Тригор. Эргория
Шрифт:
– Ну что там? – спросил царь лекаря. – Говори начистоту!
– Улучшение, конечно же, есть… – безрадостно ответил лекарь. – Но годы… Что они забрали, уже не вернуть.
Царь, переведя печальный взор в сторону, вздохнул. Вдруг к двери кто-то скоро подошёл и сильно пнул в неё. Лекарь и царь, вздрогнув, оглянулись. Дверь открылась, и в лазарет, запыхавшись, держа на руках Диму, вошёл Тим.
– Док, нужна твоя помощь! – тревожно сказал Тим, проходя к скамейке.
– Как ты смеешь врываться! – рыкнул на него царь, накрывшись своим одеянием и взглянув возмущённо и растерянно на Тиму с Димой начал освобождать место. Лекарь, бросив на пациента
– Что случилось? – спросил он.
– Что? – спросил его Тим, укладывая Диму на скамейку. – Что?
– Что с ним произошло? – переспросил лекарь, отведя одной рукой Тиму в сторону другой проверяя Димин пульс.
– Осторожней с крыльями! – сказал ему Тим, переводя дух.
Царь широко раскрыл глаза, понимая, что случилась беда, а Тим, тревожась за Диму, взял себя за голову и начал, вспоминая последнее событие, собираться мыслями. Лекарь приподнял пальцами Димины веки и посмотрел на глаза. Застывшие зрачки никак не реагировали.
– Мы… я… он выходил на берег! – затараторил Тим, размахивая руками. – Потом Диман крикнул от боли и упал!
– Из-за чего крикнул? – спросил лекарь, быстро, но внимательно осматривая внеочередного пациента, послушал его дыхание.
– Я не знаю! – ответил Тим. – Наступил на что-то!
Лекарь тут же начал осматривать ступни пациента. Тим, нервно прикусив губу, наблюдал за ним, а царь, поправив на себе облачение, молча и заинтригованно смотрел на них. Вдруг лекарь заметил в ступне сломанную жёлтую с чёрными пятнами органическую иглу, медленно вытащил её из ноги, и его взгляд застыл. Из раны кровь не проступила.
– Что там, док? – ещё больше встревожился Тим. – Не томи!
Царь занервничал, а лекарь с застывшим взглядом подошёл к стулу и, держа перед собой иглу, присел. Тим, глядя на лекаря, замер и приготовился к худшему. На лице лекаря появился ужас.
– Этого не должно было произойти! – промолвил лекарь подавленным голосом. – Не должно было…
– Что произойти?! – вполголоса спросил Тим и у него набежали слёзы. – Что случилось?!
– Иногда, очень редко, из глубин морских волна приносит на берег иглоспина. – Начал он пояснять, а Тим и царь с ужасом на лицах смотрели на него. – Это морской гад, в иглах которого находится сильнейший яд, способный убить человека в мгновение ока. Любое живое существо…
Острый от ужаса взгляд Тимы мгновенно застыл. Он потерянно взглянул на Диму. Царь, не веря своим ушам, пошатнулся.
– Немеют все мышцы, лёгкие перестают работать, сердце перестаёт биться, кровь останавливается… – сказав, лекарь закрыл рукой рот и взглянул на Диму. – Никто не выживал.
В помещении наступила гробовая тишина. Тим криво и медленно начал отходить, а затем приближаться к Диме. Лекарь, взяв иглу обеими руками начал её покручивать. Царь, замерев, смотрел на Диму. Тим нерешительно протянув руку к руке Димы, взялся за неё и почувствовал холод. Его пробрало до костей, и он, упав на колени, поник головой, прижался головой к крылу Димы, сжал в руке его запястье и громко и трагично закричал. Лекарь, сжавшись и зажмурившись, сломал иглу, а царь отдёрнулся назад. На крик прибежали стражи, царевна с царицей и, войдя в лазарет, замерли. Им без слов всё стало ясно, и у них накатили слёзы. Царевна, уткнувшись в царицу, заревела.
