Транзитом по реальностям

– Нет, я не собираюсь замуж и меня все устраивает. Не надо лезть в мою жизнь. Я буду встречаться с ним столько, сколько хочу, и пусть эта сука хоть слюной ядовитой захлебнется.

Хлопнула дверью и, шумно выдохнув, с силой нажала на кнопку вызова лифта. Кабина в шахте едва слышно заскрипела, покорно двигаясь к моему этажу. Я нервно притопывала в ожидании.

Вот что мама от меня хочет? Чтобы я пошла ее проторенной дорожкой? Можно подумать, ее жизнь прямо предмет зависти. Выскочила по большой любви в тот самый «замуж» за нищего студента, будущего инженера-технолога, всю жизнь проработавшего

по той же специальности на местном полуубыточном заводе. Все жизненные достижения отца: двухкомнатная квартира в ипотеке, вторая за всю жизнь машина – «Лада Гранта» - автокредит после сгнившей напрочь «шахи», сданной в утилизацию и двое детей – моя старшая сестра и я. Это предел мечтания? Конура московской планировки, гремящее корыто отечественного автопрома и два спиногрыза? Наверняка, именно такой судьбы она мне и хочет. Тихой и спокойной. И унылой. Зато без позора и косых взглядов от соседей.

– Достала уже, - я все еще недовольно на эмоциях бурчала себе под нос, - бесит, - пригладила волосы, запахнула полы плаща, машинально отыскивая пуговицы. Из-за этой перебранки я даже толком застегнуться не успела, не говоря уже о том, чтобы в зеркало взглянуть. – Ключи забыла, - также посетовала огорченно, вспоминая о связке так и оставшейся висеть на крючке ключницы. Возвращаться не стала, сегодня я вряд ли уже вернусь домой.

С чего собственно и начался этот очередной сыр-бор. Мне уже двадцать пять. Слышали? Уже двадцать пять! И я все еще не замужем. Хотя, если честно, «четвертак» мне еще только через неделю, но это все нюансы и, впрочем, даже не этот мой «умопомрачительный» возраст самое страшное. Постоянный камень преткновения, порочащий и очерняющий меня хорошую – я любовница женатого мужчины. Да, это та самая старая как мир история, где я, вроде как, гадина и разлучница. Мне и самой эта ситуация вообще не нравилась. Понятно, что когда-то в нежном юном возрасте не о таком принце я мечтала. Тогда давно все было, как положено – герой моих грез прелестный юноша на белом скакуне, сошедший со страниц моих любимых фентезийных книг, или я неведомым образом попавшая в их чудесный мир. И в том мире только мы одни и наша на всю оставшуюся жизнь любовь. Но вышло, как вышло. Я, если честно, не очень люблю на эту тему говорить. И когда мама время от времени начинает заводить поучительные разговоры о нравственности, я, как сейчас, стараюсь убежать. Да и вообще, какая к черту нравственность в наше-то время - эпоху свободных отношений. Все моральные ценности, которые когда-то существовали - всё давно обесценилось. Люди легко сходятся и так же расходятся, едва только попробовав пожить вместе. И это «попробовать» порой сменяется по нескольку раз в год. Много моих ровесниц сменили уже больше десятка партнеров, таким образом несколько раз побывав «замужем» в так называемом «гражданском браке», подразумевающем простое сожительство. Это разве менее порочно, чем то, как живу я? Спорный вопрос. И нет, мне нисколько не стыдно. Ц - цинизм - вот что главное сейчас в нашей жизни. "Бери и пользуйся" - это теперь мой девиз. И к черту всех принцев. Если мне не достался свой собственный, то и чужой сойдет. Главное, пусть раскошеливается. А любовь и замужество, да кому они нужны.

Анатолий - мой любовник, конечно, так себе принц. Маленький. В смысле империя его крохотная. Ему немножко за тридцать и небольшой бизнес на плаву. В свои "немножко за" он уже дважды женат. И где два, там легко может быть и три, только вот мне этого не надо. Меня устраивает мое положение. Меня холят, лелеят и дарят подарки. Толясик вот на юбилей обещал мне машинку подарить. Куда, собственно, я сейчас и торопилась. В автосалон. Тест драйв, оформление купли-продажи. А застраховать я и сама смогу. Я, кстати, страховой агент и как раз занимаюсь автострахованием. А завтра, если повезет, то возможно и на учет в ГИБДД автомобиль успеем поставить. Настроение, по идее, должно быть на высоте, но этот спор с матерью, которая считает, что лучше плохонький мужик, но свой, чем шикарный чужой, вывел из себя.

