Три стигмата Палмера Элдрича
Шрифт:
Они сели в кружок. Перед ними был расставлен полный комплект Крошки Пэт, во всем своем многообразии и великолепии. Стало как-то немного грустно. Норм Шайн вздохнул и тяжело качнул головой. Они уже никогда не смогут вернуться туда… к Пэт… Хотя кто знает… Интересно, что будет при сочетании Пэт-комплекта и Чу-Зи?
И тут вдруг он ни с того ни с сего понял, что ничего хорошего не выйдет.
Скорее всего, опыт поверг бы их в смятение и уныние…
Норм снова вздохнул.
– Во время нашего путешествия мы собираемся поработать с новым приобретением Пэт. Это – книжный аниматор, – сказал Сэм Риган,
Барни на миг задумался и тут же стал отвечать:
– Вы должны опустить какую-нибудь книгу, например «Моби Дик», в приемное устройство. Затем поставьте переключатель «Долгое/Краткое» в одно из двух положений. Далее. Выбираете вариант версии. Их всего три: «смешная», «грустная» и «исходная». Следующий этап – выбор художника. В аниматорах среднего класса художников обычно десять-двенадцать. При покупке устройства вы можете заказать тот или иной набор. Обычно это: Дали, Пикассо, Ван Гог и тому подобное. Существуют и другие возможности, но я, признаться, как-то их подзабыл…
– Вот это блеск! – засмеялся Норм Шайн. – Этим же можно забавляться до бесконечности! Только представьте, грустная версия «Ярмарки тщеславия» в манере Джека Райта!
Фрэн вздохнула и, мечтательно закатив глаза, прошептала:
– Как сильно чувствуется, что новичок только прибыл с Терры! Твоя душа полна земного!
– Сейчас и наши души наполнятся тем же самым! – заверил Норм Шайн и взял со стола свою порцию Кэн-Ди. – Поехали! Я уже знаю, что мне делать с этим самым аниматором. Это будет полнометражный смешной мультик в манере Де Кирико, основанный на… труде Марка Аврелия «Наедине с собой»!
– Очень умно, ничего не скажешь! – фыркнула Элен Моррис. – Я предложила бы «Исповедь» Августина в стиле Лихтенштейна. Версия, разумеется, смешная!
– Я ведь серьезно! Только представьте: сюрреалистическая перспектива, полуразрушенные здания с дорическими колоннами, рухнувшими наземь. Земля, усыпанная черепами…
– Давайте не будем отвлекать друг друга, – поморщилась Фрэн. – Иначе мы окажемся там в разное время!
Барни взял свою дозу. «Конец старого мира, – подумал он, разжевывая горьковатую пластинку, – эта нора уже никогда не будет такой, как прежде. И эти люди тоже. Им придется стать другими. Если Лео сказал правду, то все изменится к худшему. Сладкие грезы сменятся беспросветным кошмаром. Впрочем. Лео явно лицо заинтересованное… Велемудрый Лео…»
Он узнал в предметах, расставленных на полу, миниатюрные копии тех образцов, которые сам лично когда-то отбирал. Еще немного – и он окажется в их мире. В отличие от колонистов ему есть с чем сравнить свои ощущения, ибо память о Земле была не просто свежа в нем – он до сих пор продолжал жить исключительно земным.
«Скоро мне придется проделать то же самое и с Чу-Зи».
Вдруг раздался радостный голос Норма Шайна.
– Барни, ты и не представляешь, насколько странное это ощущение! Ты окажешься в теле, в котором, кроме твоей собственной души, будут и души трех твоих товарищей! К чему бы ни относилась деятельность нашего тела, каждый раз нам нужно будет приходить к соглашению. Иначе тело попросту откажется повиноваться нам! Представляешь, как забавно!
– В половине случаев, –
Один за другим они заглатывали свои дозы. Барни в этом деле заметно отставал от остальных – челюсти двигались крайне вяло. Ни с того ни с сего он вдруг вскочил со своего места и, подбежав к раковине, сплюнул. «А пошли они все к черту!» – подумал он и выплюнул непрожеванную пластинку.
Этого никто не заметил. Все обитатели Чумного Барака уже находились в состоянии глубокой комы. Барни остался в полном одиночестве. В течение сорока минут нора должна принадлежать только ему.
Он принялся бесцельно бродить по комнатам.
«Я не могу сделать этого. Я не хочу глотать эту дрянь! Сейчас, во всяком случае. Что будет потом, я не знаю».
И тут в дверь позвонили.
Кто-то стоял у входа, кто-то хотел попасть в отсек. Решить, пускать или не пускать неведомого гостя вовнутрь, мог только Барни. Он поспешил наверх, надеясь, что это не сотрудники Отдела по борьбе с наркотиками. Те вмиг обнаружили бы его новых товарищей – застали бы их, как говорится, на месте преступления. Впрочем, тогда ему тоже несдобровать…
У входа стояла молодая женщина с фонарем в руке. Она была одета в мешковатый утепленный комбинезон, явно затруднявший движения.
– Здравствуйте, мистер Майерсон, – сказала она. – Вы меня помните? Я пришла к вам потому, что мне очень одиноко! Вы меня не пустите к себе? – Это была Энн Готорн. – Если я чем-то помешала вам, вы так и скажите. Тогда я зайду в другой раз – хорошо? – Голосок ее дрожал.
– Я смотрю, Марс вас потряс! – улыбнулся Барни.
– Я знаю, что это грех, – пробормотала Энн, – но я с первой же минуты прямо-таки возненавидела его! Я знаю, что лишения надо терпеть, и, поверьте, я пытаюсь смирять себя. Но у меня ничегошеньки не выходит! – Она подняла фонарь над головой. – Посмотрите вокруг! Вы видите?! Теперь у меня осталось одно-единственное желание – поскорее вернуться на Землю! Теперь я уже никого не хочу обращать в истинную веру. Я вижу, что здешним людям все это просто не нужно! Я хочу побыстрее улететь отсюда! Понимаете, мистер Майерсон, улететь! – С минуту помолчав, она печально добавила: – Понимаю всю нелепость мечты… Поэтому-то и пришла к вам.
Барни взял ее за руку и повел вниз, в ту комнату, которая с этого дня стала его новым домом.
– А где ваши соседи?
– Вышли.
– Наружу? – изумилась Энн, но в тот же миг Барни открыл дверь в кают-компанию, и девушка все поняла.
– Вон вы что имеете в виду! А почему же вы не отправились вместе со всеми? – Она закрыла дверь и наморщила свой лобик. – Вы меня просто поражаете. Я бы сделала это с радостью. Мне просто необходимо, иначе я сойду с ума! А вы вон каким непробиваемым оказались. Вам все нипочем!
– Думаю, на то существуют вполне определенные причины. Мое присутствие здесь куда более осмысленно.
– Ну да! В чем-чем, а уж в этом-то вы точно не правы! – Энн сняла неудобный комбинезон и, присев на диван, стала наблюдать, как Барни варит кофе. – Кстати говоря, в моей норе – а это всего в полумиле отсюда – весь народ отправился туда же, куда и ваши соседи. Скажите мне, мистер Майерсон, стали бы вы искать меня или нет?
– Разумеется, стал бы! – Он нашел в буфете безобразные пластиковые чашки и блюдца, поставил их на складной столик и придвинул складные стулья. – Вероятно, – задумчиво произнес он, – на Марсе Бога нет. Вместе с Террой мы оставили…