Тридцать ночей с мужем горцем
Шрифт:
– Господи, прости меня, - прошептал он. Горячее дыхание обдало ее нежную кожу.
Коннор перекатился, осторожно подмяв ее под себя. Доказательство его желания уперлось ей в живот. Он накрыл ее рот своим, и его язык устремился сквозь ее податливые губы, вступая в игру с ее языком.
Кейтлин боролась с его рубашкой, задирая ее вверх. Наконец, Коннор приподнялся, она стащила ее через голову и, не глядя, куда-то забросила. Тогда Коннор накрыл ее своим телом, его обнаженная мускулистая грудь прижалась к ее чувствительной
Он вновь ее поцеловал, глубоко, а потом покинул ее рот и провел губами по щеке и ушку, точно копируя действия Кейтлин. Он поднял ее волосы и спустился вдоль шеи к плечу, целуя, пробуя, покусывая.
Его руки, едва касаясь, опустились ей на грудь. Остановились там, от чего у Кейт перехватило дыхание. Пальцы Коннора медленно описывали маленькие круги вокруг ее сосков, которые напряглись так, что Кейт начало казаться, будто она сейчас взорвется.
Она почувствовала холод, когда его руки двинулись дальше, скользнув по ее животу. Коннор крепко сжал ее и, чуть приподняв, коснулся губами ее груди. Прижимая Кейт к себе, он поцелуями прокладывал дорожку к только что покинутому соску. Взял его в рот, пробежался языком вокруг, повторяя движения пальцев и точно так же сводя с ума.
Его волосы упали на ее голую грудь, и Кейт показалось, что лоскут шелка опустился на ее слишком чувствительную кожу. Кейтлин зарылась в них руками, прижимая его к себе. Грубая щетина его подбородка прочертила след, когда он слегка повернулся, чтобы захватить ртом другой сосок.
Медленно поглаживая, его руки скользнули вниз по спине, неожиданно столкнувшись с мягкой, шелковой тканью ее пижамных штанишек. Пальцы Коннора поддели резинку и спустились вниз, его ладони крепко сжали ее попку.
– Сними, или я их разорву.
– Его слова прозвучали у ее груди. Он отстранился от нее лишь на дюйм, позволяя сбросить причиняющие неудобства штаны.
Когда его тело вновь накрыло ее, Кейтлин поняла, что его килт тоже исчез, и жар его кожи слился с ее собственным.
Коннор поцеловал ее в ложбинку между грудей и стал опускаться вниз, питая языком оазисы чувственности на своем долгом пути. У ее пупка Коннор остановился, прикусил краешек, а его язык принялся описывать круги, проникая внутрь и вновь принимаясь кружить, снова и снова.
Его руки опустились ниже, разводя ноги Кейт, и прошлись вверх по ее бедру, пока пальцы не достигли жара ее естества. Тут они стали двигаться, эротично вычерчивая круги, зачаровывая Кейтлин, а мощное возбуждение росло, снедая ее желанием.
Легонько прихватывая зубами ее кожу, Коннор проложил дорожку обратно к груди и вновь щедро одарил сосок языком. Один палец прошелся по разгоряченной коже Кейт и глубоко вошел в нее, двигаясь туда и обратно, медленно, в такт движениям большого пальца, словно прилив и отлив древнего океана.
Кейтлин закричала бы от ошеломляющих ощущений, которые вызывали в ней его руки, но
К первому присоединился и второй палец, и Коннор поглотил ее стон, а затем прошелся губами вниз по шее и обратно к подбородку.
Его руки покинули ее, и тело Кейтлин содрогнулось от потери.
– Подожди, - прошептал он ей на ушко, его дыхание колыхнуло ее волосы, повлажневшие от испарины.
Затем она почувствовала, как Коннор входит в нее, медленно, растягивая, чтобы она приняла его, едва вошел и вышел. Снова медленно вошел, теперь чуть глубже, и снова вышел. Еще раз, медленно, еще глубже, и вышел.
– Господи, Коннор, не останавливайся. Сейчас, – взмолилась Кейтлин.
– Сейчас – отозвался он, скользнув руками к ее бедрам и направляя себя в нее.
Мгновенно пришла жалящая боль, когда Кейт всхлипнула, Коннор замер и, пока она часто и тяжело дышала, ждал, покрывая поцелуями ее шею, щеки, глаза.
– Мне остановиться?
– его голос был напряжен, словно он заставил себя произнести эти слова.
Его тон придал Кейт сил, и, отвечая на его вопрос, она развела бедра шире, чуть отстранилась от него и снова резко подалась вперед, прижимаясь, вбирая его глубже в себя.
Из горла Коннора вырвалось рычание. Или то был смех? Она не знала. Эта мысль отступила под шквалом эмоций, которые он снова в ней поднял.
Когда ощущения затопили ее, Кейтлин с силой схватилась за его плечи, впиваясь в них пальцами, пытаясь удержаться под натиском захлестнувшей ее волны.
На какие-то секунды пальцы Коннора сжали ее бедра, притягивая ближе. Его тело несколько раз содрогнулось.
Они лежали вместе, неровно дыша, их тела покрылись испариной, и тут Кейт поняла, что только что сделала.
Но никакого сожаления. Проснувшись завтра в своем времени, она будет так же благодарна за это исключительное воспоминание.
Через какое-то время Кейтлин неохотно слезла с кровати и, не желая просыпаться голой и одинокой в своей кровати, принялась искать одежду. Когда она снова оказалась в кровати, Коннор притянул ее к себе и поцеловал в макушку.
Они лежали, молча прижимаясь друг к другу. Хотя она и сопротивлялась, но почувствовала, что засыпает.
– Коннор? – прошептала Кейт его имя в последний раз.
– Да?
– Меня здесь не будет, когда ты проснешься утром? Я имею в виду, когда Фейри совершат свои действия или что там, и я исчезну, хочу, чтобы ты знал - я счастлива, что перенеслась. Что была здесь, с тобой. И ни на что в мире не променяла бы время с тобой.
– Да, милая Кейти. Я тоже ни на что не променял бы время, проведенное с тобой.
Коннор наклонился и поцеловал ее в лоб, крепче сжав в объятиях, где Кейтлин чувствовала себя такой защищенной и спокойной. Где ей так хотелось остаться.