Двери лифта, наконец, отворились. Какой медлительный аппарат нам поставили этим летом во время капитального ремонта. Новый, красивый, но уж больно тормоз. Еле откроет двери, радостно попиликает, и, с трудом выговаривая слова, сообщит о прибытии на этаж,

подумает, еле закроется в конвульсиях и лишь потом зашуршит на всех парусах в нужном направлении. И стоит молиться всем богам, чтобы никто по пути его не вздумал перехватить. Так и есть, буквально через пару этажей встал и запыхтел, в натуге раскрываясь. Видеть никого из соседей не хотелось. Поспешно нажала на кнопку закрытия дверей. Они послушно дернулись в обратку, передумав открываться, но и кабина замороженно озадачилась. Вздрогнула и встала. Мозги вскипели видать.

– Идиотский лифт, - чертыхнулась я, даже пнула его сгоряча тихонько ногой. Подождала, все еще надеясь, что автоматика что-то надумает, но свет приглушился и все затихло.
– Замечательно.
– Пальцы хаотично заходили, нажимая по цифрам и стрелкам. В большинстве случаях такое помогает, но сейчас тишина. – Круто, - хмыкнула, посмотрела на телефон. Естественно в этой консервной банке связи нет. И Толику не позвонишь, а он уже наверняка ждет, и мать на помощь не позовешь. Кнопка аварийного вызова как назло не издавала ни звука. Красота. Что за день?! Сколько тут придется сидеть? Я снова стала стучать по кнопкам, сначала безрезультатно, а потом в какой-то момент кабина вдруг ожила, проехала немного, и двери открылись. Есть Бог на свете. Свобода. Не успела даже толком испугаться и впасть в панику или какую-нибудь клаустрофобию. Непонятно какой этаж. Да и не важно. Я даже разбирать не стала, бегом побежала к лестничному пролету.

– Первый этаж, - сообщил мне услужливый механический женский голос вдогонку.

– Ага, конечно, первый... дура, - недовольно пробурчала я и ринулась пешком вниз.

Торопилась. Едва замечая и обходя лужи на асфальте, цокая невысокими каблучками, на ходу набирала на телефоне номер Анатолия. Мой «маленький принц» ждать не любил и всегда бесился, когда нарушались его планы. Явки, пароли все должно быть просчитано досконально, чтобы не спалиться перед благоверной. Вот мне лично на это глубоко наплевать, но недовольный Толясик – это невыносимо брюзжащий типчик. Заведется и не остановишь. И сейчас, наверняка, уже начал кипишевать. Я и так из-за занудства мамы задержалась, еще и этот лифт к тому же. Обязательно надо позвонить и предупредить. Я отвлеклась от окружающего мира в ожидании ответных гудков вызова, и тут внезапный скрежет тормозов, тупой удар, телефон вылетел из рук, глухо поскакав по асфальту.

– Разбился, - первое что в ужасе подумала. Телефон мой не из дешевых, так же подарок Толясика. Проследила вслед так неудачно упавшему аппарату, сомнительно, что остался цел. Расстроилась и пока еще не осознавала, что сама нахожусь не в лучшем состоянии. Перевела взгляд на себя. Вот тогда и ахнула еще больше. Я вся такая в белом плаще сидела в дорожной грязи, руками держалась за бампер, ноги ушли куда-то под автобус. Да, я разява попала под автобус. Точнее микроавтобус. Такой чуть больше газельки - Форд.

– Ты как? – выскочил ко мне водитель маршрутки. Бледный от испуга. Присел рядом. Вокруг, естественно, начали собираться зеваки.

– Телефон, - прошептала, в шоке я пока еще не соображала в порядке со мной все или нет.

Паренек-водитель потянулся к моему айфону.

– Вот, - подал мне, я печально посмотрела на пошедшее паутиной черное стекло и лишь потом попробовала пошевелиться. Ноги двигались. Руки, голова, спина – все на месте и все хорошо чувствую. Пошатываясь встала, бедро саднило. Но и неудивительно, все же я уселась на асфальт не просто так. Наверняка там хорошая ссадина. Плечо тоже чувствуется, что хорошо по нему въехали, но не смертельно. Кажется, жить буду, но вот вряд ли теперь попаду в автосалон - это точно. Критично осмотрела себя. Грязная, ободранная. Красотка. Вот не задался день, так не задался.

Парнишка увидев, что я благополучно встала, облегченно выдохнул, однако за руку придерживал.

– Ты куда выскочила, - раз все обошлось, он решил, что пострадавшую значит и поругать уже можно, высказался недовольно, а я уже и не помню, сама смотрела ли я по сторонам, когда выходила на дорогу. Знаю только, пыталась быстрее позвонить. И если честно, то да, здесь не пешеходный переход и да, виновата, конечно же, я сама. Даже не спорю. Пожала плечами.

– Я грязная, - еще раз осмотрела себя, сунула телефон в карман, поправила на плече съехавшую сумку.