Трейвон
Шрифт:
Больше ее никто не видел.
Джен не знала, как долго они были на этом корабле, но ребята приложили все усилия, чтобы ганглианцы никогда не узнали, что она и Мак — женщины. Единственное время, когда ганглианцы обращали на них внимание, было временем, когда им приносили еду, что было очень редко. Во время одной из этих кормежек Белый Воротник схватил Крэйга и держал его какое-то время, прижав к глазам мужчины какое-то странное устройство. Через несколько минут он удалил устройство и бросил его Тодду, а затем, произнеся несколько шипящих звуков, ушел.
Крэйг поднялся, бледный, но явно невредимый. Он
Однако даже после использования обучателя они не знали, зачем и куда их везут. И джербоянцы, существа из другой клетки, ничего не могли им рассказать, потому что люди их не понимали.
Они все очень устали, были голодны и напуганы. Они тогда думали, что хуже быть уже не может… Но это было только начало.
Ганглианцы продали их в рабство, на шахты залудианцев, другого вида инопланетян, чей язык они тоже могли понять, поскольку этот язык был включен в программу обучателя.
Условия в шахте были еще хуже, чем на ганглийском корабле. Залудианцы разделили их на две группы и половину из них сразу отправили на работы, а другую половину отвели в пещеру, где теперь должны были жить люди. Джен была уверена, что они умрут, потому что то, что требовали от них залудианцы, было физически невыполнимо, по крайней мере, для нее и Мак. Они не были достаточно сильны, чтобы выполнять норму, что потребовали залудианцы, и они видели, как залудианцы убивали тех, кто не мог работать. Залудианцы забивали их до смерти, вместе с теми, кто вставал на защиту несчастных.
Джен пыталась придумать, как уговорить Тодда не защищать ее, поскольку знала, что не сможет справиться с работой, когда решение было принято без ее участия. Мужчины решили, что будут работать вместо Джен и Мак, сменяя друг друга. Залудианцы, похоже, не заботились о том, кто конкретно работает в шахте, пока количество рабов оставалось неизменным.
Мак нашла расщелину в стене пещеры, которая вела в другую пещеру, поменьше. Дженнифер и Мак прятались там, так как не знали, будут ли залудианцы насиловать женщин, как это делали ганглианцы. Джен чувствовала себя такой трусихой и неудачницей. Другие делали за нее то, что она не смогла, и страдали вместо нее. Более того, она ничего не могла с этим поделать. В конце концов, она была всего лишь поваром. Тем, кто готовил еду и делал это вкусно, но у нее не было ничего, чтобы приготовить эту самую еду, не говоря уже о том, чтобы сделать ее вкусной.
А потом случилось это… Она взяла ту малость, что давали им залудианцы, решив хотя бы подогреть ее, когда вдруг что-то упало с потолка в готовящуюся еду. Джен подумала, не запретить ли парням есть это, но они были так голодны… Да и какое имело значение от чего умирать — от неизвестной пищи или от того, что Бог оставил их? Они умрут в любом случае.
Но произошло кое-что странное. Они впервые почувствовали себя сытыми, и никто не умер.
Тогда Джен обшарила обе пещеры, собирая эти странные растения, обычно висящие на потолках и
Она и Мак следили, чтобы сначала поели ребята, а уже потом сами доедали оставшееся. В конце концов, парни выполняли всю работу.
Каждую ночь, вернее, после каждой смены Тодда, она спала рядом с ним. Она заботилась о каждой малейшей травме, что он получал, чтобы он знал, что она понимает, какую жертву он приносит, чтобы защитить ее.
***
— Джен?
Джен моргнула. Беспокойство в голосе Мак вернуло ее к реальности.
— Я все вспомнила, Мак, — пробормотала она.
— Как вы себя чувствуете? — взгляд Джен переместился от обеспокоенных карих глаз Маккензи к слегка светящимся лиловым глазам большого мужчины, стоящего позади нее. Мужчины, которого, как она узнала, звали целителем Луолом.
— Все хорошо, — она нахмурилась. Ее голос был хриплым.
— Не ври, Джен, — мягко возмутилась Мак, затем потянулась и взяла стакан воды, стоящий возле регенератора. Она каждый день ставила его туда, зная, что он понадобится Джен, когда та очнется. Взяв его, она приложила стакан к губам Джен и приказала:
— Пей.
Джен хотела было поспорить, но, когда вода коснулась ее губ, она поняла, насколько сильную жажду испытывала до сих пор. Девушка с жадностью припала к воде, словно это была амброзия.
— Помедленней, Джен. Ее много.
***
Короткие ногти Трейвона впились ему в ладони, останавливая от того, чтобы протянуть руку и, бесцеремонно отодвинув Эша Нихила, самому позаботиться о Дженнифер.
Он хотел быть тем, кто утолил бы ее жажду.
Он хотел быть тем, чьи прикосновения успокоили бы ее.
Он хотел быть тем, кому бы она доверилась, чтобы сделать все это и многое другое.
Вместо этого он должен был остаться в стороне и бездействовать.
Бездействовать…
Так же, как его предок бездействовал много лет назад, вызвав тем самым Великую Инфекцию.
— Генерал, — тихий голос Луола заставил его понять, что он рычит, и Трейвон тут же взял себя в руки.
— Как она? — тихо спросил он.
— У меня не было времени проверить ее показания, — взгляд, посланный генералом Луолу, подсказал целителю, что лучше ему поторопиться.
Мак не слышала ничего из происходящего за ее спиной. Она сосредоточилась на том, чтобы позаботиться о Дженнифер.
— Хочешь что-нибудь еще? — спросила она, передавая стакан Нихилу, зная, что он будет рядом, чтобы взять его.
— Нет, я в порядке.
— Перестань! — резкость тона Мак заставила удивиться всех мужчин, присутствующих в комнате. — Тебе больше не нужно врать, Джен.
— Я не…
— Да, — прервала ее Мак. — Ты сейчас делаешь то же, что мы обе делали в шахте. Мы следили, чтобы никто не догадался, как нам плохо. Или как мы голодны. Тогда не было смысла жаловаться. Это бы ничего не изменило. Но сейчас это не так. Теперь все иначе, — Мак наклонилась ближе. — Джен, подумай о том, как ты себя чувствуешь на самом деле, а не просто отвечай на автомате.