Трапеция
Шрифт:
ГЛАВА 4
Проснувшись, Томми с минуту был дезориентирован. Он только понимал, что
рядом лежит Марио. Потом он оглядел потрепанную комнату в лучах утреннего
солнца, все вспомнил и ощутил такой прилив счастья, что даже испугался. Марио
открыл глаза и улыбнулся ему.
– Надо же, не приснилось. Привет, Везунчик.
Он рассмеялся.
– Что смешного? – спросил Томми.
– Ты. Такой взрослый.
Марио несмело обнял его.
– Скучал по мне?
Томми дотронулся до его щеки, заметив, что несколько морщинок у рта за ночь
пропали без следа.
– Конечно. Давай вставай и иди проверять аппарат.
– Здесь не Передовая Школа Полетов, малыш. Мы с Полем перед
представлением обходим вокруг аппарата. Вот и вся проверка.
– И никаких репетиций?
– А что, похоже, будто мы репетируем? – скривился Марио. – Поль и Инна
считают, что достаточно потренировались в начале сезона.
– И тебя это устраивает?
– У меня нет выбора. Это не мой номер, и не я тут главный, – Марио набросил
халат и зевнул. – Полтора месяца назад из шоу ушел униформист, с тех пор мы с
Полем устанавливаем все сами. Слушай, есть идея… Что если попросить
Бландинга взять тебя униформистом? Папаша Тони два года заставлял тебя
работать с Баком. Я бы и сам лучше этим занимался, чем тем, что делал до его
ухода. Здесь всем приходится нянчиться с этими проклятыми лошадьми. Платят
мало, зато… ну, мы можем урывать минутку на тренировки. Если ты, конечно, не
рвешься обратно на Побережье.
Томми пожал плечами.
– Почему бы и нет. Я же предупреждал, что отныне буду за тобой присматривать.
Вот и начну прямо сейчас.
Марио, возившийся с кофейником, сказал, не поворачиваясь:
– Не бей по больному, Везунчик. Я знаю, что прокололся. Думал, что завязал с
мыслями о прошлом и будущем. А теперь мне за себя стыдно. Возможно, это
хороший знак.
Боб Бландинг оказался маленьким улыбчивым толстяком, который с готовностью
признался, что ничего не смыслит в цирковых номерах. Большую часть жизни он
управлял родео и только в этом году – по причине нехватки верховых номеров –
нанял акробатов и воздушных гимнастов и назвал шоу цирком.
– Ты хочешь, чтобы я взял твоего брата униформистом? А он нам нужен? Мне
казалось, вы с Реддиком справляетесь.
Марио сделал глубокий вдох, и Томми решил, что он сейчас взорвется, но тот
лишь высунулся в двери и крикнул:
– Позовите Поля Реддика!
Вскоре приземистый ловитор, одетый в хаки, оказался с ними.
– Скажи боссу, что нам надо взять моего брата униформистом, –
Марио. – Я ругаюсь, когда злюсь, а Бландинг не говорит по-итальянски.
Поль Реддик ухмыльнулся.
– Боб, ты же обещал, что нам и недели не придется возиться с оборудованием. А
теперь Мэтт нашел тебе человека, а ты удила закусил?
– Ладно, ладно, – Бландинг повернулся к Томми. – Что еще ты можешь? Умеешь
ездить верхом? У меня как раз не хватает человека для номера.
Томми признался, что ездить не умеет.
– Но я вырос в цирке. Акробатика, воздушные канаты, трапеция, полеты…
Бландинг прищурился.
– Почему тебе нужна именно эта работа? По-моему, ты способен на большее.
Томми посмотрел ему в глаза, понимая, что в данном случае ложь будет куда
надежнее правды.
– Я только что вернулся из армии и не видел брата пять лет.
– Ясно. Прошлому человеку я платил тридцать, тебе буду давать двадцать пять, пока не увижу, чего ты стоишь. И покажи увольнительную. Чтоб никаких
самоволок.
Томми сходил в трейлер Марио за бумагами и протянул Бландингу документ об
увольнении с хорошей аттестацией. Тот впился в него взглядом.
– Зейн? Я думал, ты его брат.
– Сводный, – вставил Марио. – Но мы все время об этом забываем. Мы
познакомились, когда ему было лет тринадцать.
– Ладно. Сержант, да? Чем занимался?
– Группа физической подготовки.
– Правда? Я тоже там был некоторое время. Получил Пурпурное сердце на
острове Лейте, – он сунул Томми контракт. – Ты нанят. На стоянке не пить, не
жульничать, не обманывать. У нас приличное шоу.
Обслуживать все аппараты оказалось довольно утомительно. Вскоре они с
Марио снова начали тренироваться по прежнему графику – до начала дневной
работы. И – по крайней мере, для Томми – это было порядком рано.
Первые две недели Томми казалось, что он вернулся домой – с тем только
отличием, что они были здесь одни, без родственников, и никто им не мешал. Как-
то, устанавливая аппарат в городке на севере Техаса, Томми подумал, что
происходящее очень напоминает его старую ожившую мечту: он и Марио
путешествуют с каким-то шоу, где можно быть вместе столько, сколько угодно.
Томми не поднимался на аппарат пять лет, но обнаружил, что старые навыки
быстро возвращаются. Оставалось только укрепить отвыкшие от подобной
нагрузки мышцы. А Марио его ловил, как в самом начале их совместной работы.
Через несколько недель Томми набрался достаточно уверенности, чтобы