Три грани мизерикорда
Шрифт:
Не ожидавшие такого «здрасьте» обормоты потеряли хватку. Один из них, тот, что послабее, не удержавшись, просто отлетел в сторону, попутно чувствительно зацепив скулу майора. Второй всё ещё цеплялся за руку Десницы, но уже не столь уверенно. Дима притянул его к себе и свободной рукой обхватил за шею, чем освободил прежде удерживаемую конечность: в тщетной надежде ослабить давление на горло, парень вцепился в предплечье майора всеми десятью пальцами.
Повернувшись вместе с захваченным противником, Дмитрий встретил его корпусом удар ножа со стороны отлетевшего, который уже оклемался и снова ринулся в бой. Хватка на предплечье
Выровнявшись, он посмотрел на противника и демонстративно повесил правую руку, сделав вид, что удар полностью достиг своей цели. Как только купившийся на столь нехитрую уловку головорез рванулся вперёд, пытаясь нанести колющий удар ножом в область сердца, Дима левой рукой поймал его за запястье. Потом довернулся корпусом вполоборота влево, проводя замах мимо себя, и едва туловище нападавшего оказалось на уровне его собственного, всем весом нанес удар, роняя мужика на землю и припечатывая сверху своим телом.
Незадачливый убийца потерял дыхание, а вместе с ним и инициативу, чем не преминул воспользоваться Десница, вырвав из ослабевшей руки нож и воткнув его вертикально между рёбрами.
– Всё? – хрипло поинтересовался он. – Лежим? Понаберут мудаков по объявлению… два дебила – это сила, три дебила – это взвод. Теперь бы ещё с вашим взводным пообщаться.
Дмитрий начал вставать, но его подвела натекшая кровь, и мгновение спустя поскользнувшийся майор пребольно впечатался затылком в стену ангара.
Поднявшись на ноги, он неодобрительно покачал головой, злясь на собственную нерасторопность. Актив – две сломанных шеи (пардон, одна – свернутая), одна сломанная рука и одно ножевое в сердце. Как это Агата говорит? «Кратчайший путь к сердцу мужчины – пятнадцать сантиметров стали между рёбер; собственно, хватит и десяти, но запас карман не тянет!» Шутница…
Пассив – несколько незначительных ушибов, разбитая морда, гудящая голова и не особо глубокий, но длинный и болезненный порез на правом бицепсе. Кровит, однако… ладно, надо добраться до гостиницы. Там и врач свой собственный имеется, и обмозговать проблему можно будет в тишине и спокойствии. Хотя что тут обмозговывать? Слепому видно – по адресу прибыли, по адресу. Ещё бы определиться с этим самым адресом поконкретнее… ну, что тут у нас?
Документов никаких, что было вполне предсказуемо. Из оружия – только ножи, причем весьма дорогие. Такие хрен купишь, сделаны на заказ. «Сломанная шея» таскал при себе шприц-тюбик с мощным транквилизатором. Вот тут тебе, майор, повезло по-крупному: не выруби ты его самым первым, неизвестно, как обернулось дело.
У черноволосого коротышки обнаружился баллончик с универсальным бионейтрализатором. Вот и хорошо, вот и славно. Залить собственную кровь хватит, а этих пусть местные держиморды определяют. Им за это деньги платят, в отличие от майора Десницы. Хотя проблем у полисов возникнуть не должно. Уж очень характерные клейма имеются под левой ключицей каждого из нападавших. Синтеты, мать их так. Ну что ж, тем лучше. Греха на душу меньше. Это ж не люди даже, так, фикция…
В карманах Десницы хватало всякого и разного. Нашелся там и перевязочный пакет закатского производства.
Ножи дорогие, а вот обращались с ними прохвосты не очень. Или хотели взять живым? Но тогда почему транк был в шприце, а не в пистолете? Подстрелить Диму – да хоть бы и с крыши ангара! – труда не составляло. Однако полезли вручную. Зачем? Удаль доказать молодецкую? А кому?
В закутке было пусто и тихо. Вокруг – тоже, прилегающий угол складской зоны словно вымер. Вопросов масса, а вот тех, кому можно было бы их задать – ноль целых хрен десятых.
Эх, угораздило же его опоздать! Ну да ладно, что уж теперь. Нескладухи на то и существуют, чтобы складывать их должным порядком, а здоровой злости – лучшего инструмента в такой ситуации – у майора было хоть залейся.
Почему-то вспомнился старинный, плоский ещё фильм. Там отставного бойца спецподразделения пытались заставить совершить политическое убийство, удерживая в заложницах его дочь. И бывший командир этого дядьки на вопрос, чего он опасается при условии, что подчиненный в деле, на полном серьёзе заявил: «Третьей мировой войны» [5] . Тогда это показалось Дмитрию забавным. Теперь же…
5
«Коммандо» с Арнольдом Шварценеггером.
Мировую – не мировую… но Третью Колониальную Десница вполне готов был развязать.
Портье в «Джордж Инн» был отчаянно корректен. Его демонстративно не удивил явившийся без какого-либо намека на багаж мужик со стесанной скулой, облачённый в тёплую не по погоде куртку.
– Мистер Десница? Ваш номер – 307. Прикажете ланч? Консультанта из магазина одежды? Врача?
Отмахнувшись от приставучего служащего, Десница, ещё по дороге связавшийся с суперкарго, поднялся на третий этаж и, постучавшись, отворил дверь триста пятого номера.
Что ему, помимо всего прочего, нравилось в Агате, так это умение быстро и легко обживаться на новом месте. Прошло всего пару часов с тех пор, как она заняла эту комнату, а вот поди ж ты: полное ощущение, что доктор Ставрина живёт здесь с незапамятных времен. Казённый уют номера отеля уступил место вполне домашней обстановке, хотя определить сразу, что именно изменилось, Дима не мог.
Зато внимательный, видящий собеседника насквозь взгляд хозяйки в меру скромных апартаментов остался прежним и от окружающего пространства не зависел.
– Что с рукой? – с ходу осведомилась девушка ровным, благожелательным тоном.
– А голова тебя не интересует? – проворчал нисколько не удивлённый Десница.
– А что – голова? – хладнокровно парировала она. – Головой ты приложился, конечно… или тебя приложили. Но ничего критичного я пока не вижу. Следи за пальцем… ерунда. Зрачки не прыгают, головокружения нет… ведь нету? И я о том же. Кое-чем я это дело, понятно, отрихтую, но так, по мелочам. А вот рука мне не нравится. Пойдём-ка к тебе, я на месте погляжу, что да как.