Третье око

Заврин Даниил

– Есть книги. Пока можете читать. Но поверьте, потом у вас просто не будет на это времени. Много занятий и много упражнений. У вас будет очень насыщенный график. К тому же общение со сверстниками в социальных сетях тоже запрещено. Но, принимая во внимание современные ценности, хочу вас успокоить. У нас есть собственная сеть и зеркала наиболее известных интернет-энциклопедий и новостных сайтов. Хотя, опять же, насчет целесообразности использования последних я не уверена.

– Видимо

хорошо, что это не вы решаете, – хмуро сказал Аня.

– Телефон. Вы его еще не передали, – вежливо, но настойчиво заметила Клавдия.

– Только не лазьте там, – сказал Аня, отдавая последнюю дверку в прошлое. – Впрочем, для вас там мало интересного.

– Вот и отлично, – тут же засветилась Виолетта. – А теперь мы вас оставим, и очень прошу: не опаздывайте. Этот пудинг вершина моего мастерства. Вам он очень понравится.

– Конечно. Мы придем вовремя. Просто отдохнем немного, – успокоила их Ася. —Спасибо вам большое. Здесь просто чудесно!

Клавдия понимающе кивнула и, бросив высокомерный взгляд на Аню, вышла, прихватив с собой свою толстую помощницу. Аня подошла к двери и прислушалась к удаляющимся шагам. Ей просто не терпелось поговорить с очарованной подругой. Слишком уж много странностей для первой встречи.

Разные взгляды

– Тебе не кажется все это странным? – спросила Аня, едва стихли звуки шагов.

– Странным? Что именно? Ведь сегодня все утро странное, – заметила Ася, подходя к своей сумке, заботливо поставленной на стол Виолеттой. – Где-то здесь была расческа.

– Да вообще все. Взять хотя бы этих горничных с их пудингом, этот дом.

– А что? Ты хотела бы жить в бараке или в обычной квартире с офисными стульями?

– Нет. Но это странно.

– Почему? Что бархатные диваны, деревянные красивые столы и кровати как в сказке уже не в моде у современных красавиц? – ухмыльнулась Ася, продолжая искать расческу. – Что касается моей жизни, то я таких вещей вообще не видела. И не считаю это странным или плохим. Знаешь, кажется, я ее забыла.

– Кого?

– Расческу.

– Да бог с ней. Черт! На вот мою, – сказала Аня, протягивая черный гребешок. – Ась, Послушай. Тут явно творится что-то странное.

– С этим я согласна. Но мне об этом уже сказали. Более того, я читала про этот дом. И про Кирпу. В отличие от тебя, я сделала осознанное решение. А не пошла за теми, кто пригласил. Это мой выбор. И я от него никогда не откажусь.

– Что? Я пошла за теми, кто пригласил? Это ты сейчас к чему?

– К тому, что ты полдороги проревела.

– И что?

– Да так. Ничего, – ответила Ася, возвращая ей расческу.

– А что мне было еще делать?

Если бы я осталась, мне бы потом все тыкали, что уродка. И это в лучшем случае. Зависть ведь еще никто не отменял. Говорили бы, что я ступила. Потом просто бы задавили.

– Неприятно да? А у меня вся жизнь такая. Была во всяком случае, – вздохнула Ася. – Но теперь все иначе. Верно?

– Типа я на твоем месте?

Ася внимательно на нее посмотрела, потом потупила глаза.

– Извини. Я что-то не то говорю, Ань. Прости меня, – она подошла к ней, – ты всегда поддерживала меня. Наверное, единственная из всех. Я неправа. Просто всего так много. И я пока не понимаю, за что мне так повезло. Но ты – у тебя все было ведь хорошо. Прости, я правда немного не в себе.

Аня вдруг почувствовала, что слезы снова подымаются наверх, как ком, как лавина – уже третья по счету. Только теперь они были и к месту, и ко времени, так как никого кроме них в этой комнате не было. Да, настало время разреветься в третий раз.

– И ты меня прости, – сказала Аня, обняв Асю.

Слезы, слезы, слезы. Плакали обе. Только одна от счастья, вторая от тоски, не отпускавшей ее уже несколько часов. Мама, дом – все осталось позади. Аня крепко обняла Асю – теперь это единственный близкий для нее человек. В этом уродском доме, с уродскими тетками.

– Все хорошо. Это пройдет, – тихо сказала Ася, за эти два часа успевшая порядком измениться, – главное не думать о плохом. Я всегда так делала. Пять лет – это не много.

– Да ладно? А если мама заболеет?

– Это форс-мажор. Я уверена – отпустят. У Ксении умер отец, и ее отпустили, – убедительно сказала Ася.

– Откуда ты знаешь?

– Я ж говорю, я подготовлена к этой встрече. Я много читала о них.

– Много?

– Почти все, что удалось найти в интернете.

– А насчет этого дома?

– Это личный каприз Кирпы. Но он вообще со странностями. Дом, прислуга, сад. Все это он лично выпрашивал. Еще небольшой скандал был, но его быстро замяли. Слишком уж потратиться пришлось.

– Значит, все же он новый.

– Да. Во всем. Просто сделан качественно. И, если честно, я даже немного засомневалась. Умеют же под старину делать. Просто космос какой-то! – восхищенно покружила руками Ася. – Я до сих пор не отошла еще. Как же круто тут!

– Но горничные, пудинги. Это же бредово!

– А телепатия? Это норма?

– Хорошо. Допустим. Ненормальный отстроил ненормальный дом.

– Иностранный, точнее. Английский. Нельзя же англичан ненормальными называть. Это определенный стиль. У него ведь вся семья умерла. Что с него взять? Да и ведь красиво же, согласись?