Транзитом до Скорпиона
Шрифт:
— Лахал, Джикай.
Ибо он явно был воином.
Я допустил ошибку. На его лице появилась недовольная гримаса. Он указал на мертвого воина и скакуна.
— На самом деле это я должен называть тебя «Джикай». Что я сделал такого, о чем ты знаешь?
— Я нисколько не сомневаюсь, что ты могучий воин, — ответил я. — Я ищу девушку, которую забрали эти… существа.
У незнакомца было открытое честное лицо, загоревшее под лучами Антареса, и выцветшие светлые волосы. На луке седла висел стальной шлем, а скакун был из породы тех же странных длинноногих созданий, что лежало мертвым у моих
— Я Хэп Лодер, джиктар из клана Фельшраунг, — последнее слово он произнес глухо, с громким призвуком, будто откашливался. Это прозвучало угрожающе, гордо и высокомерно.
— Я — Дрей Прескот.
— Теперь, когда мы совершили паппату, я немедленно сражусь с тобой.
Меня теперь могло поразить очень немногое. И в любое другое время я с удовольствием сразился бы с ним. Но сейчас мне было настоятельно необходимо найти Делию.
Он спешился.
— Ты не сказал мне, видел ли ты девушку, — начал было я. Перед глазами у меня сверкнула пика.
— Варвар неотесанный! Разве ты не знаешь, что мы не можем говорить ни о чем, кроме оби, пока не сразимся и не дадим или не возьмем оби?
Меня охватил гнев. Паппату, понял я, означало представление друг другу. Формальности были соблюдены. Теперь этот идиот ничего не скажет о Делии, пока не сразится со мной. Ну что же… Мой трофейный клинок сверкнул. Я не заставлю себя упрашивать.
Хэп Лодер вернулся к высоконогому животному, прикрепил тонкую упругую пику к стремени и вернулся с двумя мечами. Теперь в одной руке у него был длинный, тяжелый прямой палаш, в другой — короткий меч для нанесения колющих ударов, наподобие гладиуса.
— Я вызвал тебя на бой. Какой меч против того, что у тебя есть, ты выберешь?
Я посмотрел Хэпу Лодеру в глаза. Пусть мне не терпелось покончить с этим делом, но я умел узнавать честь, когда сталкивался с ней. Этот молодой человек предлагал мне шанс остаться в живых, а себе — умереть. Мощный палаш, конечно, не устоит против моего шамшера, разве что на песке. Я кивнул на гладиус.
Он улыбнулся.
— Для меня это не имеет значения, — сказал я. — Но давай поспешим.
Хэп Лодер был мне весьма симпатичен — и явно, как подтвердилось позже, отличался честностью и бесстрашием.
— Думаю, ты сам выбрал бы короткий меч, — добавил я.
— Да, — согласился он и, взяв меч за рукоять, отправил длинный палаш обратно в ножны, пристегнутые к седлу скакуна. — Если ты победишь, я буду не прочь дать оби. Но я не желаю умирать без надобности.
На этом изящном логическом доводе наша беседа закончилась.
Хэп Лодер был прекрасным фехтовальщиком, и все же самые прекрасные преимущества быстрого и стремительного гладиуса пропадали теперь втуне. Гладиус лучше всего применять вместе со щитом, особенно в рядах сражающейся армии, где каждый полагается на своего соседа, в тесной и потной свалке ближнего боя, когда короткий меч — господин и повелитель. В принципе большой палаш хитрый и ловкий противник в силах переиграть, и думаю, Хэп Лодер сделал лучший выбор. Но
— Джикай! — крикнул он и сделал выпад.
Я тоже сделал несколько быстрых выпадов, заставивших клинок противника остановиться и заколебаться, а затем старым приемом «крученой петли» отправил гладиус в полет. Мое острие взлетело к горлу Хэпа. Его глаза широко раскрылись от неожиданности.
— А теперь, Хэп Лодер, рассказывай побыстрей! Ты видел девушку, увозимую тварями наподобие этой падали?
— Нет, Дрей Прескот. Я говорю правду. Не видел.
Он выпрямился, отступив, и встал по стойке «смирно». Затем приложил ладони к глазам, ушам, рту и, наконец, сцепил на груди, возле сердца.
— Я приношу тебе оби, Дрей Прескот. Глазами я буду видеть в тебе только хорошее, ушами слышать о тебе только хорошее, устами говорить о тебе только хорошее. И, если хочешь, вот тебе мое сердце — хоть ешь его.
— Не надо мне твоего сердца, — разозлился я. — Мне нужно знать, где девушка, Делия с Синих гор!
— Знай я об этом, мои знания были бы твоими.
Я стоял, растерянно глядя на него. Это был гордый, честный молодой человек и прекрасный фехтовальщик. Он наверняка сражался много раз и, похоже, все время брал оби.
Он неловко пошевелился, потом нагнулся и поднял меч. Я бдительно следил за ним. Однако он взял клинок за лезвие и направился обратно к своему скакуну. С минуту он разговаривал с животным, успокаивая его. Я ощутил легкий укол от воспоминаний об отце.
Хэп Лодер вернулся, ведя скакуна под уздцы.
— Мой зорк — твой, Дрей Прескот, поскольку ты пеший, а это недопустимо для кланнера.
Зорк! Так вот, значит, животное, упав с которого Делия повредила ногу!
— А разве ты сам не кланнер? И разве тебе не придется быть пешим?
— Да. Но я принес тебе оби.
— Хмм…
Следующий вопрос родился сам собой:
— В какой стороне находится Афразоя, город савантов?
Лицо кланнера выразило недоумение.
— Тут только один город. Я никогда не слыхал ни о каком другом.
Именно такого ответа я и ожидал. Меня, должно быть, высадили в каком-то отдаленном изолированном районе Крегена. Потом болезненно открылась правда. Как раз Афразоя и была изолированной и спрятанной. Эти же люди принадлежали планете Креген и жили обычной человеческой жизнью.
Все, что я мог сделать, — это отправиться вместе с Хэпом Лодером и узнать у него все, что в моих силах. Я найду Делию, найду! И чтобы найти ее, я должен разузнать как можно быстрее, чертовски быстро, все, что только сумею.
Я изучал взглядом зорка с единственным витым рогом. Седло на нем было богато изукрашенное, но вполне функциональное и удобное, а стремена низкие — значит, здесь не будет ничего похожего на согнутые ноги и спины жокеев со скачек с препятствиями на Роттен-Роу. [12] В таком седле можно ехать долго. Я решил, что вполне справлюсь.
12
Аллея для верховой езды в лондонском Гайд-парке. (Прим, переводчика.)