Три пятнадцать

Джексон Джослин

Поехать я решила в субботу. Воскресенья Лоренс посвящал церкви, а в понедельник нужно было перезвонить Рику Уорфилду и договориться, когда он придет допрашивать Лизу. Рик оставил еще одно сообщение – говорил вполне дружелюбно и снисходительно, однако давал понять: если не свяжусь с ним в ближайшее время, он решит, что я намеренно его избегаю. Разумеется, именно так оно и было. С Лоренсом следовало поговорить до прихода Рика и выяснить, что на уме у нашего шерифа. Единственная проблема заключалась в том, что в субботу Мози пригласила в гости своего приятеля Реймонда Нотвуда.

Вообще-то в отсутствие Лизы или меня Мози не разрешалось приводить домой мальчиков, но

в тот день и конкретно для того мальчика я сделала исключение. Нет, за последний год Реймонд очень вырос – теперь его макушка стала почти вровень с переносицей Мози, – но, бледный и нескладный, он казался мне чуть соблазнительнее Спока в подростковом возрасте. Того Спока, которого Леонард Нимой играл, а не сексапила, которого сняли в римейке.

Утром я взглянула на себя в зеркало и поняла, что все идет как надо. С таким тщанием я не наряжалась лет десять, а волновалась, как перед свиданием или рождественским вечером, или как перед свиданием в рождественский вечер. Глаза сияли, и, посмотрев на разрумянившуюся женщину в зеркале, я шепнула ей: «Ты идиотка!» Я собиралась использовать Лоренса, а не дать попользоваться ему, к моему удовольствию. Я твердила себе, что Лизу беру с собой потому, что вечерняя тренировка в бассейне Сэнди заставила ее скованный инсультом мозг работать с новой силой. Раз так, значит, утренняя встреча с моим экс-любовником принесет еще больше пользы. Это была правда, но не вся. Другая правда была в том, что сегодня я нуждалась в дуэнье куда больше, чем Мози.

Я заглянула в гостиную. Мози смотрела «Разрушителей легенд» [19] .

– Мози, можешь вести Реймонда на кухню или в гостиную, но только не в свою комнату, договорились?

Мози закатила глаза: такой дурости даже от самых дурных дур сроду не слышала. Она скользнула по мне обиженным взглядом и даже не заметила, что я накрасила глаза и уложила волосы якобы для поездки за продуктами. Мы с Лизой выбрались на крыльцо.

С каждым днем Лиза передвигалась в ходунках все быстрее и быстрее. К машине она ковыляла явно в хорошем настроении. Пристегнув ее ремнем безопасности, я открыла свой старый телефон-раскладушку. Со звонком тянуть было больше нельзя: становиться главной героиней сиквела «Кошмар на улице Сэнди» очень не хотелось. Не дай бог притащусь к Лоренсу, а там никого или, еще хуже, он не один. Я живо представила, как из-за двери выглянет сонная красотка чуть за тридцать в футболке Лоренса, скажет, что он в душе, но я могу оставить ему сообщение.

19

Научно-популярная передача на канале «Дискавери». Ведут ее специалисты по спецэффектам Джейми Хайнеман и Адам Сэвидж, использующие свои навыки и опыт для экспериментальной проверки различных баек, слухов и городских легенд.

Вчера на работе я разыскала в базе новый адрес Лоренса и забила в сотовый его телефон. Трубку он снял после четвертого гудка. Его низкий грудной голос напоминал дрожащий рокот. Похоже, я его разбудила. У меня в животе что-то подскочило, будто вдруг решили отключить гравитацию.

– Ты один? – спросила я. По-моему, получилось слишком томно.

Лоренс судорожно вдохнул, – наверное, в постели сел. Через полсекунды сонливости в его голосе как не бывало: Лоренс завелся с полуоборота.

– Джинни?

– Я спросила, ты один дома?

– Да, а в чем…

– Никуда не уезжай, – перебила я. – Буду у тебя через двадцать минут.

