Транс
Шрифт:
– А зачем было Майку звонить? – спросила Карен, хотя вопрос был, скорее всего, риторическим.
Драммонд покачал головой. Могло быть несколько причин: что-нибудь, связанное с пленкой; возможно, сообщение о том, что в Центре побывали бандиты, а может, Майк просто предупредил его родителей, что они с Карен направляются к ним. Трудно было решить, чем был вызван звонок Майка.
В конце дороги полоса деревьев резко обрывалась, и одновременно слева открывался вид на озеро и на дом.
– Какое прелестное место! – восторженно воскликнула Карен.
Драммонд
– Ты бы взглянула на эти места летом, когда на озере парусники, катера. Тогда здесь действительно прекрасно.
Они въехали в просторный, покрытый галькой дворик. Справа, за светло-зелеными деревянными воротами, виднелись три кирпичных гаража, каждый на две машины. Прямо напротив них застекленные двустворчатые двери вели на приподнятую над землей террасу, которая окаймляла дом, доходила до фронтона и спускалась в великолепный патио – внутренний дворик, где росли тенистые деревья, какие-то растения в горшках и стояла белая кованая мебель.
От самых ступенек патио вниз к озеру тянулся ухоженный газон в сто футов. Газон упирался прямо в водную гладь. На волнах покачивалась небольшая прогулочная лодочка и надувная лодка с моторчиком. Обе лодки были прикреплены к деревянной пристани длиной в пятьдесят футов.
За домом, словно стараясь удержать на расстоянии подступающие деревья, радовала глаз плоская открытая спортивная площадка с бассейном, теннисным кортом и миниатюрной площадкой для игры в гольф.
Сам дом – двухэтажный, с двумя пролетами, небольшим портиком и верандой на втором этаже, выкрашенный в светло-зеленый цвет с кремовой отделкой, показался Карен великолепным, элегантным, царственным. Таким она его себе и представляла.
Едва колеса машины зашуршали по гальке у гаражей, застекленные створчатые двери открылись, вышел высокий, плотный, седой мужчина в оранжевой охотничьей куртке и стал быстро спускаться по лестнице. Суровое выражение лица и то, как поспешно он спускался, выдавали его волнение.
Махнув им рукой в знак приветствия, он сразу же прошел к центральному гаражу, открыл его и кивком головы пригласил за собой Пола и Карен. Слева стоял светло-коричневый "ренджровер", готовый к выезду. Пол поставил рядом "че-роки" и выключил двигатель.
Взяв с заднего сиденья сумку Карен и мешочек с деньгами, Пол положил вещи в "ренджровер", потом обнял отца.
Карен вышла из автомобиля и подошла к ним.
– Отец, позволь представить тебе Карен Биил. Она – корреспондент газеты "Таймс". Я тебе уже говорил о ней... это она писала статью о судебном гипнозе.
– Да, конечно, помню. – Улыбка Роберта Драммонда очень напоминала улыбку Пола. Они вообще были очень похожи – и фигурами, и манерой держаться.
– Очень рад встретиться с вами, хотя лучше бы при других обстоятельствах. – Роберт Драммонд нахмурился и многозначительно посмотрел на сына: – Объясни, ради
– Так, значит, это был Майк? А мы-то удивились, что ты нас уже ждешь.
– Он позвонил мне сразу после двух. Я записал телефонный разговор на пленку, так что можете прослушать.
Пол посмотрел на Карен.
– Думаю, что послушать стоит. Отец, я не собираюсь задерживаться здесь надолго, но этот звонок может быть очень важен.
Роберт жестом показал на "ренджровер":
– По совету Майка я положил туда теплые вещи, немного еды и два ружья. Даже подумать страшно, для чего вам все это нужно.
– Надеюсь, ружья нам не пригодятся.
Они вышли из гаража.
– Мама дома? – просил Пол, закрывая ворота.
– На кухне. Готовит вам кофе.
– Мы быстренько выпьем по чашке, пока будем слушать пленку, и тут же уедем. Не хочу доставлять вам неприятности.
Роберт с улыбкой посмотрел на Карен.
– Как будто вы никогда их нам не доставляете.
Карен бежала вприпрыжку, стараясь не отстать от мужчин. Быстрым шагом они прошли по гравию, поднялись по ступенькам, миновали кабинет-библиотеку, зал и оказались в большой современной кухне, отделанной в серых тонах.
Сара Драммонд, очаровательная, стройная, худенькая женщина с коротко остриженными рыжеватыми волосами, в шерстяной блузке оливкового цвета и коричневых брюках повернулась от плиты и, увидев Пола, заключила его в объятия.
– Дорогой мой, что у тебя там с этой политикой? – Встревоженный взгляд ее упал на Карен. Сара протянула ей руку: – Привет, дорогая.
Пол поспешил представить их друг другу.
– Мама, мы только на минутку. Зашли, чтобы прослушать разговор с Майком.
Роберт подошел к телефону и позвал их:
– Подойдите сюда. – Он поставил магнитофон на круглый стол и пояснил Карен: – Вот уже лет десять я записываю все телефонные разговоры. Однажды одна моя пациентка заявила, будто сказала мне по телефону что-то весьма важное о своей болезни, а я то ли это забыл, то ли не придал значения... отчего болезнь у нее затянулась. Если разговор не имеет никакого значения, я просто стираю его, но этот я счел очень важным.
– Я тоже магнитофонный маньяк. И никуда без него не хожу, – улыбнулась Карен.
– Сара, – повернулся Роберт к жене, – кофе готов? Налей этим ребятам по чашечке. Присядьте хоть на минуту.
Пол и Карен сели. Роберт нажал кнопку.
"Драммонд слушает..."
Магнитофон воспроизвел весь разговор Майка с Робертом.
– Хотите прослушать еще раз? – спросил Роберт, выключая магнитофон.
Пол отрицательно покачал головой:
– Нет, отец, достаточно, – и, обратившись к Карен, добавил: – Значит, бандиты побывали у него в офисе и узнали о "чероки". Но Майк не сказал, как они об этом узнали. Похоже, они не подозревают, что пленка у него – он даже не упомянул о ней.