Трибред
Шрифт:
Дабы не выделяться из общей массы, я сдал свой листок с ответами, за пять минут до истечения времени, оказавшись шестым по скорости написания, и получив кивок от учителя, зашагал к ближайшему полигону. Вторым этапом экзамена, была демонстрация боевых навыков, а третьим, ниндзюцу.
Выйдя из академии, я совершенно не удивился, увидев на скамейке, черноволосую девочку, одетую в серую куртку. Она сидела ко мне спиной, взглядом буравя манекены, установленные на полянке, изображающей полигон.
Тихо подхожу сзади, и закрываю глаза
– давно знаешь, что это я?
– Изображаю в голосе легкое разочарование.
– с тех пор, как ты вышел из класса.
– Едва слышным шепотом, отозвалась девочка.
– да... тебя даже и не удивить никак...
– Тяжелый вздох, а пальцы соскальзывают по лицу Хинаты, сцепляясь в замок у нее под подбородком.
Такого принцесса не стерпела, вывернувшись ужом из захвата головы, а затем, открытой ладонью ударила меня в грудь, всплеском чакры, выбивая воздух из легких.
– ой, прости Саки-кун...
Покашляв немного, (для приличия), позволяю усадить себя на скамью, и следующие пять минут, наслаждаюсь суетой и заботой, обрушенными на меня Хинатой. К сожалению, это уже не та девочка, которую я спас от хулиганов, а потому, она довольно быстро поняла, что эффект от удара, оказался намного меньшим, чем должно было быть.
– Саки-кун, ты ничего не хочешь мне рассказать?
Угрожающие нотки в голосе у живого воплощения скромности, это довольно мило. Однако, приходится раскрывать один из своих секретов, дабы не вызвать обиду...
Запускаю под майку правую руку, и извлекаю на свет, тонкую стопку бумаги.
– что-то мне подсказывало, что сегодня стоит принять меры безопасности, и как видишь, я оказался прав.
– И улыбка на пол лица.
– дурак... я же правда испугалась.
– Хината забрала у меня бумагу, а затем молча села рядом.
За последующие двадцать минут, на полигоне собрались все выпускники, и учителя, разбив нас на пары, начали спарринги. Правила были довольно простые, не бить в глаза, не использовать чакру кроме как для усиления и ускорения, ну и проигравший, автоматически остается на второй год. Те неудачники, которые три года подряд не могут выиграть финальный спарринг, теряют возможность стать шиноби.
Ни у меня, ни у Икиры и Юкио, не возникло проблем с противниками. Из всей моей банды, свои бои проиграли всего пятеро, Ито четверо из них, сражались со своими товарищами, а пятому выпал наследник клана Инудзуко. Хината же, удивила абсолютно всех, буквально превратив в отбивную, свою противницу из числа обычных горожан.
Учителя, с отвисшими челюстями глядели на то, как скромная стеснительная девочка, с совершенно равнодушным лицом, "обрабатывает" тело оппонентки, которая (на мой взгляд), потеряла сознание от болевого шока, уже после первых ударов, и благодаря тем же ударам, не могла упасть на землю.
В итоге, девочку унесли к
Единственной неожиданностью, которая произошла во время демонстрации ниндзюцу, оказался провал Наруто. Парень не смог создать нормальных иллюзорных клонов, и чуть ли не плача, покинул кабинет, в который вернулись все будущие шиноби, после посещения полигона. Все остальные, успешно выполнили задания учителей, и получили свои жетоны с гербом Конохи.
Дождавшись, когда вся компания отбудет в сторону общежития, я подошел к Хинате, еле переставляющей ноги по пыльной дороге. Молча, мы прошли четверть дороги до ворот клана Хъюг, и только теперь, принцесса решилась нарушить тишину:
– вчера, я говорила с отцом...
– Было видно, что слова ей даются с трудом, и дабы немного поддержать девочку, я коснулся ее ладони своими пальцами, тут же попавшими в захват.
– Я попросила его, что бы нас назначили в одну команду... он же это может, я точно знаю... но, отец сказал, что мне нужно ближе общаться с детьми глав других кланов, а дружба с безродными... в общем мы поссорились и...
Хината не выдержала и расплакалась, прижавшись к моему плечу, она тихо всхлипывала. Мне же оставалось молча стоять, и свободной рукой поглаживать ее по голове.
Люди, проходящие мимо, старательно отводили глаза и ускоряли шаг, а на лицах некоторых из них, можно было увидеть умилительную улыбку.
Наконец, девочка достаточно успокоилась и отстранилась от моего плеча, но не отпустила руку, тонкими но сильными пальцами, вцепившись в кисть. Ее глаза покраснели, губы чуть подрагивали, но с каждой секундой, самоконтроль возвращался.
– в общем, он сказал, когда Ханабе станет достаточно взрослой, я получу свою печать младшей ветви рода.
– На одном дыхании, выпалила девочка.
– Саки-кун... помнишь, ты говорил, что хочешь уйти из Конохи...?
Медленно кивнув, я поощрительно улыбнулся, не отводя взгляда от чуть покрасневших, серебристых глаз принцессы.
– я... я тоже хочу уйти... с тобой.
Джафар.
Лето тянулось мучительно долго, минуты превращались в часы а дни, казались целой вечностью. В какой-то момент, я даже стал сочувствовать бессмертным (вот какой я добрый).
В приюте, все оставалось так же, как и до отъезда, только обитателей стало чуть больше, но мою кровать даже не думали отдавать другому. В первый же день после возвращения, каждый воспитатель, и половина обитателей приюта, решили поприветствовать меня, (даже и не думал, насколько глубоко в сознание, врежутся закладки, установленные при помощи элементарного гипноза.
Написав домашнее задание, рассчитанное на лето, я вдруг понял, что совершенно не представляю, что делать дальше. Подкравшаяся меланхолия оказалась столь сильна, что даже известие о том, что мне дано лишь десять лет на спокойную жизнь, не вызвало особых эмоций.