Три Царя
Шрифт:
Сырник поморщился лишь от одного упоминания меридинца.
— Он многоликий! От одного его присутствия, меня воротить начинает.
— Прозвучало от аури, — с ехидной улыбкой вставил человек.
— Мы можем обратиться в любое существо, скопировать лик и голос, со временем и характер, но Яруша, это нечто другое. Балдур, в его присутствии меня выворачивает изнутри. В один момент он пуст, как ты, в другой от него вихрями расходятся духовные частицы. Кажется, что он меняет личину каждую секунду, и сколько у него их? Он не просто обращается духовно, он становится абсолютно другим.
— То же самое, ты говорил в нашу встречу до этого, — спокойным
— Что и доказывает мою правоту, — зло процедил аури. — Надеюсь ты понимаешь, что ему нельзя доверять.
Балдур согласился коротким кивком, а затем добавил:
— Никто и не говорил о доверии, речь шла лишь о работе и интересной возможности.
— Возможности для чего? Слезливого воссоединения? Заработка? Старая команда вновь ступает на широкий большак, в поисках приключений и захватывающих сражений?
— Может быть, а может и всё сразу, — не обращая внимания на явный сарказм Сырника, проговорил человек. — Разумом я понимаю, что бежать от этого нужно, как от пьяного безумца, но нечто внутри меня не позволяет этому произойти. Я хочу отправиться в этот поход, только вот не знаю почему.
Балдур не лгал. Внутри него действительно разгорался огонь, что привлекал своими лепестками пламени и болезненно обжигал душу. Сырник знал Балдура столько, сколько помнил себя, и ему не требовалось слышать слова, чтобы понять, что происходит на сердце у человека.
В этот момент, будто ставя точку, а может и многоточие в конце их разговора, послышались женские шаги. Балдур не стал оборачиваться, так как прекрасно знал, кому они принадлежали. Сырник молча кивнул в приветственном жесте, как она подошла.
Мира кардинально отличалась своим образом от той, что Балдур встретил прошлым вечером. Она была одета в белую рубаху, поверх которой плотно сидел корсет из грубой кожи, обтянутый вокруг талии и живота множеством завязочек. Мира обладала потрясающей фигурой, чему в основном была благодарна своему роду деятельности. Синевато-чёрные штаны, элегантно обтягивали широкие бедра и крепкие ноги. На шее меридинка носила небольшой кулончик с изображением герба коллегии, на котором были добавлены распахнутые алые крылья, что говорили о её вечной принадлежности к отряду сопровождения одного из четверки элитных сборщиков Велпоса. Поверх всего, на ней сидел походный плащ, который она свернула шарфом, а остаткам позволила спуститься за спину, где побрякивало её оружие.
Женщина собрала каштановые волосы в две косы, в которые были вплетены голубоватые ленточки, от чего он мог прекрасно видеть её лаурэны. Два коралловых гребня, что служили меридинцам версией человеческой ушной раковины и гордо возвышались на четверть локтя. В солнечных лучах, её кожа казалась прекрасней, чем он помнил. Балдур осмотрел её с головы до ног, которые заканчивались тяжелыми походными ботинками.
Мира не могла не заметить, как смотрит на неё человек, но она жестом показала ему сесть. Балдур послушался, и через мгновение он сел ровно, так что Мира смогла рассмотреть изображение на спине его чёрного как ночь плаща до колен.
С виду он ничем не отличался от тех, которыми были оснащены все сборщики. Чёрный плащ, с высоким воротом, из дешевой искусственной кожи и тонкой мембранной подкладки. Однако была одна отличительная черта, это изображение на его спине. Распахнувший крылья в полете стервятник, сжимающий в когтях кровавый плод. Подобные символы носили еще трое сборщиков на весь Велпос. Еще трое, что благодаря своим деяниям, получили соответствующие прозвища.
Балдур
Мира приложила ладонь к изображению и закрыв глаза восславила богов, в надежде что они помогут в их будущем походе. Балдур заметил это, но ничего не успел сказать, прежде чем она рывком развернула его к себе и крепко поцеловала. Сырник отвернулся, корчась от увиденного, перебегая по баку железного коня.
Внезапно Мира отпустила человека, а затем её взгляд обрел каменный лик.
— А это за что? — удивился сборщик.
— С этого момента контракт наш вступает в силу. Балдур Красный Стервятник, я Мира Лунагард, как член отряда сопровождения сборщика, обязуюсь защищать твою жизнь до секунды, когда заказ будет выполнен. Это значит, что по договору ты обязан прислушиваться и выполнять мои приказы, и приказы других членов отряда, если понадобится.
— Прощальный, значит? — решил отшутиться Балдур, но лицо женщины осталось непоколебимым. Он бросил взгляд на Сырника, и тот коротко кивнул ему в ответ, после чего человек торжественно произнес:
— Я подтверждаю начало контракта, и благодарю тебя Мира Лунагард за защиту моей жизни и жизни Сырника.
Она накинула сверху капюшон своего плаща, и на секунду Балдуру удалось увидеть её острые как бритва клинки за её спиной. Он протянул Мире шлем, и она, надев его, села позади человека, крепко обняв его. Мужчина предпочитал чувствовать ветер на своем лице во время поездки, поэтому ограничился лишь солнцезащитными очками. Сырник же в свою очередь метнулся до навесной сумки и прибежал обратно. Он прижал уши, и с трудом натянул на себя миниатюрную версию того шлема, что был у женщины, и запрыгнув на плечо человека, обхватил его шею пушистым хвостом.
Балдур резко провернул ручку газа, и конь заревел басом. Он повторил движение еще несколько раз, ощущая некое чувство дежавю, в очередной раз он отправлялся на охоту, но уже долгое время никто не обнимал его сзади в этот самый момент. Ему опять было спокойно на душе и это раздражало. Он, выругавшись про себя, послал всё к чёрту, и конь сорвался с места.
Длинные шоссе, небоскребы, что практически касались своими шпилями за небесную гладь. Тысячи дюжин заведений на любой вкус, которые утолят жажду даже самого экстравагантного клиента. Массивные и мерцающие вывески, что придают полису эффект бьющегося сердца с множеством пульсирующих вен.
Дневные огни всех цветов и оттенков кружили в небе околдовывающими фигурами, что толковали сказания прошлого о сотворении мира. Зеваки то и дело останавливались, пуская слюни наблюдая за феерическим шоу света и духа. От белого цвета с непривычки кололо в глазах, и чёрные автомобили казались муравьями, ползающими по чистому холсту художника.
Развлекательные зоны, огромные зеленые парки с различными статуями, каждая из которых была выполнена на заказ умелыми мастерами Велпоса. Погрузочные и разгрузочные доки, множество складов, с товарами из уголков всей земли. Дикая смесь наслаждения и бешенного ритма огромного полиса, и самое главное — граждане.