Трасса до небес
Шрифт:
Нэш сделал бешеные глаза. При общем добродушии физиономии Поверфула это выглядело скорее комично, чем устрашающе, но Арвидас замолчал.
Сержант, игнорируя последнюю реплику, вернул аптечку в нишу.
– Штраф будет зафиксирован в базе дорожных нарушений. Размер штрафа двенадцать ньюбов. Можете оплатить сейчас, можете, в течение пяти суток, но тогда будет комиссия.
– Я оплачу сейчас, - сказал Арви, взглядывая на Нэша, который удовлетворенно кивнул.
– Подойдите ко мне, - приказал полип.
Арви поднялся с
– Приложите сюда чиппит и подтвердите операцию.
Арви вставил чиппит в кармашек, ввел код и, словно совершеннолетний, которому в первый раз продают спиртное, волнуясь, прижал палец к тактильной панельке. "Операция успешна", - отрапортовал инси.
– Благодарю вас, сэр, - проговорил полип, вешая планшетник на ремень.
– В следующий раз не нарушайте.
Он подхватил шлем с кресла, водрузил его на голову и затянул широкий ремешок. Узкое крысообразное лицо блестело таким масляным удовольствием, будто он срубил не паршивую десятку, а как минимум тысячу. Чертовщина какая-то.
– Удачного трэйса, господа.
– Сержант с улыбкой приложил пальцы к дырчатой каске и решительно направился к двери.
Прожужжал автодоводчик двери, рыкнула сирена полиповской капли. Арви увидел, как мимо левого окна проплыли сине, красные и белые огни.
– Теперь сиденье драить, - задумчиво сказал Турбо, глядя на кресло, куда полип клал свою каску.
– Поехали от греха, - сказал Нэш, - пока еще какой-нибудь штраф не впаяли.
Никто не возражал. Роллс-ройс мигнул поворотниками и выехал на трассу, оставляя в мониторах заднего вида уже въезжающий на остановку пятисекционный поезд на колесах.
– Знакомство с дорожной полицией в полевых условиях состоялось, - неловко усмехаясь сказал Арви.
– Не так страшен черт, как его малюют.
– ...Все равно бонусы тут плевые...
– невнятно пробубнил Нэш.
Он переключился в автоматический режим и развернул кресло к Арвидасу.
– Сэр, - проговорил он напряженно.
– Об этом я с вами хотел поговорить, давайте-ка пройдем в салон.
– Зачем?
– сказал Арви, ощущая на себе пристальные взгляды Мерседес и Турбо.
– Говорите здесь, Нэш. Что я там сделал не по правилам?
Поверфул кашлянул.
– Так нельзя, сэр!
– сказал он, не глядя на Арви.
– Вы о чем?
– лицо Арвидаса вытянулось.
– Даже странно такое объяснять...
– пробормотал Нэш.
– С полипами, видите ли, не говорят.
– Он развел руками.
– Как не говорят?
– Так не говорят. Вы обязаны только отвечать на заданные вопросы, но пускаться в разговоры... Как бы это сказать?..
– Западло, - подсказал Турбо.
– Никто уважать не станет... Сам прослывешь полипом.
Арви оглянулся на Мерс. Та виновато кивнула.
– Приличные люди не болтают с дорожниками, -
– Никогда! "Да", "нет", "господин офицер". И все! Остальное табу. С ними нельзя болтать. Нельзя трогать их руками.
– Почему?
– у Арви даже рот приоткрылся.
– По многим причинам.
– Допустим?
– У них права без категории.
– Ерунда какая-то, - пробормотал Арви.
– Ничего не ерунда, - сказал Нэш.
– И Господние заповеди они нарушают, и живут не по понятиям...
– Все равно я не понимаю.
– А и не надо.
– Нэш приложил пухлую ладошку к пухлой груди.
– Просто поверьте на слово, сэр, и делайте, как говорю, иначе вляпаетесь в историю.
Турбо кивнул с кривой улыбкой.
– Сговорились все, - пробормотал Арви.
Он обвел глазами всю компанию и сказал:
– Ладно. В ваш монастырь я со своим уставом не ходок, но, видит бог, я ни черта не понимаю...
– Вот и ладно, сэр, - вкрадчиво сказал Нэш.
– Главное не понимать, а ехать в потоке и смотреть по сторонам.
– Да хватит вам!
– сказала Мерседес.
– Лучше скажите, нашли вы код или нет?
Арви, засопев, полез в карман пальто, разложил инсишник и открыл последнее фото.
Турбо, перегнувшийся через спинку кресла, задышал ему в ухо. Нэш тоже встал со своего места. Похоже, инцидент был исчерпан.
– Че тянешь? Вводи, - сказал Турбо.
Арви запустил программу энкаунтера, скопировал код и вставил в верхнее свободное поле. Матовый экран мигнул.
– Ого, - сказал Арви, нагибаясь к планшету.
– Теперь тут какая-то картинка.
Глава 12
EU Юг-Восток. Турбо. Простейшая математика
Часы на приборной панели показывали половину третьего. Я сидел в пилотском кресле, подключив автомат, и глядел на плотный поток машин, бегущих по сплит-трассе P8-36 справа и слева от нас. Каждый раз, когда сижу один в кабине и пялюсь в сияние дорожных огней, тянет на какие-то размышления о жизни, о людях и вообще...
Надо сказать, что в последнее время подумать есть о чем. Я парень из пробирки, все мои киды сплошь инкубаторские. У меня отродясь не было никакой семьи. О мамаше знаю только, что звали ее Камила Михалек, папашу видел два раза в жизни, теперь сам не вкатываю, к добру это или к худу. В сущности я их даже не виню. Папа заработал на своей нормативной сперме ньюбов двадцать, а то и тридцать (хорошая цена за подрочить). Мама трудилась на пункты в водительской категории, и учитывая то, что я родился без отклонений, прыгнула, наверное, с D на F. Будь я в ее положении, тоже небось, купил бы сперму и кинулся участвовать в государственной "пробирочной" программе. Какие уж тут обиды?