Траун
Шрифт:
Илай уже давно уяснил, что Империя — это гигантский, не прощающий сбоев механизм. И если сам курсант отклонится от избранного курса хоть на несколько градусов, то может внезапно оказаться совсем на другом пути. И стезя эта будет столь туманной и путаной, что в итоге приведет Илая на какую-нибудь заброшенную станцию, да и оставит там на веки вечные.
Тем не менее этот небольшой крюк на его карьерном пути продлится лишь около недели, пока «Быстрый удар» будет перевозить Трауна на Корусант. После этого Илай вернется с остальными курсантами на Майомар, да еще привезет с собой байку, которую можно
В самом деле, что он теряет?
— Кажется, вас это позабавило, — сказал курсант Вэнто. «Сидит, откинувшись на спинку кресла».
— Позабавило? — переспросил чисс.
— Увлекло и рассмешило, — пояснил Вэнто. «Перешел на сай-бисти, чтобы объяснить слово». — Вы нашли что-то особенно смешное в моем рассказе?
— Я нашел весь рассказ весьма интересным.
— Некоторые мои рассказы вам интересны, — поправил его курсант. «Морщит лоб». — Другие кажутся вам неправдоподобными. Совсем немногие вы находите забавными. Как последний.
— Я не имел в виду вас обидеть, — сказал Траун. — Но сам я чисс и никогда не слышал, чтобы кто-то из моих сородичей владел этакой силой.
— Здесь я с вами соглашусь, — заметил Вэнто. «Морщинки на лбу немного разгладились». — Я с самого начала предупредил, что эти сказания уже перешли в разряд мифов. Но вы сами захотели послушать.
— И я благодарю вас за готовность делиться знаниями, — произнес Траун. — Можно многое понять по тому, что разумные рассказывают о других.
— И? — подначил его Вэнто. «Морщинки вернулись. Голова слегка склонена набок».
— Не понимаю.
— Я хочу знать, что по моим рассказам вы поняли о человечестве, — пояснил курсант. «Прищурил глаза».
— Я неправильно выразился. Простите. Я хотел сказать, что понял многое об одном человеке — о вас, по тому, что вы предпочли мне рассказать.
— И что же вы поняли обо мне? — не унимался курсант. «Перестал щуриться. Голос слегка просел».
— Вы не хотите быть здесь, — сказал чисс. — Не хотите быть переводчиком и помощником. И точно не хотите меня допрашивать.
— С чего вы взяли, что я вас допрашиваю? — вскинулся Вэнто. «Повысил голос. Мускулы под тканью рукавов напряглись».
— Вы хотите вернуться к своим цифрам и описям, — заявил Траун. — У вас к ним талант, и вы хотите связать с ними свой жизненный путь.
— Надо же, — проговорил курсант. «В голосе появился новый, рокочущий тембр. Уголки губ напряжены». — Полагаю, как заслуженный военачальник, вы находите снабжение и логистику недостойными внимания?
— А вы?
— Конечно же нет, — сказал Вэнто. «Садится прямее. Голос звучит глубже». — Я знаю дело из первых рук. Моя семья уже три поколения занимается перевозками. Я буду делать ту же самую работу, только уже не в интересах семьи, а в интересах всей Империи. Вот и все.
— Надо полагать, вы хороши в этом деле.
— Весьма хорош, — уверил его курсант. — Лейтенант Остериги сказал, что я один из лучших курсантов на борту. После выпуска из Академии мне прочат место на линкоре.
— Вы этого хотите? — поинтересовался Траун.
— Больше всего на свете, — ответил Вэнто. «Голос уже не такой глубокий». — Я только не понимаю,
— Какое дело в чем?
— Какое дело до меня? — бросил курсант. «Снова щурит глаза. Опять понизил тон». — Вы меня изучаете… Не думайте, что я не заметил. Вы просили меня рассказать о легендах, которые я слышал в детстве, потом перешли к моей родине, семье и воспитанию. Все вопросы такие аккуратные, вворачиваются в разговор так непринужденно. Я хочу знать, зачем вам это. — «Скрещивает руки на груди».
— Простите, — снова извинился Траун. — Я не хотел ничего дурного, просто вы мне интересны, как и все в вашей Империи.
— Но почему я? — настаивал Вэнто. — Вы ничего не спрашивали про капитана Парка, майора Бэрриса или других офицеров. Даже об Императоре Палпатине или Имперском сенате.
— Мое выживание сейчас не зависит от них, — произнес чисс. — А от вас зависит.
— Со всем уважением, вы горько ошибаетесь, — возразил курсант. «Мотает головой». — Капитан Парк может в любой момент приказать вышвырнуть вас в воздушный шлюз. Майор Бэррис может подбить существующие обвинения или состряпать новые и добиться вашего расстрела. А Император… — «Мышцы на гортани напряжены. От щек исходит усиленное тепловое излучение». — Все и вся в Империи под его абсолютной властью. Если вы покажетесь ему скучным или неприятным, вам конец.
— Капитан Парк гонится за чинами и восхвалениями, — сказал Траун. — Он считает, что через меня добьется их. Майор Бэррис меня невзлюбил, но побоится злить своего командира. Что же до Императора… будем смотреть.
— Хорошо, — бросил Вэнто. «Мышцы на гортани расслабились, но не до конца». — Лично я больше всего опасался бы его, но дело ваше. Но я все равно последняя пешка на этой доске. Что вы так в меня вцепились?
— Вы — мой переводчик. Вы берете в свои руки мои слова и их смысл. Ошибка в переводе вызовет непонимание и вражду. Намеренное искажение может привести к смерти.
— Крайтова отрыжка! — выругался Вэнто. «Звучно фыркает».
— Простите, что?
— Я говорю — крайтова отрыжка, — повторил курсант. — За эти пару дней вы поднабрались слов из общегалактического. Вы говорите так же свободно, как и я. Пожалуй, даже лучше — у вас нет акцента жителя Дикого космоса, из-за которого надо мной все потешаются. Переводчик — это последнее, что вам нужно.
— Вы сами подтверждаете мою точку зрения, — заметил Траун. — Что такое «крайтова отрыжка»?
— Это разговорное выражение, означает бессмыслицу, — пояснил курсант. «Приподнимает уголок рта». — Особенно если говорящий сам знает, что несет бессмыслицу.
— Понятно. «Крайтова отрыжка». Я запомню.
— Не надо, — сказал Вэнто. «Голос приглушен, чеканит слова». — Это невежливо. И к тому же отдает захолустьем вроде Лайсатры. «Захолустье» означает любую местность, которая не принадлежит к Центральным планетам и тамошним богачам и элите.
— Значит, у вас существует иерархия планет и населения на них?
— Наконец-то… вопрос об устройстве Империи, — выдохнул Вэнто. — Да, иерархия определенно есть. Большая, запутанная, по большей части негласная, но абсолютно устойчивая. Если вы рассчитывали, что я сведу вас с сильными мира сего, вас ждет жестокое разочарование.