», на голову выше Вуси, оглядел удостоверение, его самого и сморщил нос.

— Зачем?

— Вы управляющий? — спросил Вуси, по-прежнему учтиво.

— Нет.

— Позовите его, пожалуйста.

— Не его, а ее. Она сейчас занята. — Иностранный акцент едва заметен.

— Пожалуйста, проводите меня к ней.

— А ордер у вас есть?

— Ордер мне не нужен, — терпеливо объяснил Вуси. — Я расследую убийство. Вчера жертва побывала в вашем клубе. Мне нужна только информация.

«Конский хвост» долго оглядывал его с ног до головы. Вуси вспомнил, что слишком близко посаженные глаза у белых часто являются признаком слабоумия. Судя по всему, парень с конским хвостом действительно туго соображает.

— Вам придется подождать. Стоит мне отлучиться, как они воруют пиво! — «Конский хвост» показал на чернокожих грузчиков, таскавших ящики. — Кстати, может, к вам обратиться? Вы как-то можете помочь?

— А вы заявите о краже.

— Зачем еще?

— Тогда полиция вам поможет, — медленно и четко проговорил Вуси. — Зайдите в ближайший участок, в дежурную часть, и сообщите о преступлении.

«Конский хвост» закатил глаза. Вуси не понял, что означает этот жест. Ну и ладно; по крайней мере, он все объяснил крайне доходчиво.

— Послушайте, мое дело не терпит отлагательств. Мне сейчас же нужно поговорить

с управляющей.

«Конский хвост» снова надолго впал в ступор. Наконец он изрек:

— По коридору. Третья дверь направо.

— Спасибо, — сказал Вуси, выходя из кухни.

Вилли Маутон придержал для Гриссела дверь конференц-зала. Гейсеры сидели за длинным овальным столом. Они держались за руки. Бенни почему-то представлял их себе молодыми, оживленными ангелочками с лицами, которые как будто светятся изнутри — как у многих новообращенных. Оказалось, что обоим супругам уже хорошо за сорок, причем Мелинда, возможно, старше мужа. Они сидели с мрачными лицами, напряженные. Джош — рослый, широкоплечий здоровяк. Руки-лопаты. Светло-русые волосы пострижены модно, под ежика. Лицо в глубоких морщинах; вислые светлые усы до подбородка. Сразу было видно, что он очень гордится своими усами и заботится о них. На лбу здоровяка выступила испарина. Рядом с мужем Мелинда казалась крошечной. Кукольное круглое личико, обрамленное густыми светло-рыжими кудряшками. Молочно-белая кожа, длинные ресницы. Густо накрашена. В дни юности Бенни, проведенные в округе Пэроу, про таких говорили: «наштукатурилась, как на панель». Наверное, каждый день тратит кучу времени, чтобы поддерживать увядающую красоту.

Джош Гейсер встал.

— Вилли! Что происходит?

— Джош, вот, познакомься с сержантом уголовного розыска Бенни Грисселом. Мы хотим с тобой поговорить.

Гриссел протянул руку.

— Я инспектор, — уточнил он.

Гейсер не обратил внимания на протянутую руку.

— В чем дело? — спросил он, насупившись.

— Дело в том, что Адам умер.

Всю мрачность Джоша Гейсера точно рукой сняло. Он моментально побледнел. В конференц-зале воцарилось молчание.

Мелинда кашлянула, но Гриссел не сводил взгляда с Джоша. Ему показалось, будто изумление здоровяка неподдельно.

— Не может быть! — воскликнул Гейсер.

— Вчера его застрелили в собственном доме, — ответил Маутон.

— О боже! — вскричала Мелинда.

— Мистер Гейсер, я бы хотел побеседовать с вами наедине, — быстро вставил Гриссел, боясь, что порывистый Маутон сболтнет лишнего.

— Мелинда, подожди в моем кабинете, пожалуйста, — попросил Маутон.

Мелинда не двинулась с места.

— Вы совершаете ошибку, — обратился Гейсер к Грисселу.

— Мистер Гейсер, садитесь, пожалуйста.

— Что же ты, Мелинда? — звал Маутон.

— Я остаюсь с Джошем.

— Миссис Гейсер, вынужден просить вас удалиться. Мне нужно поговорить с вашим мужем наедине.

— Она остается! — заявил Джош.

Управляющая ночным клубом сидела в маленьком, донельзя захламленном кабинете. Стол и полки были завалены папками и грудами счетов. Хозяйка кабинета считала на большом допотопном арифмометре; наманикюренные ногти стучали по клавишам со скоростью звука. Вуси постучал в открытую дверь и осведомился, она ли управляющая.