Три стигмата Палмера Элдрича

Дик Филип Киндред

Норм потопал к выходу.

Барни сел за стол, достал из выдвижного ящика последнюю пачку терранских сигарет и задумчиво закурил. Сверху слышалась какая-то беготня. «Прямо как мыши – усмехнувшись, подумал он – большие-пребольшие мыши, почувствовавшие запах приманки».

Дверь его комнаты отворилась. Барни продолжал смотреть на лежавшие перед ним пачку «Кэмела» и коробок спичек.

– Мистер Майерсон.

– Я знаю наперед все, что ты мне скажешь, – ответил Барни.

Палмер Элдрич прикрыл за собой дверь

и сел напротив Барни.

– Твоя прозорливость меня только радует, дружище. Я позволил тебе уйти за миг до того, как Лео сделал второй выстрел. И сделал я это сознательно. О том, как мне следует поступить, я думал целых триста лет. Впрочем, истинных причин, заставивших меня поступить именно так, я тебе называть не стану.

– Они меня и не волнуют! – буркнул в ответ Барни. Глаз он так и не поднимал.

– Ты что – не можешь смотреть на меня? – поинтересовался Палмер Элдрич.

– Я – нечистый, – сообщил в ответ Барни.

– КТО ТЕБЕ ЭТО СКАЗАЛ?

– Зверь в пустыне. Стоило ему приблизиться ко мне, как он это тут же увидел!

– Гм. Но, может быть, причиной его…

– О каких причинах ты говоришь?! Он был голоден, как слон, и готов был сожрать все, что угодно! Соврать в такой ситуации он просто не мог!

– Для неразвитого ума святость и нечистота являются вещами одного порядка. И на то и на другое налагается табу. Ритуал, основание которого…

– Иди ты, – печально покачал головой Барни. – Ты ведь и сам понимаешь, что это правда. Я жив, и я не умру на этом самом корабле, но я стал нечистым.

– И в этом повинен я?

– Ну а как ты думаешь?

После непродолжительного молчания Элдрич пожал плечами и произнес:

– Хорошо… Меня изгнали из одной звездной системы – не буду называть ее, это не имеет никакого значения, – и вот я оказался здесь. Да, тебе действительно кое-что перепало. Но это так, мелочи. Пройдет несколько лет, и ты забудешь об этом – все пройдет. Твои приятели-колонисты ничего не заметили, потому что это коснулось и их. Ведь все они попробовали эту нашу штуку.

– Скажи, – спросил Барни, – для чего ты продаешь нашим людям Чу-Зи?

– Для того чтобы продлить себя, – негромко ответило существо, сидевшее напротив.

– Это что – такая форма размножения?

– Да. Все прочие мне недоступны.

– Бог ты мой, – произнес Барни с видимым отвращением. – Все мы должны стать твоими детьми.

– Господин Майерсон, – довольно хмыкнуло существо, – пусть это вас особенно не беспокоит. У вас и так забот предостаточно: и огород, и водоснабжение… Сказать честно, я жду не дождусь смерти. Как я буду радоваться, когда Лео Булеро осуществит свой новый замысел – он стал вынашивать его после того, как ты отказался взять токсин. И вообще, я хочу, чтобы тебе было хорошо на Марсе. Что до меня, то тут все куда сложнее.

Элдрич поднялся на ноги.

– Ты можешь вернуться

к прежнему состоянию, – возразил Барни. – Принять форму, в которую некогда и вошел Палмер. Какой смысл сидеть в этом теле в тот момент, когда Лео откроет огонь по твоему кораблю?

– Ты думаешь, это возможно? – усмехнулся Элдрич. – Если я там не появлюсь, меня может ждать нечто куда худшее. Подобных вещей ты не знаешь – отпущенный тебе и тебе подобным срок слишком мал для того, чтобы вы…

– Замолчи! – воскликнул Барни. – Я не хочу всего этого знать!

Он вновь поднял глаза и увидел, что Палмера Элдрича в комнате уже нет.

Он достал из пачки еще одну сигарету. «Что за бред! – подумалось ему. – И это диалог двух разумных существ! Со мной все понятно, но оно-то, оно! Кто б мог подумать, что оно будет таким скверным. И сделать с этим ничего нельзя. Поздно, слишком поздно…

А этот идиот Лео считает, что он может справиться с ним с помощью какого-то дурацкого токсина!

Вот он я. Тот человек, который не стал делать того, чего от него ждали другие. Нечистый. Грязный».

«Может быть, Энн сможет помочь мне? – подумал он вдруг. – Может быть, существует какой-то способ, позволяющий вернуться к изначальному своему состоянию, свободному от скверны и порока?» Сам он знал о неохристианстве слишком мало, но понимал, что надеяться он теперь может только на него. Без надежды же, как известно, человек жить не может…

Существо, поселившееся в душе Палмера Элдрича, не могло явиться ниоткуда, оно тоже было частью творения и потому оно тоже было подвластно Творцу.

Существует же такая вещь, как спасение души. Но…

Но она существует, увы, не для всех…

Полет на Марс закончился полной неудачей. Все то время, что они летели назад, Лео Булеро и Феликс Блау посвятили обсуждению новой стратегии.

– Он постоянно болтается в космосе – то он в лунных своих владениях, то он где-то на Марсе, то еще где-нибудь, – резюмировал Феликс Блау. – Все мы прекрасно понимаем, что нет ничего более хрупкого, чем корабль, летящий в межпланетном пространстве. Крошечной дырочки достаточно для того… – он сделал весьма красноречивый жест.

– Все правильно, – мрачно кивнул Лео Булеро. – Но нам следует заручиться поддержкой ООН.

По действующему законодательству, частным лицам и работникам коммерческих фирм не разрешалось иметь ничего, кроме обычных пистолетов. Им же требовалось нечто куда более мощное.

– У меня есть для вас любопытная информация, – сказал Феликс, открывая свой дипломат. – Наши люди в ООН имеют доступ в кабинет Хепберн-Гильберта. Заставить его поступить неким образом мы конечно же не сможем, но переговорить с ним нам в любом случае удастся.