Три истории
Шрифт:
– Вторая мне? – догадалась Лиза.
– Это на всякий случай. Знаешь, многие думают, что достаточно просто взять любой спиртное крепостью в сорок градусом и пить его, пока не станет весело. Огромное заблуждение. У каждого напитка свой эффект, своя философия. Вот возьмем, к примеру, текилу. Она веселит, не нуждается в закуске. Она повышает твое хорошее настроение, возводит его в степень. Это не то, что можно пить с тоски или на свадьбе. Текила как изящная девушка в красном платье, выхватывающая тебя на танцполе из толпы и
– Вау! – Лиза одобрительно кивнула. Саша по-хозяйски наполнил две рюмки.
– А вот коньяк, напротив, как старый школьный друг, который армию прошел, а ты в институте учишься. С ним поначалу весело, а потом он как задаст тебе пару тяжелых тем для раздумий. И как болото, не выберешься уже, только сидишь и киваешь, а голова заполняется свинцом. Одна рюмка – ничего, а потом словно жидкая энциклопедия тебе в голову течет, а через часок раз! – он тихонько хлопнул ладонью по столу. – И накрыло тебя всеми ее томами. Виски же настраивает тебя как хороший настройщик рояль. Ну или гитару – от души зависит…
– Ладно, а что ты будешь?
– Самый дешевый и философский напиток. Водка, – он поднял рюмку. – Ее бы я сравнил с недостающим элементом в пазле. Когда пазл сложен – она и не к чему. А вот если чего-то в нем не хватает, хорошего или плохого кусочка – она тут как тут, и сразу все встает на место.
Саша отправил в рот орешек и снял с носа очки.
– Ты так и не ответил, почему считаешь меня некрасивой.
– А это прямо задело?
– Представь себе!
Бар трясся от музыки, солист выдавливал из горла «Outlander» и яростно тряс микрофон. Его лысый череп лоснился от пота, а вены на тощей шее вздулись. За барной стойкой шумел народ. Бармены жали руки завсегдатаям и подставляли под запотевшие краны высокие бокалы.
– Тебе не помешал бы стиль, – заявил Саша после некоторых раздумий. – И немного времени на спортзал, но только каждый день.
– Хорошо. А что не так?
– Спорт всегда виден в человеке, проступает сквозь кожу. Какая-то внутренняя энергия появляется, динамика. А без этого…
– Короче, мой зад мог бы быть и поменьше, – подытожила Лиза и усмехнулась.
– Это ты сказала. Я бы не посмел, – он налил еще одну рюмку и залпом осушил ее. – Ну скажи, разве самой не хочется подтянуть мышцы, убрать лишнее с боков.
Лиза оттянула край свитера.
– Это просто одежда. У меня нет лишнего на боках.
– Я образно говорю. Ты вот скажешь – сидит тут дохляк и про спорт мне рассказывает. Но так и речь не обо мне. Хотя я, между прочим, в зал хожу. Правда не так часто, как хотелось бы. Знаешь, – он улыбнулся и снова потянулся к графину, – когда идешь в тренажерный зал, то ожидаешь увидеть там одних качков. В реальности же из качков там только тренеры. И в меру пузатые дяди, философски осматривающие тренажеры и насилующие гантельку.
– Ты забыл про девушек.
– Да. Они, как правило,
– Так ли уж часто? Мне в голову приходит только история с принцессой Викторией.
– Ладно. Не поголовно все, но я уверен, что часто. Может дело в том, что девушкам нравится власть. Программа тренировок – это же тоже проявление власти. Все это прикрикивания и настоятельные рекомендации делать упражнение правильно.
Лиза допила теплое пиво и поставила пустой бокал. Столик в дальнем углу был пуст. Бармен убирал пустые тарелки.
– Все дело в прикосновениях. Вот он потрогал мышцу, вот поправил руку на тренажёре, а вот размял плечо. Прикосновения ведут к доверию, доверие к сексу.
Саша фыркнул и глотком осушил еще одну рюмку.
– Ерунда! Просто они качки.
– Да, дело именно в этом. Как там, я не кажусь уже тебе на редкость соблазнительной?
Саша покачал головой.
– Нет. Но ты хороший собеседник. А еще подумай насчет фитнеса, пилатеса и йоги. Хотя бы пару раз в неделю для начала.
Лиза покивала, продолжая улыбаться.
– Что еще?
– Ты не куришь. Мы сидим уже минут двадцать, а еще полчаса я наблюдал за тобой, и ты ни разу не вышла на улицу. Так вот, курящие девушки более привлекательны. Я не советую тебе дымить как паровоз по две пачки в день, но…
– Интересное у тебя но. Значит мое здоровье – фактор необязательный.
– Брось. Ты же молодая. И вот в этом, кстати, большой плюс. Сколько тебе?
– Я все еще могу ударить тебя по лицу.
Саша пожал плечами, достал очки и снова нацепил их на нос.
– Так я в безопасности.
– Наглый и бесцеремонный тип. Правда хитрый.
Саша кивнул.
– Все верно. И, согласись, я тебе нравлюсь.
– Вот еще! – фыркнула Лиза.
Группа давно ушла со сцены. Динамики играли что-то фоновое, никак не совпадающее с записью концерта Led Zeppilin на больших экранах. За столом в углу уже сидели другие, незнакомые люди.
– Нравлюсь-нравлюсь. Но не бойся, ты все еще не в моем вкусе. А еще у тебя хвост. И очки.
– У тебя тоже.
Саша повертел очки в руках.
– Они декоративные. Там простые стекла. Зато спасают от ежедневных пощечин.
– Умно, – согласилась Лиза. – А с хвостом моим что не так?
Она потрогала свои волосы.
– Знаешь, волосы – они как костюм, который нужно правильно носить. Иногда вроде и хвост милый и сексуальный, а иногда – просто хвост. Хотя я люблю каре. И темные крашеные волосы.
– И снова я обманула твои ожидания.
– На самом деле – нет. У моей первой девушки были такие. Светлые и прямые, – Саша перегнулся через стол и дотронулся пальцами до пряди. – Не такие мягкие.