Шрифт:
Далеко ли близко, высоко ли низко летали птички по небу, услышали они сказку да мне начирикали, а я вам расскажу…
Где-то под горой, а может возле реченьки или
Но только вот случилось с ними такое дело… Евстафий до того въедливый был да упёртый, что ни скажи ему – враз оспорит, что ни слово – всё потешается да ёрничает в ответ. Ерохвост, одним словом. И все бы ладно – хозяин в доме, но жена у него и того пуще, такая на язык бойкая, задиристая уродилась, спасу нет. Ёра, одним словом. Вот мужик спросонья только с печки соскочит, тут же кулаком по столу как вдарит, аж все стаканы на пол валятся, посуды на него не напасешься, подавай, видишь ли, ему киселя. Ну, жена тоже не лыком шита, так его отчихвостит
А ежели Лукерья попросит мужа дров принести из лесу или печку истопить, так и не допросится. Говорит он ей, не мужицкое это дело. А какое мужицкое? Кашу есть али на печке пятки греть? Вот она ему разгоняй и на это задаст. Ну, а если мужик по делу что молвит, и такое было, тут уже жена упрямится начинает. Евстафий ей слово, а она ему три, и он в ответ ей десять. А то и наоборот. И талдычит, что бабье дело – молчать да мужика во всем слушать, а прав, не прав – это ужо дело второстепенное. Так цельными днями спорят да артачатся друг перед другом силой мерятся, кто во что горазд. Никак не находился для них общий язык, но зато день до вечера не скучен. Вот только хозяйство запустили.
Но Лукерья приноровилась, она здоровехонькая была, в рост пошла – ручищи сильные, локти крепкие. Вот она как приобнимет своего муженька, к печке локтем прижмет, так он стоит смирнёхонький – молчит. А опосля ужо идет, хоть и бурчит себе под нос, но дело делает.
Конец ознакомительного фрагмента.