Трапеция
Шрифт:
– Я это гарантирую.
– Томми…
Папаша высмотрел его за Барбарой, и все взгляды устремились туда же. Но
Томми в кои-то веки не испугался: просто настала его очередь, вот и все.
– Ваши с Марио трюки на двойной трапеции самые зрелищные из всех, что у нас
есть, помимо тройного сальто. Они сами по себе необычны. Только помни, что ты
Сантелли. Я сказал Фортунати, кто ты на самом деле, но это часть нашей
рекламы: три поколения Сантелли. Кто-нибудь хочет
Люсия хотела.
– Гардероб. Лисс и Джонни носят обноски. И ты, Мэтт, останься, пожалуйста, дома на этой неделе – не носись по Голливуду с мальчиками из балета. Я
понимаю, что сейчас еще не сезон, и это твое личное время, но я хочу, чтобы ты
был здесь, понятно?
– Слушай, Лу, у меня есть работа. Я могу взять отгул для проб, но какой смысл…
– Ты каждый день мотаешься туда-сюда, – возразила Люсия. – А если ты будешь
спать здесь, то окажешься под рукой, когда понадобишься. И я буду уверена, что
ты достаточно ешь, достаточно спишь…
– Лу, ради бога, мне уже не шестнадцать! Я живу отдельно шесть лет! К тому же
моя комната занята Томми, плюс Лисс, и вообще все по парам…
– Лу права, – вставил Анжело. – Перебирайся к Томми или Клэю. Тебе надо
оставаться в доме.
Марио пожал плечами.
– Ты здесь босс. Томми, потерпишь меня недельку?
– Если ты сам не против, – пробормотал Томми, глядя в пол. – Я согласен.
Понеслись сумбурные дни. Тренировочный зал был закрыт для всех, кроме
шестерки выступающих, и даже Папаша Тони тренировался вместе с ними.
Томми, сначала решивший, что им с Марио выпал дар Небес – делить комнату на
двоих и спать вместе – обнаружил, что рано радовался. Они были слишком
заняты и слишком уставали, чтобы пользоваться случаем. И все-таки после
очередного выматывающего дня Томми мог засыпать на подушке Марио и, просыпаясь раз-два за ночь, слушать его дыхание. Не более того. Они снова
вернулись к былым отношениям – партнеры, компаньоны, братья. Все телесное
напряжение, никогда целиком не исчезающее, некогда заставлявшее их
бросаться в объятия друг друга по ночам, теперь изливалось в тот момент, когда
оба, как один, отпускали перекладину. После каждой репетиции они, насквозь
мокрые от пота, кое-как стягивали одежду и падали отдыхать (Марио дважды
уснул на полу), и Томми чувствовал такую же слабость и опустошенность, как
после самого бурного секса. Они обнимались перед тем, как уснуть, но в этом
объятии были лишь усталость и нежность. Томми считал, что Марио полностью
не осознает их новое положение – или, напротив, осознает слишком хорошо – но
как-то
– Боже, мы прямо пай-мальчики какие-то.
– А откуда взять силы быть какими-то еще?
– Когда это все закончится, неважно, успешно или нет, я покажу тебе парочку
трюков.
– Обещаешь?
– Обещаю.
Томми отвернулся, опасаясь выдать себя. Уж лучше думать только про работу.
На выходные в гости явился Дэвид Рензо – и вряд ли Лисс была сильно ему рада.
За несколько минут до того, как он появился в дверях, Лисс тренировала новый
трюк и довольно неудачно упала. Когда Дэвид вошел, она уже вытирала мокрое
лицо полотенцем, однако стоило мужу ее обнять, как Лисс охнула и вывернулась.
Люсия тронула ее за руку.
– Ударилась?
Лисс потрясла головой и неблагоразумно стянула свитер, оставшись в лифчике.
Анжело тоже подошел посмотреть на алые полосы, крест-накрест пересекающие
спину девушки.
– В следующий раз будешь осторожнее, ragazza! – хмыкнула Люсия.
– Господи! – задохнулся Дэвид. – Тебя будто плетью отстегали! Что случилось?
Ты упала? Так и знал, так и знал, что не надо было разрешать тебе…
– Не глупи, – перебила его Лисс. – Всего-то слишком сильно ударилась о сетку.
Мы все время падаем. Не поднимай шума, Дэвид, я сама во всем виновата.
– Слушай, ты никогда не рассказывала… Ты же говорила, что с тобой никогда
ничего не случается…
Лисс, вспыхнув, повернулась к нему.
– Снова начинаешь? Ты обещал…
– Мне что, стоять и смотреть, как ты убиваешься?
Дэвид обвел взглядом собравшихся рядом людей, и Томми вдруг сообразил, что
все Сантелли сгрудились вокруг и пристально смотрят на чужака.
– Надень свитер, Лисс, – коротко бросил Анжело. – Не стой полуголая, простудишься. И в следующий раз катись, когда падаешь в сетку… Ты в возрасте
Барби лучше знала, как падать! Прими горячую ванну, и пусть Лу или Джонни
сделают тебе массаж, а то к субботе будешь как деревянная, и я тебе шею
сломаю.
Он обернулся и велел:
– Все работать! Джонни, ты обернул перекладину? Мэтт, Томми, поднимайтесь
на двойную трапецию.
Когда Анжело ушел, даже не взглянув на Дэвида, тот смерил Лисс гневным
взглядом, сжал губы и выскочил из зала, хлопнув дверью.
– Лисс, иди за ним, – тихо и встревоженно сказала Люсия. – Не отпускай его
такого злого.
– Ради бога! – вскрикнула Лисс, прижимая пальцы к вискам. Она беспомощно
смотрела то на мать, то на дверь, за которой скрылся ее муж. – Чего ты от меня