Три

Картер И. С.

Наблюдаю, как Лиам выходит через дверь, обращая внимание на его тень, мелькнувшую в окне, с той стороны сарая, где, как он помнит, находится водопроводный кран.

Долго пялюсь в пустоту, а затем разворачиваюсь, хватая кружки, прежде чем Лиам вернется.

Когда понимаю, что он возвращается, то кричу через плечо, даже не потрудившись обернуться и посмотреть на него:

— Молоко и два кусочка сахара?

Лиам ставит чайник на столешницу сбоку от меня, и, прошептав лишь тихое «пожалуйста», выходит из сарая

с двумя раскладными стульями в руках.

Теперь у меня есть немного времени, чтобы успокоиться, и я могу, наконец, снова вздохнуть. Но быстро закипающий чайник не даёт отдохнуть моим уже порядком изношенным нервам.

Через несколько минут, с двумя горячими чашками чая в руках, я выхожу из сарая и возвращаюсь на солнечный свет. Раскладные стулья, которые Лиам поставил на солнышке, пусты, и на мгновение мне кажется, что он ушел. Быстрый взгляд на участок, и я нахожу его. Лиам стоит рядом с пугалом, рассматривая его так, словно это произведение искусства.

Если бы я не была так сильно взвинчена, то рассмеялась бы, и даже, возможно, поддразнила его, но все, что я делаю — лишь смотрю, пытаясь контролировать себя, чтобы не идти к нему.

Лиам, кажется, тоже чувствует, когда я рядом, потому что застывает и прекращает разглядывать Уорзела (кто еще, как не Лора-Нель, мог дать пугалу такое имя), а затем возвращается ко мне, все это время не поднимая глаз.

— Ты можешь посмотреть на меня. Клянусь, я не Медуза Горгона, так что, будь уверен — в камень не превратишься.

Лиам останавливается, мое замечание застает его врасплох, и мне приходится проглотить быстро растущий комок в горле, когда его взгляд, наконец, встречается с моим.

— Может и нет, но клянусь, что чуть раньше заметил, как у тебя в волосах что-то шевелилось. Поэтому осторожность не помешает.

Остроумная реплика произносится с совершенно серьезным лицом, и на секунду я сбита с толку, пытаясь понять, шутит он или нет. Затем вижу, как его губы слегка дрожат, и небольшой изгиб проявляется в уголке рта.

— Выражение на твоём лице просто бесценно. Нет у тебя ничего в волосах, ну, по крайней мере, отсюда не видно. Я просто дразнюсь. Тебя всегда было легко обдурить.

Изгиб губ превращается в полноценную улыбку, и напряжение покидает мое тело.

Мы можем это сделать.

— Ха-ха, очень смешно. Иди и возьми свою чашку, пока я не полила твоим чаем растения.

Что Лиам и делает.

Он берет свой напиток из моей руки, садится на раскладной стул рядом со мной, и мы начинаем беседу.

Глава 10

Лиам

— Почему? — с моих губ срывается вопрос.

Он крутился в моей голове последние десять минут, пока мы делились приятной, но незначительной информацией, обходя настоящую причину, по которой

встретились сегодня.

Я почти не обращал внимания на большую часть нашего разговора. Кэри поинтересовалась о моем путешествии по миру, затем расспросила меня о моей нынешней работе, полностью избегая темы, которую мы должны были обсуждать в эту минуту.

На самом деле, кажется, ее последний вопрос звучал так:

— Ты собираешься вернуться в университет?

Отвечая вопросом на вопрос, я осознаю, что на секунду сбил девушку с толку.

Наблюдаю, как смысл вопроса, и его ноша, наконец, доходят до Кэри, потому что она хмурит брови, а ее мрачный взгляд искажает красивые черты.

Кэри начинает теребить подол своей старой футболки «The Stone Roses». Мне очень хочется протянуть руку и успокоить ее, подарить утешение, в котором она нуждается. Придать сил, чтобы Кэри собралась духом и ответила, но я не могу.

Не могу, потому что мне нужно, чтобы она причинила мне боль. Только так я пойму, что Кэри говорит искренне.

Мне нужно узнать правду, даже если она будет горькой.

Даже не пытаюсь заполнить тишину, которая давит на нас.

Ожидая, пока Кэри заговорит, я вглядываюсь в каждый дюйм ее лица, отмечая, что она ничуть не постарела.

Кэри все так же поразительно красива, как и в первый день нашей встречи.

Пробегаюсь взглядом по ее чертам, вниз к изящным изгибам тела, наблюдая, как она нервно дергает ногой. На меня находит странное чувство комфорта, когда я замечаю пару красных Converse, пусть они и явно новая пара. Помню, как Кэри испортила свои старые в этом самом саду, в тот день, когда мы решили, что дождь и грязь не должны помешать посадке нового ряда картофеля.

Мои глаза снова возвращаются к ее лицу, и я почти задыхаюсь, потому что ее ослепительный изумрудно-зеленый взгляд устремлен на меня, внимательно изучая.

— Мне хочется тебе рассказать все, Лиам. Только, пожалуйста, выслушай меня, прежде чем составить свое мнение обо мне. Знаю, что приняла несколько неверных решений, но сделала я их из лучших побуждений. И никогда не собиралась причинять тебе боль. Мне нужно, чтобы ты в это поверил.

Киваю, не в силах ответить. Я боюсь сказать ей, как сильно она меня ранила, и как плохо мне было с тех пор.

Кэри вздыхает и оглядывает участок, ее взгляд опускается на новые клумбы, которые она, должно быть, недавно посадила.

— Год до нашей встречи был для меня очень тяжелым. На самом деле, даже не так; тот год стал окончанием череды тяжёлых событий, через которые я прошла.

Девушка отрывает взгляд от цветов и снова смотрит на меня, позволяя увидеть боль, написанную на ее лице.

— Я не пытаюсь добавить драмы. Это просто факт.

Кэри пожимает плечами, прежде чем снова отвести глаза, и легкая улыбка играет на ее полных розовых губах.