Трилби
Шрифт:
Он кивнул.
— Я сейчас вернусь.
Оставшись с Торном, Трилби постаралась не встречаться с ним взглядом. Его лицо было сильно изранено, и Трилби подумала, не останется ли у него на лице шрамов.
— Я очень сожалею обо всем, — сказал Торн напряженно. — Я вижу, ты никогда раньше не видела кулачной драки.
— Я слышала, что это довольно жестокое занятие, — она отвела от него взгляд. — Сегодня вечером вам нужно опять промыть раны на лице.
— Хорошо. У Наки есть
— Вы уверены, что он не отравит вас? — слабо пошутила Трилби.
— Он мой друг, — просто ответил Торн, — друзьям можно доверять. Если ты уверена, что с тобой все в порядке, я пойду.
— Спасибо, что вы позаботились о моем отце, — сказала она довольно холодно.
— О нем нужно заботиться, — коротко сказал он.
— Боже мой, если он не станет более жестким, он потеряет все.
— Здесь все так жестоко, — внезапно сказала она, ее глаза широко раскрылись.
— Да, конечно, здесь не место для нежных лилий.
Внезапно она осознала, что они вдвоем, а она еще лежит на кровати. Ей стало очень неловко, присутствие мужчины в маленькой спальне смущало ее. Он так странно на нее смотрит.
Взгляд Торна скользнул от ее лица вдоль стройного тела и обратно. Она так хорошо сложена. Он с болью вспомнил, как целовал ее губы.
Но она смотрела на него так, будто боялась его. Возможно, так и есть, горько подумал он. Он относился к ней враждебно с самой первой встречи, оскорблял ее, даже был груб. с ней. Разве он может теперь ждать от нее доверия?
Как жаль, что только сейчас он стал относиться к ней по-другому. Она до смерти испугалась, когда он дрался с мексиканцем, но в то же время не растерялась. Дрожащая, бледная, она набралась храбрости и промыла его раны. Он восхищался ею. Он восхищался ею, когда она спорила с ним, а она спорила с ним с самой первой встречи. Он не мог вспомнить, чтобы восхищался покойной женой, разве что в самом начале их отношений.
— Я сделаю все, чтобы ничего не случилось с твоим отцом, Трилби. И со всеми вами.
Она глотнула воздух, чтобы подавить чувство тошноты, и закрыла глаза.
— Это ужасная страна, — прошептала она. — Как бы я хотела уехать отсюда.
Ему не очень понравился тон, каким это было сказано.
— Послушай, Трилби, здесь не так плохо, как ты думаешь. Я хотел бы показать тебе пустыню…
Она внезапно открыла глаза, в которых сверкнул гнев.
— Так, как вы показывали ее в прошлый раз? — воскликнула она.
Он пробормотал что-то сквозь зубы и рукавом рубашки вытер пот со лба.
— Ты не хочешь понять, почему я вел себя так, — сказал он тихо. — Я ведь был уверен, что все, о чем мне сказали, — правда.
—
— Сэлли лгала мне.
— Да.
— Я не знал вас, — настаивал он. — Я и представления не имел, какая вы на самом деле.
— Вы могли бы подвергнуть сомнению эти слухи, — холодно отрезала она. — Так случилось, что отец смог защитить мою репутацию. Это к счастью, потому что скоро к нам в гости приезжает мой друг. Было бы ужасно, если бы до него дошли эти слухи.
Торн замер.
— Друг?!
Она холодно улыбнулась.
— Очевидно, вы считаете, что я не очень хороша, и у меня не может быть друзей-мужчин. Возможно, вам интересно будет знать, что не все мужчины ценят женщину за ее лицо и сложение. Ричард любит меня за мой интеллект.
— Кто этот Ричард? — резко спросил Торн.
— Ричард Бейтс. Мы выросли вместе в Батон Руже. Наши семьи всегда хотели, чтобы мы поженились, — добавила она с отчаяньем. — Я тоже этого хотела бы. Я люблю Ричарда.
Он напрягся, как натянутая струна. Ее неприязнь и презрение к нему были такими же сильными, как подобные чувства, которые он испытывал к ней.
Он почувствовал себя раздавленным, понимая свою вину, и вдруг взорвался.
— Он, видимо, горожанин? Один из тех денди без мозгов в голове?
— Ричард — джентльмен, мистер Вэнс, — высокомерно сказала она. — Это как раз то, в чем вас не сможет обвинить ни одна женщина. Это совершенно точно, если только ей повезло не остаться с вами наедине.
Его израненное лицо стало багровым.
— Вы решили уничтожить меня?
— Мне хотелось бы сделать это, мистер Вэнс. Мне хотелось бы, чтобы я стала мужчиной хоть на пять минут. И тогда я избила бы вас сильнее, чем этот мексиканец.
Он выпрямился.
— Я же извинился.
— И вы думаете, что я сразу же забуду грубое обращение, оскорбления и ваше презрение?
Да, она действительно права. Торн изучающе посмотрел на девушку и начал, наконец, понимать, как сильно заставил ее ненавидеть. Одновременно он терял и ее, и воду на землях ее отца, а этот денди с Восточного побережья, которого она любит, будет танцевать с ней вальс и она уйдет из его жизни. Никогда еще ему не было так плохо.
Не сказав больше ни слова, он резко повернулся и вышел из комнаты.