Третья дама
Шрифт:
Полицейские, несомненно, уже были наслышаны о том, что антагонизм между Йосими и Дайго не был делом личной неприязни, а являлся следствием разительной полярности мнений относительно скандала с «Минами фудз». Они также, несомненно, уже знали о грозящем Дайго переводе на Аляску. Только узнав об убийстве Йосими, Дайго сразу же понял, что теперь ему придётся выступить перед полицией как можно убедительнее и постараться описать им свою жизнь как монотонную череду обычных, ничем не нарушаемых серых будней. Постепенно ему всё-таки удалось заставить себя говорить об отношениях с Йосими в довольно беспристрастной манере, даже во время беседы с самим Фурукавой.
Однако
— Значит, вы говорите, что находились в библиотеке с двух до четырёх и даже чуточку больше? Вы были там один? — спросил инспектор Фурукава с вызывающим тревогу спокойствием.
— Да, я был один и провёл всё время в архиве местной истории.
— Да, знаю. Это маленький зальчик сразу слева от входа, не так ли? Я тоже бывал там раза два или три — мне иногда требуется статистика и информация для занятий с нашими новобранцами. — Фурукава задумался, видимо, пытаясь поточнее вспомнить, как выглядит архив. — А после библиотеки вы сразу отправились домой?
— Нет, я зашёл в бар в одном из отелей в центре и немного посидел там. — Тут Дайго не мог сдержать усмешки — настолько забавным показалось ему его собственное поведение, так сильно уведшее его в сторону от кем-то тщательно подготовленного идеального сценария. Поскольку всё происходило днём, то в баре, кроме него и нескольких иностранных парочек, не было никого, поэтому он теперь был почти уверен, что услужливый бармен вспомнит его лицо. Вот уж воистину повезло с алиби!
— Так-так, это интересно. И часто вы так вот ходите куда-нибудь выпить один?
— Нет. Этот случай был редким исключением. Просто вчера я почувствовал себя ужасно усталым после работы в библиотеке. В сущности, я и взял-то всего одну порцию виски с содовой, которую, кстати, недопил.
— Ну конечно, ведь у вас не было особой причины напиваться?
На это, не скрывая резкости тона, Дайго ответил вопросом:
— А в какое время вчера Йосими был отравлен? — В газетах он так и не нашёл более или менее точного определения момента смерти, очевидно, потому, что временные рамки, указанные репортёрами, были довольно размыты.
— Мы склонны наиболее серьёзно рассматривать промежуток между четырнадцатью тридцатью и пятнадцатью тридцатью. На мой взгляд, самое позднее, когда убийца мог совершить своё деяние, это четыре часа, и никак не позже.
— И всё это время жены Йосими не было дома?
— Совершенно верно. Она ездила в Хиросиму проведать свою замужнюю дочь. И тут никаких вопросов не возникает. Кстати, это является только лишь подтверждением нашему предположению, что убийца знал о том, что Йосими будет дома один, и воспользовался возможностью посетить его.
— Выходит, тут велик шанс, что это был кто-то из знакомых Йосими. Кто-то, хорошо осведомлённый о передвижениях и поездках членов его семьи.
— Да, но накануне вечером профессор Йосими был на
Инспектор Фурукава замолчал и пристально уставился в лицо Дайго, отчего у того снова нервно задёргался глаз.
Было абсолютно ясно, что Дайго не находился даже поблизости от Йосими позавчера вечером. И столь же прочным было его алиби на вчерашний день. В крошечном зальчике библиотечного архива ему негде было затеряться, и он легко мог доказать, что пробыл там всё время. Но тогда казалось странным, почему у следователя Фурукавы не пропадает к нему интерес.
В любом случае инспектор, похоже, зашёл в тупик в том, что касалось возможности двигать дело с другой стороны — свадебного банкета. Но это и неудивительно, ведь туда было приглашено порядка двухсот человек, к тому же многие то и дело выходили прогуляться во внутренний садик отеля. Единственной полезной вещью оказалась информация, полученная им от лаборанта Ямады. Тот припомнил, что перед самым закрытием банкета, часов около восьми, он видел Йосими стоящим у края веранды и беседующим с молодой женщиной. В общем-то в этом не было ничего особенного или необычного, но Ямаде тогда показалось, что девушка явно не принадлежит к учёному кругу. У него сложилось смутное впечатление, что она была на этой вечеринке словно бы не в своей тарелке. Но тогда Ямада не придал этому особого значения и теперь не мог вспомнить каких-нибудь конкретных деталей во всём, что касалось черт лица женщины, её причёски и всего остального.
Фурукава уже отправил своих людей побеседовать с теми, кто рассылал приглашения, — так он надеялся хоть как-то установить личность той самой девушки.
Когда Фурукава упомянул о том, что Йосими присутствовал на свадебном торжестве, Дайго тотчас же вспомнил, как он сам провёл тот пятничный вечер. Как раз в это самое время Дайго в компании торговца недвижимостью и водителя ехал из «Эмеральд истейтс» смотреть дом, который вовсе не собирался покупать. Теперь вдруг он припомнил нечто такое, что заставило его внутренне остолбенеть. Вся эта череда событий с участием «Эмеральд истейтс», так озадачившая его в своё время, была от начала и до конца тщательно срежиссирована заранее. У него просто не было возможности провести вечер пятницы и субботний день как-то по-другому. В обоих случаях им манипулировали как куклой.
Фурукава чуть шевельнулся, и стёкла его очков вновь сверкнули. Где-то в глубинах памяти Дайго вдруг блеснули вспышки барбизонской молнии.
ГЛАВА 5
ОТЕЛЬ «ЭМЕРАЛЬД ВЬЮ»
Обольщения, будь они частые или редкие, всегда таят в себе опасность. Однако Кохэй Дайго, похоже, не осознавал, что ему в его обольщённом состоянии таковая вещь грозит. Более того, он даже уже не надеялся снова увидеться с Фумико Самэхима. В конце концов, у него просто не было возможности связаться с ней. Пока они сидели в тёмной гостиной «Шато Шанталь», он только и выяснил её имя и тот факт, что она проживает в Токио и занимается переводами на дому. У него даже не оставалось твёрдой уверенности в том, что она назвала ему своё настоящее имя. Впрочем, учитывая, как теперь пошли дела, он был склонен поверить, что она представилась настоящим именем.