Тригла

Несколько тысяч пар печальных глаз, не отрываясь, смотрели на удаляющуюся мертвую планету. Дом разрушен, и жители бегут словно муравьи в поисках нового муравейника. В неизвестность, в желанную новую жизнь. С надеждой и страхом, с отчаянием и болью.

Каждый потерял близких в страшной катастрофе. Никто не остался в стороне. Беда пришла и вытряхнула их с планеты. Что ждет впереди?

Когда-то жители называли ее Земля. Беспечно жили на ее щедрых и плодородных просторах, использовали ресурсы, не заботясь о последствиях. Тратили, не экономя. Брали, не задумываясь. Производили оружие, воевали. Совершенствовали медицину, но параллельно создавали вирусы, думая, что все находится под их контролем. Слишком самонадеянные, чересчур уверенные.

Люди искали пути бессмертия, чтобы сравняться по величию с богами и жить вечно. Ставили опыты, не жалея материалы, не видя препятствий, не думая о последствиях.

Земля предупреждала: била ураганами, встряхивала землетрясениями, насылала то засуху, то потоп. Но жители оставались глухи к ее мольбам. Тогда планета предприняла последнюю попытку. Мириады насекомых заполнили небо, закрыли солнечный свет. Эта туча пронеслась по всему миру, кусая и неся заразу. Началась ужасная пандемия. Никакие лекарства не помогали. Заражались только взрослые, а после сгорали за считанные дни.

Последние выжившие собрали детей, заполнили все имеющиеся у них корабли и отправились в космос на поиски новой планеты.

Занятые земными делами они редко смотрели в звездное небо. Собрали звездолеты, но не развивали космические исследования. В результате имели весьма скудные представления о Вселенной, приходилось начинать с нуля. Чертить карты, вести наблюдения, прокладывать маршруты. Несколько поколений сбежавших никогда не ступали на твердую землю. Уже выросли и умерли дети тех детей, которые первыми покинули Землю, а космические корабли продолжали бороздить звездное пространство.

К сожалению, земная пандемия не прошла без последствий. Взрослые доживали лишь до тридцати лет. Кроме того, с каждым новым поколением срок жизни уменьшался и уменьшался. Старейшины начинали учить детей уже с двух лет, разрабатывали правила, записывали и хранили массу информации, накопленную со времени отлета. Взрослые боялись, что однажды они исчезнут, оставив детей на милость Вселенной.

Наконец судьба сжалилась над беглецами. Им посчастливилось найти планету, пригодную для жизни. На ней виднелись водоемы, горы и равнины. Она выглядела не такой зеленой как Земля, имела два светила, которые сменяли друг друга. Прибывшие назвали ее Тригла. По имени одной земной богини, символизирующей три начала: небо, воду и воздух.

К высадке готовились очень долго, исследуя состав воздуха и воды, раскладывая на составляющие пробы почвы. Зависшие над Триглой корабли никому не мешали, выяснилось, что разумная жизнь еще не успела зародиться здесь, однако планета уже обладала богатой флорой и фауной.

По истечении трех земных лет старейшины, наконец, приняли решение. На планету отправилась первая партия поселенцев, задачей которых было строительство города. Исследования показали, что поначалу дышать здесь будет тяжело, пока легкие не привыкнут к чуть более разреженной атмосфере, чем земная. Возможно, старшему

поколению за стенами города придется пользоваться кислородными масками, но дети со временем адаптируются.

Городской купол вырос быстро, коммуникационная сеть расползлась, заполняя внутреннее пространство. Люди торопились, они устали скитаться. Теперь у них появился Дом. Тригла приветливо раскрыла объятия, принимая пришельцев на своих землях. Она подарила им лиловые закаты, полуденный жар и ночную прохладу, чистую воду, чудных животных и птиц, среди которых встречались хищники. Планета стала домом, который жители Земли принесли в своих сердцах.

То было начало.

Она перечитывала первую главу летописи тысячи раз, воскрешая в памяти время заселения планеты. Люди учились взаимодействовать с окружающим миром, привыкали к климату, изучали местные растения и животных.

К сожалению, земная пандемия продолжала убивать взрослых. Уже в двадцать пять лет они начинали чахнуть, болеть и, в конце концов, умирали, достигнув тридцатилетия. Ученые открыли лаборатории для изучения болезни, искали лекарства, но все безрезультатно.

И проблемы у тех, кто ступил на Триглу в возрасте двадцати пяти лет и старше, начались практически сразу же. Они даже подумывали снова сесть в корабли и улететь, но дети чувствовали себя отлично, могли спокойно разгуливать без масок, вдыхая местный воздух. Это успокоило взрослых, решивших остаться ради следующих поколений.

Они надеялись, что эпидемия отступит со временем, и в будущем люди будут жить долго, нужно лишь время для адаптации. Какая жестокая ошибка!

Очередной том летописи встал на полку. Она окинула взглядом библиотеку. Тысячи, десятки тысяч книг, пластиковые корешки, глянцевые страницы. В каждую вложено много сил, стараний, чтобы сохранить историю, оставить для детей знания, предупредить, защитить. В воздухе витала пыль: сюда давно никто не заходил.

Нежно погладив корешок, она достала книгу и раскрыла по середине: «Жизнь после катастрофы». На глаза навернулись слезы. Надо же, она еще может плакать?

Забытые труды, написанные для потомков, пылились в заброшенной библиотеке уже долгие годы. Лишь она приходила сюда, перечитывала, вспоминала, брала кое-что и выносила для тех, кто еще хотел знать. Тайком. Потом возвращала обратно. Ничто не должно потеряться.

Время неумолимо бежало на Тригле для всех, кроме нее. Она помнила первых поселенцев и запомнит последних. Летопись – это ее дневники, ее память. Нельзя прекращать.

Последняя буква легла на страницу из биопластика. Перо вложено в пенал. Книга закрыта и поставлена на полку, рядом с другими такими же. Они еще будут прочитаны. Обязательно. Возможно не сейчас. Дети стали другими, но среди них есть созидатели. Значит, не все потеряно.

Она с трудом откатила люк. Автоматика давно вышла из строя: приходилось открывать вручную. Полузасыпанный, заброшенный тоннель освещался лишь красным светом дежурной лампы. Пожалуй, скоро и она погаснет. Нужно принести люминесцентный фонарь в следующий раз. Впереди виднелась деформированная часть пластикового тоннеля. Словно его сильно нагрели, а потом перекрутили и сжали. С трудом протискиваясь между изгибами, она почти ползла, еле дыша, пока не выпала в нормальный коридор. С облегчением вдохнула, с удовольствием набрав полную грудь воздуха.