– Это я во всём виноват! – не поднимая головы, заговорил Тим. – Это я его притащил на этот остров! Он не хотел…
Царь, лекарь и царица взглянули на него. Стражи, стоявшие позади царевны, в ужасе
– Хотя нет! – приподняв голову, гневно воскликнул Тим. – Это профессор нас заставил сюда вернуться, когда мы улетели и решили сюда больше никогда не возвращаться!
Царь, лекарь и царица задумались, впервые услышав о профессоре. Тим резко встал и начал нервно метаться, не находя себе места в попытке выбраться из шокового состояния.
– Это всё он! – злостно выкрикнул сквозь зубы Тим и, ударив по стене кулаками уткнулся в неё головой. – Он…
Царь, проанализировав ситуацию, не знал, что сказать и только с сочувствием взглянул на Тиму.
– Я скорблю вместе с тобой, – сказал он Тиме, и Тим тяжело вобрал в себя воздух. – Мы с большими почестями его погребём.
– Пошёл вон! – повелевающе выкрикнул Тим и, резко обернувшись, вонзил в него обезумевший взгляд.
Царь растерянно вздрогнул, лекарь вскочил со стула, а царица с царевной, ужаснувшись, взглянули на обезумевшего небесного всадника. Тим, чувствуя, как теряет рассудок и начинает звереть, весь сжался и склонил голову.
– Ты, со своими правами на господство! – рыкнул царю Тим и указал рукой на дверь. – Во-он!!!
Царь почувствовал за собой вину и, растерянно взглянув на лекаря и царицу с царевной, поспешно удалился. Лекарь, испугавшись оставаться один на один с обезумевшим всадником, поклонился ему и поспешил вслед за царём. Тим обернулся к Диме.
– Я вам его не отдам!!! – выкрикнул им вслед Тим.
Царица, не отпуская царевну, поспешила за царём, а царевна, вырвавшись из её рук, направилась обратно в лазарет. Войдя внутрь, она, закрывая обеими руками нос и рот, не оглядываясь, направилась к Диме. Тим, увидев её, начал остывать и, обернувшись к окну, посмотрел в него пытаясь взять себя в руки. Царевна подошла к Диме. Дима лежал неподвижно и бездыханно. Собравшись силами, она дотронулась до него рукой и резко с воплем вздохнула и заплакала. Тим, услышав её, стал медленно вытирать рукой свои мокрые глаза.
– Ты был прав, Тим! – промолвила она дрожащим голосом, Тим, резко обернувшись, посмотрел на неё. – Я приношу вам несчастье!
Тим начал задумчиво смотреть то на нее, то на Диму.
– Я заставила его показать мне солнце… – призналась она, протирая платком глаза. – Заставила поднять меня на небо…
Тут Тим, всё поняв, сокрушённо опустил взгляд. Царевна, склонившись над Димой, поцеловала его в губы и замерла. Тим искоса взглянул на неё, а она, ощутив холод от губ Димы, сдержала нахлынувший крик и убежала, закрывая руками лицо. Тим, поставив перед Димой стул, сел, опёрся руками о спинку и уставился на него.
Прибежав в свои покои, царевна упала на кровать, уткнулась в подушку и горько заревела. Царь, с царицей, переживая шок от невероятных событий, сидели на кровати в своих покоях. Лекарь, сжавшись, сидел в углу коридора на полу и, упрекая себя в бесполезности, ронял редкие слёзы. Среди слуг и стражей прошёл слух, омрачивший настроение каждого, и, выйдя за пределы дворца, прошёл по всему городу. Повсюду, где прошёл слух, наступило великое молчание.
Вечером царь со своей семьёй сидели с траурными лицами перед накрытым столом и безуспешно пытались заставить себя поужинать. Неслышно наступила ночь, и в тёмном чистом небе ярко засверкали звёзды. Тим, истощённый катастрофическим потрясением, держа голову на руках, скрестившихся на спинке стула, дремал перед Димой. Перед дверью, ведущей в лазарет, как и по всему дворцу не было ни души.