Три приятеля (сказка)

Квентор Игорь

– Экипа-аж! К бомбометанию товсь!

– И-и-есть!! – прорычал Змей и злорадно оскалился, заходя в крутое пике.

Ветер загудел в туго натянутых канатах. Лицо Эдика потемнело ещё больше. Он был готов умереть в этом последнем бою и жалел, что нет настоящих боеприпасов. Земля стремительно приближалась. В животе Змея что-то сильно заурчало. Эдик тут же понял, что Змей вовсе не шутит.

– Готов! – отрывисто рыкнул Змей и надулся.

– Огонь!!! –

завопил Эдик, – Сделай их, Дракоша! Мочи козлов!!! Karramba! Banzay!

Раздался оглушительный взрыв и к земле полетела здоровенная и неумолимо зловонная навозная бомба. В воздухе её расплющило в огромный блин, который накрыл и старух, и мешок семечек в придачу.

– Есть попадание! – вскричал Эдик радостно, и его захлестнула волна упругого воздуха, срывая дыхание. Змей удовлетворённо рыкнул и взял курс домой. Следовало быстро сматываться из деревни, пока старухи не прочухались.

К дому они подлетели, громко смеясь и смакуя детали битвы. Индеец с Гашей уже выволокли шмотки на крыльцо и, не спеша, покуривали трубку. Эдик возбуждённо скакал по двору и в красках рассказывал приятелям о воздушном бое, и как Змей лихо отбомбился. Горыныч засмущался, однако заметил, что кто-то обещал его дозаправить.

– Конечно, mio amigo, испанец держит своё слово! – воскликнул Эдик и кинулся на кухню жарить в темпе блины.

Недоумевающего Гашу он отправил в погреб за капустой. Мокасин затаился у калитки и следил, не появится ли противник. На лице его была походная раскраска, не особенно подходящая для боя. Это немного раздражало, но он надеялся, что старухи не скоро ещё оклемаются. Пара часов в запасе у них была.

Эдик сдержал слово и напёк столько блинов, что до пупа накормил всю братию и даже двух беспризорных котов из соседнего дома. Экономить на продуктах не стоило, так как с собой всего не увезти, а без них тут всё равно всё растащат. Тем более капуста – стратегический продукт. Если возникнет прецедент, то Змею будет чем отбомбиться. Небольшой бочонок они решили взять с собой. Гаше пришлось выбросить из корзины последний чемодан с книгами, который он пытался протащить на борт контрабандой в обход зоркого глаза Эдика.

После столь серьёзной заправки двигаться не хотелось, а тем более летать. Решили совсем немного покемарить и повалились в кучу на развороченном Змеем стожке сена. Индеец снова заступил на пост и одним глазом спал, а другим зорко следил за дорогой. На душе было тревожно. Иногда будто тёмная туча закрывала собою всё вокруг и там, в темноте, мелькали тёмные силуэты и злобно так посмеивались. В такие моменты у Мокасина появлялись сомнения: правильно ли он истолковал знаки Духов.

Эдик с Гашей лежали рядышком на пузе и прокладывали будущий маршрут по секретной карте, которую Эдик выкопал на заднем дворе. Вначале ему не хотелось доставать её. Всё-таки вещь шпионская и нешуточная. При её потере рекомендовалось тут же самозастрелиться. Гаша во все глаза уставился на пёстрый документ, щедро усеянный красными флажками и звёздочками. У Гонзалеса даже возникло подозрение,

что тот хочет запомнить карту наизусть. На всякий случай он, как бы между делом, заметил, что по шпионским правилам должен теперь Гашу немедленно ликвидировать. Тот со страхом отшатнулся и беспомощно захлопал ресницами. Эдик понял, что переборщил и примирительно похлопал хиппозу по плечу.

– Не боись, волосатый, своих пиплов не мочим.

– Ну и шутки у тебя, мистер шпиён.

– Да ладно не парься. Смотри сюда. В крупные города нам соваться нельзя. Змей – мужик слишком приметный. Привалы будем устраивать только в небольших деревнях или на хуторах. Обзываться будем чисто туристами, если спросит кто.

– Дык ёлы-палы, мы ж и есть туристы! Или я чего-то не догоняю? – спросил Гаша.

– Конечно туристы, а кто же ещё. Ты только шпиёном меня не вздумай назвать при посторонних. Не люблю я этого, ох не люблю, – ответил Эдик и выразительно посмотрел на Гашу.

– Хоп ништяк, базару нет, – поспешил заверить его тот.

– Ну, то-то же. Ладно, слушай дальше. Змей хоть и храбрится, но всё же не молодой. Поэтому в день мы сможем делать не более двухсот вёрст. Если нигде не задерживаться, то за десять дней управимся.

– Десять дней!? Ты чё, очумел? Эдак ведь и лето кончится, пока мы туда доберёмся!

– Не преувеличивай. Во-первых, лето ещё даже не началось. Во-вторых, Змея нужно беречь. А в-третьих, какой же ты пипл, если не любишь путешествовать?

– Да я люблю, люблю, только уж больно хочется к морю побыстрее.

– Короче todo, отставить трёп. Первой остановкой будет вот эта деревня Клюевка на границе Московской и Тульской губерний. Есть возражения?

– Да пофиг!

– Ну, тогда ещё часик сон-тренаж и в путь.

Тем временем в стане врага царило смятение и полный разгром. Больше всех повезло бабке Мане. Навоз целиком накрыл её участок и, в глубине души, она даже была рада столь неожиданному подарку. Эк её грядки самостийно удобрились! Однако вероломное нападение с воздуха так всех потрясло, что поначалу даже материться не хотелось. Старухи выли и скрежетали последними зубами.

Тут бабка Маня встрепенулась и зычно свистнула.

– Айда, подруги, отомстим подлым варварам! Оружие к бою!

Бабки нехотя потянулись в сарай за вилами и баграми. Постепенно воодушевление бабки Мани передалось остальным, и точильный камень зашуршал громче. Умываться не стали. Чёрно-зелёные пятна навоза служили отличной маскировкой. Физиономии были подстать «зелёным беретам». Бабка Маня, стоя перед зеркалом, обмоталась ремнями и теперь пристёгивала оружие и кульки с крысиным ядом на манер Шварцнеггера из фильма «Коммандос», эффектно щёлкая пуговицами и крючками от бюстгальтеров.