Трехречье

Русаков Валентин

Глава 34

Мы без приключений добрались почти до самого Красного леса и встали на ночлег на постоялом дворе, в весьма мрачном многодворце, вероятно соседство с неспокойными местами сказывается. Всего дворов десять, но постоялый двор большой и вполне процветающий, т. к. путники, которым предстоит пересечь Красный лес, всегда останавливаются здесь. Прислуга постоялого двора приняла лошадей и увела на конюшню, а фургон закатили в большой сарай, где стояла пара груженых

телег. Мы всей компанией прошли в корчму, большой зал, два десятка столов и столиков, людей хватает, почти все столы заняты.

— Есть свободные места для ночлега, — поинтересовался я у хозяина, который сразу же подошел к нам, как только вошли в корчму.

— Конечно, у меня всегда есть места… Правда… отдельные комнаты уже все заняты, но у меня есть большая общая комната для ночлега, там два десятка кроватей, шесть еще свободны.

— Ну что, переночуем в общей? — спросил я Вараса.

— Да, — согласился он, — сейчас поужинаем да спать, а с рассветом в путь.

— Мы на общую согласны и еще ужин на четверых.

— Вон за тот стол садитесь, ужин сейчас подадут, — учтиво раскланиваясь сказал хозяин и приняв от нас оплату быстрым шагом удалился на кухню.

Мы запихнули свои ранцы и баулы под большой стол и уселись в ожидании. Серез пару минут двое мальчишек шустро заставили наш стол посудой и подали ужин, разобравшись с которым спустя полчаса, я налил себе полную кружку вина, набил трубку, закурил и погрузился в созерцание местного люда, цепляясь глазами за интересные черты лиц то одного посетителя то другого.

— Не помешаю, — спросил старик, подошедший к нашему столу с высокой деревянной кружкой, купец, судя о виду.

— Садись, — ответил Варас, смерив старика взглядом и подвинувшись на лавке.

— Я тебя узнал, — кивнул на меня старик.

— А я не знаю тебя.

— Я смотрел твой судный бой…

— И что?

— Вы похоже наемники… мне надо ехать дальше, через лес… Проводите меня? Я заплачу.

— У нас свое дело уважаемый, — ответил я, — но если хочешь, мы завтра с рассветом выезжаем, хочешь, пристраивайся за нами своим обозом.

— Можно и так, — обрадовался старик, — тогда я утром буду ждать вас тут, завтрак за мой счет.

— Хорошо, — пожал я плечами.

Старик встал из-за стола, в благодарность поклонился и направился к выходу.

Закончив ужин мы отправились в общую комнату для ночлега, в которой стоял жуткий храп и не менее жуткий запах немытого тела и портянок, ну да ничего, претерпим, все не на холодной земле да под открытым небом.

— Я подежурю, потом разбужу, — сказал Туск Варасу, — мало ли, вдруг лихоимцы какие по поклаже лазить удумают.

— Хорошо, — кивнул Варас.

Стянув сапоги и положив свои к слову тоже не первой свежести портянки поверг сапог, отвязал от ранца плед и укрывшись сразу провалился в сон.

Разбудил меня Даук,

тихо толкая в плечо:

— Никитин, вставай, светает уже.

— А где Варас и Туск? — спросил я усевшись на кровати.

— На конюшни пошли, сказал и ждать их в корчме.

— Хорошо, — ответил я и начал собираться.

В корчме кроме нас четверых и вчерашнего старика никого не было. Старик как и обещал угостил всех завтраком, закончив с которым, мы вышли во двор и проверив готовность обоза тронулись в путь. Со стариком было четыре телеги груженых тюками и большими плетеными корзинами с крышками.

Уже пару часов мы едем по неширокой дороге, которая петляя по сухим участкам идет через лес. Яр громко вдохнул ноздрями воздух, забеспокоился и остановился шевеля ушами словно локаторами.

— Тихо Яр, тихо, — погладил я коня по шее и сам прислушался к своим ощущениям.

Вроде не чувствуется ничего опасного, ладно едем дальше…

— Там у поворота что-то, — показал Варас вперед рукой.

Привстав в стременах, я повернулся назад и жестом указал едущим позади в фургоне Туску и Дауку остановиться.

— Поехали, проверим, — сказал я Варасу.

В ответ он кивнул, и мы поехали вперед. Это был обоз… разграбленный обоз, две телеги и один фургон стояли без лошадей, все перевернуто и разбросано, несколько мертвых тел, погибших явно в бою.

— Разбойники, — хмуро сказал Варас, — обоз разграбили, лошадей и тех кто жив остался увели с собой, вон следы в чащу ведут.

— Похоже, — согласился я.

— Ну, раз они уже поживились тут, то пару дней никого трогать не будут, — сказал Варас, и подал сигнал обозу двигаться.

Лес проехали, проехали и прилегающие болота. Со стариком попрощались на развилке и он покатил своей дорогой, а нам надо на север, к Чистому озеру и к болотам. До вечера останавливались один раз, накормить и напоить коней, ну и сами перекусили немного. На ночлег встали съехав с дороги в небольшую ложбинку между широкой протокой и дорогой, место удобное, ложбинку окружает высокая трава и кустарник, ни с протоки, ни со стороны дороги даже нас не увидят, даже костер не опасно разводить. Расположились, нарубили веток кустарника, и разведя небольшой костер поставили котелок на огонь.

— Еще день пути и будем на заимке, — сказал Варас.

— А этот твой друг…

— Лас?

— Да Лас, он сможет присоединиться к нам?

— Думаю да… многое в княжестве изменилось за последние лета и многим родам эти изменения не по душе, отдельно противиться законам и выступать против Хранителей и княжеского войска конечно, никто не будет, но тут дело другое… думается мне, что за наследником много родов пойдет…

— Да, и если Талес пообещает родам вернуть то, что было отобрано по надуманным обвинениям… ведь многие рода потеряли свои земли, — вставил Туск.