Третьи Врата

Коев Игорь

Скользящим шагом, ни на миг не отрывая ступни от пола, Амайя кружил в сплетении наносимых ему ударов. Экономичные, точно выверенные махи клинков раз за разом проходили в пустоту. Казалось — парень читает мысли противников, опережая их каждый раз даже не на шаг, а на дистанцию, что позволяла сказать: Амайя просто забавляется.

В какой-то момент парень устал от этой игры, атаковал сам.

Поднырнув под руку противника, — того, что убил охранника, — перехватил кисть и ударил снизу вверх по локтю, вложив в это весь вес и силу. От хруста кости дрожь прошла по телам присутствующих. Убийца открыл рот, готовый вот-вот заорать от нестерпимой боли,

но Амайя не дал ему это сделать. Быстро — в спину уже почти дышал последний противник, он провел короткий удар в гортань недобитка. Короткий треск, глаза теряют осознанное выражение, тело покидает сознание. Амайя сразу делает скользящий шаг вперед, разворот и вот он уже лицом к лицу с последним. Но этот воин не зря является главным среди своих псов — скоростью и некоторой скупостью движения он как бы говорит, что предстоящий бой не будет столь легок, как предыдущие.

Троица пленников Поля сидят, вжавшись в стулья. Только сейчас, посмотрев на то, как вроде бы их знакомый парень убивает, с какой легкостью и даже радостью, девушки поняли, какая пропасть между ними. Почему Амайю так не любит охрана, и что наказывали его в лагере заслужено, а не только для того, чтобы устрашить других иномирцев.

Пара бойцов… — теперь Амайю называть "мальчиком" даже у местного насильника язык не поворачивается, не то, что у остальных присутствующих, — бойцы кружатся вокруг невидимой точки, не спеша атаковать. Приглядываясь, всматриваясь в технику движения, ориентации в этом полутемном зале, люди пытаются понять кто стоит перед ним как воин.

Первый удар нанес Амайя. Скользнув вбок, парень пинком отправил ближайший стул в корпус противника, отвлекая внимание. Одновременно с этим он попытался сорвать расстояние, сойтись в ближний бой.

Рукопашный и мечный бой схожи, разница в дистанции, на которой наносятся удары. Именно этого преимущества своего противника и захотел лишить Амайя. В ближнем бою — корпус в корпус, меч перестает быть эффективным оружием, максимум, на как его можно использовать: кастет, да еще несколько не всем известных движений. Чуть большая дистанция уже опасна: разорви противник пространство сантиметров на десять и парень может превратиться в свежий труп.

Амайя это понимал. Прекрасно. Поэтому постарался избежать подобной участи.

Прыжок вперед, удар в грудь. Лицо противника скривилось — может Амайя и не выглядит массивным, но сила в нем чувствуется. Что и осознал местный на своих костях. Продолжив на инерции двигаться, иномирец нанес удар локтем, выбив воздух из легких противника.

Это была ошибка.

Мужчину откинуло назад, но на боль в груди тот усилием воли заставил себя не обращать внимание, и главное — он выиграл расстояние. Теперь в жертву превратился уже Амайя. Повторно в ловушку противник иномирца загнать себя уже не даст, на собственной шкуре почувствовав, чем это может обернуться.

Амайя не успевает атаковать — проклятый Серебром воин нападает с такой скоростью, что иномирцу остается только уйти в глухую защиту. Положение с каждой секундой становилось все противней и хуже, на пол пролилась первая кровь. И отнюдь не противника Амайи. Оставалось понадеяться на чудо или хотя бы случай.

… Иногда бывает в этой жизни невероятное, неподвластное уразумению простых людей: Алена, трясущимися руками толкнула стол, об который противник Амайи не замедлил споткнуться.

Чудо! Чудо то, что девушки очнулись от летаргического сна и перестали смотреть на схватку как мышь на танцы змеи вокруг нее.

С низким

рыком парень подскочил к своему противнику, резко отбил руку с мечом в сторону, стал яростно наносить удары по телу врага. Кулаки мелькали с невероятной скоростью, казалось, парень захотел вбить жертву в стену…

На какой-то миг девушкам удалось перехватить взгляд Амайи, когда они бросились оттаскивать парня от своей жертвы и то, что они там увидели, мгновенно погасило любое желание вклиниваться в бой — человеческого в глазах иномирца ничего уже не было. Злость, ненависть, ярость… Все это клокотало и бурлило во взоре Амайи. От этого дикого коктейля девушек передернуло, мороз ужаса прошелся по телу.

Все, кто находился в зале, затравленно молчат, наблюдая за тем, как пришлый превращает своего противника в мешок перемолотых костей. Жертва уже на гране обморока и смерти, но организм не дает ему перейти черту, так как затронут Серебром, а поэтому — очень живучий.

На секунду Амайя замер, с глубоким наслаждением всматриваясь в результат своих действий. Результат, который ужасал. У стены было нечто, какая-то окровавленная масса, практически ничем не напоминающая своей формой того человека, что начал бой. Ярость все еще не затихла в груди иномирца. Ярость требовала выхода. Вконец утративший человеческую оболочку Амайя впился зубами в горло противника, вгрызаясь в плоть. Кровь из яремной вены хлынула потоком, окатив лицо и грудь парня обильным потоком. Это слегка отрезвило иномирца.

Мясо, с каким-то мокрым шлепком медленно стекло по стене, упокоившись у ног победителя.

Взор иномирца стал медленно перетекать по залу, ненадолго останавливаясь на каждом из присутствующих, что вызывало у последних дикие приступы животного страха. Успокоившись, Амайя смерил девушек слегка полыхающими глазами, на лицо уже налезла привычная маска пренебрежения ко всем окружающим.

— Поднимайтесь к себе, на этот вечер приключений хватит.

Почему-то увидев кровавое пятно у стены, напряженные фигуры присутствующих местных, страх пополам с ужасом в глазах хозяина заведения, увидев все это, Поль понял — тут повеселились его люди.

Вот только слегка ошибся…

В коридоре на этаж, который они себе взяли на ночь, стояло четверо охранников в глазах которых мгновенно вспыхнула радость при виде мага, секундой позже сменившаяся подрагивающими конечностями.

Страх.

Они чего-то боялись.

Только оказавшись внутри комнаты пленников, Поль понял, — не в полной мере, но достаточно, — что же случилось: охрана ждала выволочки за провал своих обязанностей. Этого-то люди и боялись.

Труп одного из его воинов, сбившиеся в стайку иномирцы, в стороне, как всегда, Амайя… с парой новых отметин на лице и теле. Теле, по пояс вымазанном кровью какого-то хаосита. Которую парень медленно, но старательно оттирал.

Это кто тут кого охраняет, спрашивается?!!

Подняв взгляд, Амайя процедил, в точности повторяя слова, которые сказал не так давно убитому:

— Хреновые у тебя бойцы. С одного удара дохнут…

— Я его боюсь!!!

Голос Оксаны был приглушен, она старалась держать себя в руках, но все равно чувствовалось, что до состояния истерики ей недалеко.

Впервые на ее глазах убили столь извращенным методом. Вдобавок тот, кого она знает, тот, кто постоянно рядом.

Остальные тоже не в лучшем состоянии. На сидящего в дальнем углу Амайю нет-нет, да бросают взгляды различного содержания. От благодарных (спас же все-таки!), до полных ужаса и опаски.