Третий Меморандум
Шрифт:
Казаков поморщился. Голубев, расслышавший реплику Валериана, недовольно покосился, но смолчал.
– Это вы… мнэ-э-э… молодцы. Это правильно – насчёт постов у продсклада, я сразу не сообразил. И вот что… вы там перенесите к директору кабинет спирт из медицинского кабинета и заприте, что ли, в сейф… места хватит?
– Спирт? – недоумённо переспросил Голубев, но тут же понял. – Ах да, спирт, конечно! Будет сделано, Сань… трищ координатор. Так что там насчёт оружия? Времени ведь нет, скорее бы надо…
– Ладно, пошли, что с тобой
– Ты лучше Маляна припаши – посоветовал Голубев. – Бумажки писать – это как раз для его занятие.
– А что, и припашу. – согласился координатор. – Между прочим, зря иронизируешь – для нас сейчас очень важно точно знать сколько народу сюда занесло. Тут ведь не только посчитать надо, а хотя бы наскоро провести опрос – кто что умеет, кто чему учился, ну и всякое такое – возраст, болезни…
– Да я и не спорю. – согласно кивнул Голубев. – «Кадры решают всё», да? Только я бы, на вашем месте, послал какую ни то разведку в тот лесок – и он ткнул рукой в чернеющую за складами полосу растительности. Пока беды не случилось – а то во-он видишь – туда уже кто-то направился… А вдруг там змеи какие ни то, или прочие крокодилы? Всё-таки, другая планета…
– Да. – кивнул Казаков, присматриваясь. На опушке черного, заманчиво-непривычного леса маячили фигурки в легкомысленных футболках и джинсах.
– Ну вот, начинается… – проворчал Валерьян. – Нафиг нам нужны самодеятельные следопыты, а то мало ли чего они там отыщут…
– Верно, Андрей. – кивнул Казаков. – Как посты в интернате расставишь – давай назад, и займись этим, лады? А тем, кто отправится в лес, выдай оружие. И насчёт распылителей – может, на постах внутри лагеря лучше с ними, а не с автоматами?
– Следопытам – ну, тем, кто в лес пойдёт, – автоматы ни к чему. – прикинул Голубев, сделав вид, что не заметил захода координатора. – На складе вроде, были карабины и двустволки. Может, их?…
Валериан покосился на капитана:
– Только проинструктируй сначала, чтобы друг друга не поубивали…
– Следопыты, говоришь? – переспросил Казаков. – А что, так и назовем, пацанва довольна будет. Короче, займись, лады, Андрюх?
– Да хоть горшком назови, – пробурчал Валерьян. Очень тянуло сострить насчёт всего этого фейерверка эффектных названий: «Бойцовые Коты», «Следопыты», «Координатор»… – Вы ещё поспорьте, как планету наименовать…
– Планету? – удивился Казаков. – А ведь и правда…
– Теллур. – раздался женский голос. Казаков вслед за Валерианом обернулся. Это была Вика – подруга Лены Простевой и неизменная участница
– По моему, в «Робинзонах Космоса» был Теллус… – принялся, было, возражать Голубев, но Казаков не дал ему договорить:
– А мне нравится! По моему, Теллур куда лучше. Ну ладно, вечером соберемся, обсудим…
– Ты что, Вик? – спросил Валерьян. Виду неё был сердитый и встрёпанный – Что-то случилось?
– Пока, слава богу, нет. – тряхнула она головой. – Но если эта малышня и дальше будет купаться, где ни попади – точно случиться. Во первых, вода холодная, а во-вторых – мало ли что за дрянь там водится… Нет, ребят, в самом деле, так нельзя!
– Ещё одна забота. – вздохнул Казаков. – Валерьян, займись, Возьми вон, мегафон и пару голубевских орлов.
– Котят – съязвил Валерьян. – Ладно, не парься, Сань, всё сделаем…
– Дядь Саша… товарищ координатор!
Со стороны интерната мчался со всех ног пацанёнок лет тринадцати. Голубев немедленно подобрался – это был один из тех, кого он отрядил в распоряжение Крапивки, на склады – помогать. Вид у посланца был взъерошенный, выражение физиономии не предвещало ничего хорошего.
– Там Димка… Колосов то есть, зовёт – в склады ломятся, взрослые парни! Их много, с палками, щас драка будет!
Со стороны ангаров, скрытых пятиэтажной коробкой интерната, гулко ударило дуплетом. «Двустволка Димки, – сообразил Казаков. – Беда…»
Соображал он это уже на бегу, изо всех сил стараясь не споткнуться – вязкий, рыхлый песок предательски хватал за ноги. Впереди мощно рысил Голубев с пулемётом на плече. «Не дай бог, добежит первым и тогда…»
– Ан… дрю… ха! – взахлёб выдохнул Казаков. – Ты… это… легче, а?
Голубев на бегу обернулся, оскалился – и вдруг запнулся, кубарем полетел через голову; пулемёт зарылся в песок. Казаков перепрыгнул через лежащего и припустил с удвоенной скоростью. Обогнул угол интерната – из под ног прыснула во все стороны разномастная детвора… Револьвер Александр сжимал в потной ладони – американская железяка ходила туда-сюда, рука предательски дрожала.
Колосов стоял перед распахнутыми воротами ангара. Двустволку он держал как дубину, угрожающе занеся приклад. За его спиной маячили двое мальчишек с «калашниковыми» – лица бледные, перепуганные, но пальцы решительно стискивают автоматы. Вон, даже костяшки побледнели, стволы с массивными мушками гуляют туда-сюда. Чуть кто дернется, и…
Перед Димкой сгрудились десятка полтора парней постарше, лет по шестнадцать. У нескольких в руках палки; один, в форменном школьном пиджачке с обрезанными рукавами, надетом на голое тело, воинственно размахивал топором. Топор был целиком выкрашен в красный цвет. «С интернатского пожарного щита, – сообразил Казаков. – Ну вот, началось…»