Трекер. Демиург

Передо мной находился искажающий перспективу, переливающийся разными цветами портал. Делаю шаг в неизвестность… Мигнул свет, и я на той стороне. Крепость!

То самое легендарное место, куда стекаются лучшие трекеры. Те, кто перерос игры, как выразился Раджеш, в «песочнице». Те, кто не смог найти для себя собственный идеальный мир. Те, кому опостылела однообразная вечность в пределах хаба. Те, кто не потерял разум, волю к жизни и жаждет истинного могущества, а не его призрачных осколков,

что дарует им Сеть.

Каждый, кто перешел эти границы, попадает сюда. Место, грубо слепленное из камня. Наполненное возможностями и смертью… Да! Это новый уровень сложности, детка! И нет — в самой крепости с этим как раз таки всё ок. Сдохнешь — возродишься. Последняя точка, в которой установлены воскрешающие наноцентры. Смежные миры тоже находятся в безопасной зоне большую часть времени.

Однако стоит сделать шаг в случайный портал, и ты попадаешь в неизвестность. Чем глубже ты забираешься, тем больше шансов частично или полностью выпасть из зоны «покрытия» Сети и лишиться бессмертия. Забавно, как со смартфоном — абонент становится недоступным. Бывает лишь на время, но нередко и перманентно.

Даже безопасную сейчас зону может внезапно отрезать волной пространственных искажений. И тогда только твои сила, навыки и удача могут сохранить тебе жизнь. Вот почему эту бесконечно разнообразную и опасную часть мультимира называют Мирами Хаоса…

— Что встал на проходе, двигай! — раздраженный голос вывел меня из оцепенения.

На самом деле ничего не мешало обойти меня, просто, сделав шаг в сторону. Мы оказались на широкой, выложенной из камня площадке. Слева и справа зубчатые стены а-ля средневековый замок, а над нами серое пессимистичное небо.

Вслед за мной из портала выходили товарищи. Как всегда недовольный жизнью Диппер. Его бессменная хламида и радужные, переливающийся миллионом оттенков глаза казались измученными.

Если посмотреть со стороны — за бомжа сойдет, но я то знал какой мощью он обладает… Воздух аж дрожал от следовавшей за ним концентрированной энергии «пси».

За ним в образе антропоморфного тигра следовал Раджеш. Парень опасливо поглядывал по сторонам — как-никак в первый раз в этом пресловутом месте. Его текущая «форма» была промежуточной между человеческой и, как он её называл, формой «супертигра».

Теперь при желании метаморф мог обратиться трехметровым, способным регенерировать чуть ли не из пепла монстром. Скелет у него при этом был из сверхпрочного композитного металографеного материала и защищал внутренние органы не хуже топового бронника.

Следующей показалась «заточённая» в высокотехнологичную броню девичья фигура. Стоило ей появиться из портала, как она свечкой, расплескивая огненные шлейфы, устремилась в небеса. «Прокачавшись» по полной и заполучив специально разработанный под пирокинетиков доспех, Ольга никак не могла насытиться чувством свободы, что он ей даровал.

Направляя самородное пламя в специальные движки своего БК, девушка создавала сильнейшую реактивную тягу, а наносеть пятого ранга позволяла ей выдерживать колоссальные перегрузки при исполнении фигур высшего пилотажа.

Я тоже обзавелся

этой опцией — маневрирование в бою с помощью импульсов «пси» без должной прочности запросто могло убить. Но наносеть и работавший с ней синхронно бронекостюм под управлением симбионта позволял мне в мобильности не сильно-то уступать Ольге. На земле, конечно… Для создания тяги с помощью псионических полей нужны несколько другие, недоступные мне пока масштабы «силы». Даже учитывая, что по чистой мощи я переплюнул даже Сайруса, считавшегося топовым псиоником в хабе.

А вот и улыбчивая мордашка Латте. Милашка мулатка со скверным характером казалась в этом грубом и небезопасном мире неуместной. Никаких тебе навороченных бронекостюмов и «убер» стволов. Простой комбез и никаких технических приблуд на обозрение. Простота эта, однако, была обманчивой — человеческого в ней сейчас было ещё меньше, чем в момент нашего знакомства.

Колония способных к самовоспроизводству наноботов, что ныне составляла основу её тела, позволяла имитировать практически любые технологии и материалы, в том числе функции нормального человеческого тела как снаружи, так и изнутри. Занимательно было то, что, не имея по сути внутренних органов, девушка могла наслаждаться едой и даже сексом… С её слов, конечно. Сам я её новый девайс не проверял.

И в то же время Латте в мгновение ока могла обратиться… Да практически во что угодно! И в отличие от метаморфов, имеющих одну, две, редко больше основных ипостасей, её способность к самоизменению ограничивалась только фантазией и навыками бойца. А сопроцессор с мощностью суперкомпьютера весьма раздвигал эти рамки.

Последним появился Даг… Мне стоило огромных усилий найти его, а самое главное — уговорить на эту авантюру. Вот кто из нас максимально не экипирован. Отказавшись от моих предложений по финансированию апгрейда, он закрыл все разговоры на эту тему одной фразой: «Вы и будете моим апгрейдом, чувак. В конце концов, мощи у нас с избытком, не хватает только координации».

Чудом заставил его надеть стандартный БК тек-3 уровня. Хоть какая-то защита от незапланированных неприятностей. В ответ на мой ультиматум Даггер лишь улыбнулся, но упираться перестал. Пока я задумчиво стоял в сторонке, разглядывая свою команду, Диппер целеустремленно двинулся вдоль коридора, образованного зубчатой стеной. На одном его конце только что схлопнулся наш портал, а противоположный упирался в еще бОльшую по размеру стену. Если по этой могли проехать, не цепляясь бортами, пара автомобилей, то там была целая многополосная магистраль поместится.

— Шевелите булками, порталы открываются каждые две минуты, будете стоять с открытыми ртами — устроите здесь затор, — удаляясь, крикнул нам псионик.

Последовав его совету и ускорив шаг, разглядывал окружение уже на ходу. Стены вроде той, где мы сейчас находились, множеством лучей расходились от крайнего огромного кольца. И на каждой в тупике, насколько было видно глазу, горели или вспыхивали разноцветными всполохами порталы. Из них, так же как и мы недавно, выходили трекеры. Так же как и мы, они направлялись к внешней стене.