Я захлопнула сотовый, не дав Лоренсу ответить. Сколько времени

прошло… Почти двенадцать лет мы не говорили друг другу ни слова, а у меня руки дрожат. После Лоренса я встречалась несколько раз, с разными, но ни один не смог вытеснить его из моей головы, и всерьез я никого из них не приняла. Если его голос на меня так действует, значит, взяв Лизу, я приняла гениальное решение.

Я села в машину и задним ходом повела ее по подъездной аллее. Тут у обочины притормозил старомодный «универсал» Реймонда Нотвуда. Я помахала ему рукой, а он растянул губы в своей фирменной улыбке.

– Сдается мне, этот мальчишка – негодник, – сказала я Лизе.

В ответ она буркнула что-то очень похожее на «гладиолус».

– Что? – переспросила я. Что бы это ни значило, во-первых, это был ответ, во-вторых, новое слово. – Что ты сказала?

Лиза махнула здоровой рукой в сторону шоссе – поехали, дескать, скорее. Если честно, мне этого и хотелось. Я сочла «гладиолус» добрым знаком и погнала машину по дороге.

Лоренс по-прежнему жил в Мосс-Пойнте, но теперь ближе к нам, чем к Пэскагуле, так что ехать было недалеко. Он поселился в большом комплексе, на мой взгляд, весьма унылом – прямоугольные строения одинакового цвета, желто-коричневого, как у горохового супа, фальшивые ставни по бокам окон. Его квартира оказалась в глубине комплекса, на первом этаже, прямо у мусорных баков.

Дверь распахнулась, еще когда мы шли по дорожке. Лоренс явно ждал меня, а сразу после нашего разговора встал под душ – влажные волосы были зачесаны назад. С тех пор как мы не виделись, линия роста его волос поднялась примерно на дюйм, вокруг глаз появились новые морщинки, а у рта – нет, словно он почти не улыбался. Живот чуть округлился, зато плечи казались такими же широкими, без намека на сутулость.

Интересно, Лоренс заметил, как я принарядилась? В недрах шкафа я разыскала старое золотисто-коричневое платье с запахом. Лоренсу оно нравилось, и я была очень рада, что оно мне по-прежнему впору.

– Привет, Джинни! – проговорил Лоренс, шагнув нам навстречу.

– И тебе привет! – отозвалась я.

– А вы, должно быть, Лиза. – Лоренс смотрел прямо в полукрасивое лицо моей дочери. Буквально на секунду он накрыл ее ладонь своей – получилось вполне естественно, будто именно так пожимают руки тем, кто ходит в ходунках.

Лоренс всегда был невозмутим, но сейчас держался чересчур спокойно, словно уже знал про инсульт. Мосс-Пойнт и Иммита – практически два разных мира. Мы с Лоренсом вращаемся в разных кругах. Если он в курсе, значит, издали следил за мной и целенаправленно наводил справки.

Лиза пожирала его глазами, потом чуть подалась к нему и ответила: «Да». Не прежним «да»-звуком, а чуть неразборчивым, смазанным вариантом настоящего слова. «Да» и что-то вроде «гладиолус», два шажка вперед, казались мне макушкой самого настоящего чуда.

– Заходите! – Лоренс широко раскрыл перед нами дверь.

Гостиная оказалась большой, зато кухня размером с тамбур. Разделяла их барная стойка, на которой стоял маленький телевизор. Лоренс включил Си-эн-эн и снизил громкость до минимума. Чистобелые оштукатуренные стены он ничем не украсил. Напротив нас были две двери: одна закрытая, за другой, приоткрытой, виднелась половина ванны. Мебели он поставил совсем чуть-чуть – диван, журнальный столик и барные табуретки, все явно дешевое, такое в каталогах «Икеа» предлагают для студенческих общежитий. Из старых вещей я не заметила ничего, за исключением книг на сосновых полках. Лоренсу нравилось то же, что и мне, – детективы, чтобы были и копы, и адвокаты, и частные сыщики.