Третий долг

Винтерс Пэппер

Но затем меня накрыло гневом, и она отступила.

Он должен был остановить это. Если бы только отказался от попыток выслужиться и понял, что никогда не станет тем мужчиной, которым хочет его видеть отец. Если бы только он увидел правду.

Теперь слишком поздно.

— Кричи, — прошептал Кес. — Бл*дь, объезди мой член, сучка, — крикнул он.

— Прекрати. Ох, боже. Остановись!

Моё тело качнулось назад, вопреки всякой рациональности, ища освобождения. Кес тяжело дышал мне в ухо, его горячий член пульсировал

между моих бёдер. Я сжала ноги вместе, в попытке дать ему препятствие для трения.

— Боже мой, не делай так, — он отстранился, прижимаясь членом к нижней части моей спины. — Ты охрененно красивая, — его пальцы заработали сильнее. — Чёрт, как бы мне хотелось быть в тебе по-настоящему.

Моё естество сжалось от его слов. Начал зарождаться совершенно неожиданный оргазм.

Я застонала, когда запястья пронзила боль. Кес придавливал их с каждым толчком.

— Я больше не могу, — пробормотал он. — Нужно с этим заканчивать, пока мы оба не влипли в неприятности.

Его хриплый голос обрушился на мою нервную систему, разрушая меня. Моё тело взяло верх над разумом, пальцы подвернулись из-за нарастающего удовольствия.

Кес схватил меня за запястья, потянув верёвку, отчего я прогнулась в спине.

Он сжал мою шею, пробегая горячим языком вдоль моего позвоночника. Его пальцы ускорили ритм так же, как и его бёдра. Все мои мысли улетучились, когда он, скользнув по моему клитору, обнаружил влажность.

— Бл*****дь, — его толчки стали беспорядочными и жёсткими.

Я простонала.

Ничего не смогла поделать.

Это было прекрасно.

Мне хотелось плакать.

Мне хотелось принять его.

Мне хотелось умереть от того, кем я стала.

Покрывало съехало и прилипло, наверняка, демонстрируя зрелище, будто Кес взял меня безо всяких запретов. Мой рот открылся, хватая воздух. Кес вконец удивил меня, полностью захватив своими губами мои.

Я замерла.

Не знала, что делать.

Каким-то образом поцелуй был намного интимнее, чем притворный секс, которому мы предавались. Затем его пальцы легко переместились с клитора к моему влажному входу. Я застонала. Не могла решить: это была мольба прекратить или согласие на продолжение.

Страх, что в любую минуту Кес может перестать быть джентльменом, который пытается меня спасти и трахнет против воли, привносил элемент опасности.

Он вздрогнул, едва скользнув кончиком пальца внутрь.

Табу. Запрет. Неправильность того, что мы делали поглотила меня.

И я просто не могла остановить взрыв блаженства так же, как и не могла остановить циркуляцию собственной крови.

Я кончила.

В секунду, когда моё тело вспыхнуло вокруг его пальца, язык Кеса проник в мой рот, и я не сопротивлялась ему.

Я встретила его.

Всего на один сладкий момент, отпустила всё правильное и неправильное. Я забыла о Джетро и проигнорировала грязные последствия.

Я сдалась удовольствию.

Кес

прижал меня к себе, его грудь гудела от наслаждения и страстной потребности.

Мой страх ослаб.

Я ему верила.

Всё это время он был рядом, направляя меня. Присматривая за мной.

Рукой ухватив меня за бедро, побуждая меня сильнее насаживаться на его пальцы.

Его член впечатывался мне в спину, пока моё естество сокращалось снова и снова, волнами райского наслаждения прокатываясь через кровь.

Он обнял меня сильнее, его ноги сплелись с моими.

— Дерьмо.

Из меня вырвался вскрик наслаждения, когда оргазм стал поднимать меня выше, выше и ещё выше, прежде чем, обрезав мне крылья, швырнуть обратно на землю.

В ушах звенело. Сердце стучало словно отбойный молоток.

Его губы снова поймали мои, и я вернула поцелуй. Наши языки сплелись, и я отметила разницу между братьями. Джетро был яростным и контролирующим. Доминирующим и каждый раз загадочным. Кестрел был пылким и диким, с каким-то своим мальчишеским очарованием.

— Бл*дь, я не хочу кончать. Я обещал себе. Я. Не. Кончу.

Я верила ему. Он был порядочный, и я не могла достаточно отблагодарить его.

Но было кое-что, что я могла сделать, чтобы показать, насколько признательна.

По собственной воле преподнести ему подарок.

Я подалась бёдрами назад, из-за чего его член прижался к животу. Его рот открылся шире, тело дёрнулось, когда он излил проклятия мне в рот.

— Бл*дь, не делай так. Я скоро...

— Всё в порядке, — выдохнула я. — Всё в порядке.

Гортанно простонав, Кес окончательно потерял все разумные доводы и начал тереться сильнее.

Его тело напряглось, рука сжала меня крепче. От охватившего жара простынь прилипла к телам, пропитавшись нашим потом. Помня про представление, я громко прокричала:

— Прекрати. Пожалуйста, остановись!

Схватив меня за руки, Кес зафиксировал их на моей пояснице.

На долю секунды боль пронзила спину.

— Дерьмо, я не могу. Не могу остановиться, — кровать скрипнула, рука Кеса поднялась выше и ухватила меня за грудь. Он ущипнул мой сосок, тяжело дыша, покоряя моё тело. — Бл*дь, он прибьёт меня за это, — затем горячая влажная струя соединила нас, и по его ногам прошлась судорога.

По всему его телу пробежала мелкая дрожь.

Его оргазм длился некоторое время, и каждый рывок его бёдер всё больше связывал меня с ним. Сердца бешено стучали, и мир вокруг перестал существовать. В эту секунду между нами возникла глубокая связь. Это была не похоть, не любовь или ещё какая-либо связь в её эротическом понимании — а доверие, на всю оставшуюся жизнь.

У нас не было секса, но мы разделили нечто.

Нечто такое, что никто не сможет забрать.

Кестрел пошёл против своей семьи. Он спас меня единственным доступным ему способом.