Три мушкетера
Шрифт:
XV. СУПРУЖЕСКАЯ СЦЕНА
Как Атос и предвидел, кардинал не замедлил сойти вниз; он открыл дверь комнаты, куда вошли мушкетеры, и увидел, что Портос и Арамис с величайшим азартом играют в кости. Беглым взглядом окинув всю комнату, он убедился, что недостает одного из его телохранителей.
— Куда девался господин Атос? — спросил он.
— Ваша светлость, — отвечал Портос, — он поехал дозором вперед. Кое-какие разговоры нашего хозяина внушили ему подозрение, что дорога не совсем безопасна.
— А вы что делали, господин Портос?
— Я выиграл у Арамиса пять пистолей.
— Что
— Мы к услугам вашего высокопреосвященства.
— Итак, на коней, господа, время позднее.
Оруженосец дожидался у дверей, держа под уздцы лошадь кардинала. Немного поодаль виднелись во мраке два человека и три лошади; это были те самые люди, которые должны были сопровождать миледи в форт Ла-Пуант и посадить ее там на корабль.
Оруженосец подтвердил кардиналу все сказанное ему двумя мушкетерами относительно Атоса. Кардинал одобрительно кивнул и пустился в обратный путь с теми же предосторожностями, какие он принял, отправляясь в трактир.
Предоставим ему следовать в лагерь под охраной оруженосца и двух мушкетеров и вернемся к Атосу.
Шагов сто Атос проехал все так же, не спеша, но, как только он убедился, что никто не видит его, свернул направо, окольным путем проскакал обратно и, притаившись в лесочке шагах в двадцати от дороги, стал выжидать проезда путников. Увидев широкополые шляпы своих товарищей и золотую бахрому кардинальского плаща, он подождал, пока всадники исчезли за поворотом дороги, и галопом вернулся в трактир, куда его беспрепятственно впустили.
Хозяин узнал его.
— Мой начальник, — сказал Атос, — забыл сообщить одну важную вещь даме, что живет во втором этаже. Он послал меня исправить свое упущение.
— Пройдите наверх, — предложил хозяин, — она еще у себя в комнате.
Атос воспользовался позволением и, как можно легче ступая по лестнице, взошел на площадку. Сквозь приоткрытую дверь он увидел, что миледи подвязывает ленты своей шляпы.
Он вошел в комнату и запер за собой дверь.
Услышав лязг задвигаемого засова, миледи обернулась.
Атос стоял у двери, закутавшись в плащ и надвинув на глаза шляпу.
При виде этой безмолвной, неподвижной, точно статуя, фигуры миледи испугалась.
— Кто вы? Что вам нужно? — вскричала она.
«Да, так и есть, это она!» — сказал про себя Атос.
Откинув плащ и сдвинув со лба шляпу, он подошел к миледи.
— Узнаете вы меня, сударыня? — спросил он.
Миледи подалась вперед и вдруг отпрянула, словно увидела змею.
— Так, хорошо… — сказал Атос. — Я вижу, вы меня узнали.
— Граф де Ла Фер! — прошептала миледи, бледнея и отступая все дальше, пока не коснулась стены.
— Да, миледи, — ответил Атос, — граф де Ла Фер, собственной персоной, нарочно явился с того света, чтобы иметь удовольствие вас видеть. Присядем же и побеседуем, как выражается господин кардинал.
Объятая невыразимым ужасом, миледи села, не издав ни звука.
— Вы демон, посланный на землю! — начал Атос. — Власть ваша велика, я знаю, но вам известно также, что люди с божьей помощью часто побеждали самых устрашающих демонов. Вы уже один раз оказались на моем пути. Я думал, что стер вас с лица земли, сударыня, но или я ошибся, или ад воскресил вас…
При этих словах, пробудивших в ней ужасные воспоминания, миледи опустила голову и глухо застонала.
— Да,
Миледи вскочила, точно подброшенная пружиной, глаза ее засверкали.
Атос продолжал сидеть.
— Вы полагали, что я умер, не правда ли? И я тоже думал, что вы умерли. А имя Атос скрыло графа де Ла Фер, как имя леди Кларик скрыло Анну де Бейль! Не так ли вас звали, когда ваш почтенный братец обвенчал нас?.. Право, у нас обоих странное положение, — с усмешкой продолжал Атос, — мы оба жили до сих пор только потому, что считали друг друга умершими. Ведь воспоминания не так стесняют, как живое существо, хотя иной раз воспоминания терзают душу!
— Что же привело вас ко мне? — сдавленным голосом проговорила миледи.
— И чего вы от меня хотите?
— Я хочу вам сказать, что, упорно оставаясь невидимым для вас, я не упускал вас из виду.
— Вам известно, что я делала?
— Я могу день за днем перечислить вам, что вы делали, начиная с того времени, когда поступили на службу к кардиналу, и вплоть до сегодняшнего вечера.
Бледные губы миледи сложились в недоверчивую улыбку.
— Слушайте: вы срезали два алмазных подвеска с плеча герцога Бекингэма; вы похитили госпожу Бонасье; вы, влюбившись в де Варда и мечтая провести с ним ночь, впустили к себе господина д'Артаньяна; вы, думая, что до Вард обманул вас, хотели заставить соперника де Варда убить его; вы, когда этот соперник обнаружил вашу постыдную тайну, велели двум наемным убийцам, которых вы послали по его следам, подстрелить его; вы, узнав, что пуля не достигла цели, прислали ему отравленное вино с подложным письмом, желая уверить вашу жертву, что это вино — подарок друзей, и, наконец, вы здесь, в этой комнате, сидя на том самом стуле, на котором я сижу сейчас, только что взяли на себя перед кардиналом Ришелье обязательство подослать убийцу к герцогу Бекингэму, взамен чего он обещал позволить вам убить д'Артаньяна!
Лицо миледи покрылось смертельной бледностью.
— Вы сам сатана! — прошептала она.
— Быть может, но, во всяком случае, запомните одно: убьете ли вы или поручите кому-нибудь убить герцога Бекингэма — мне до этого нет дела: я его не знаю, и к тому же он англичанин, но не троньте и волоска на голове д'Артаньяна, верного моего друга, которого я люблю и охраняю, или, клянусь вам памятью моего отца, преступление, которое вы совершите, будет последним!
— Д'Артаньян жестоко оскорбил меня, — глухим голосом сказала миледи, — д'Артаньян умрет.
— Разве в самом деле возможно оскорбить вас, сударыня? — усмехнулся Атос. — Он вас оскорбил и он умрет?
— Он умрет, — повторила миледи. — Сначала она, потом он.
У Атоса потемнело в глазах. Вид этого существа, в котором не было ничего женственного, оживил в нем терзающие душу воспоминания. Он вспомнил, как однажды, в положении менее опасном, чем теперь, он уже хотел принести ее в жертву своей чести; жгучее желание убить ее снова поднялось в нем и овладело им с непреодолимой силой. Он встал, выхватил из-за пояса пистолет и взвел курок.